Зов скитальца. Том третий (СИ)

— Вы? — удивилась гостья. — Я надеялась застать тут наставника факультета мечников…
— Почему? — Архиус положил руки перед собой и собрал морщины на лбу. — Потому что он прежде исполнял обязанности ректора? Или потому, что с ним вы бы легко договорились?
Эльфийка смотрела на волшебника твердым взглядом несколько секунд и наконец спросила:
— Откуда вы знаете?
— Неважно, — отмахнулся скиталец. — Главное ты точно подметила. Я знаю правду о тебе и о том, что произошло, когда несчастная Лайда Грунф отдала свое тело в твою власть, демон.
Снова молчание. Старый маг не торопился бросаться другими обвинениями, а эльфийка не торопилась начинать оправдываться.
— И что теперь? — не выдержав интриги поинтересовалась женщина.
— Присядьте, — Архиус взял из ящика листок. Подвинул его на другой конец стола. Ближе к Лайде Грунф. — Мы с вами знаем, чем грозит всем скитальцам правда о вас. Допустить этого нельзя.
Она наконец прошла в кабинет и села на стул. Сложила ногу на ногу.
— И что вы предлагаете? Написать вам заклинание, которое поможет прежней Лайде Грунф вернуть под контроль свое тело… — усмехнулась она и тут же вновь сделалась серьезной.
— Мы оба знаем, что это бессмысленно. Купидон с разумом ребенка, это еще большая беда, чем одержимость демоном.
— Тогда чего вы хотите?
— В любое другое время, я бы безоговорочно казнил тебя…Ева. Это было бы лучшим решением. Но этим утром мне пришло одно письмо. Оно напомнило мне о том, что мы живем в опасные времена и жизнь каждого скитальца на счету…
— Хотите сказать, демона…?
— Нет. Скитальца. Если бы сейчас передо мной сидел демон в своем обличие, я бы уже сражался с ним. Но скиталец. Пусть даже одержимый. В эти времена может быть полезен.
— Убивать меня вы не планируете, — Лайда поменяла ноги местами и сложила ладони на колено. — Значит у вас есть предложение, от которого я не смогу отказаться.
— Есть. И да. Не сможешь.
Эльфийка прищурилась.
— Все эти годы ты работала преподавателем. Ты действительно была полезна и множеством выпускников доказала, что служишь скитальцам на благо. Несмотря на то, кем являешься по сути.
Лайда продолжала внимательно слушать старого мага.
— Это дает мне основания надеяться на то, что намерения твои очень близки нам по духу. Дай знать, если я ошибаюсь.
Эльфийка промолчала.
— Прямо сейчас ты уберешься из Олимпуса. Навсегда. И напишешь записку, в которой очень точно объяснишь такой свой поступок. А именно, что ты узнала, где находится один из Вестников Смерти и была вынуждена уйти на его поиски. Никто не станет разбираться почему так произошло. Может быть все решат, что с возрастом твой ум ослаб. По крайней мере, я буду настаивать на этом.
— Вы хотите отправить меня на охоту?
— Не хочу. Я делаю это. Ты против?
— Кажется у меня нет выбора.
— Ты права, — Архиус достал ручку и положил ее на лист. — Если в тебе есть хоть что-то святое, ты послушаешься и начнешь истреблять тварей, пока однажды одна из них не окажется сильнее тебя.
— А что, если я и на самом деле хочу помочь в борьбе с Вестниками Смерти? — Лайда наклонилась над столом и взяла канцелярский предмет. На листе, с краю, поставила пару каракуль. — Ведь это и мой мир тоже.
— Нет, — огрызнулся Архиус. — Увижу еще раз — убью. Объяснять, почему бесконтрольный демон не нужен мне в бою с самым могущественным противником, я думаю будет лишним.
Старый скиталец встал, медленным шагом подошел к двери и открыл ее, намекая на то, что эльфийке пора покинуть кабинет ректора.
— Я проявил милосердие сегодня лишь по одной главной причине — я знаю, что такое хотеть быть полезным для всех, но все же оставаться угрозой, — проговорил он. — Забери лист с собой. Напиши прощальное послание в своей комнате и оставь там. Я позабочусь о том, чтобы его нашли.
Лайда Грунф поднялась с места и ни сказав больше ни слова вышла за дверь.
* * *
Старый-добрый актовый зал. Здесь все по-прежнему, кроме того, что с последнего собрания, когда Таарис объявлял об изменениях в кодексе, купидонов значительно поубавилось. Кто-то уехал на войну, кто-то погиб в новогоднюю ночь. Да и сморщенного эльфа теперь сменила огромная фигура наставника факультета магов. Разве он уже вступил в должность?
 
Архиус сидел на стуле с краю сцены в своей излюбленной позе, поставив посох между ног и навалившись на него. Его пустой взгляд был направлен куда-то в центр рядов, но на самом деле смотрел он на ворох проблем, которые теперь предстоит разгрести ректору Олимпуса. Кто бы им не стал.
Да. Сирена, которую мы услышали с Леоной в туалете возвещала об экстренном собрании. Мы с волшебницей догадывались, о чем пойдет речь, но все-равно поспешили прийти в актовый зал первыми. Купидоны еще какое-то время подтягивались на собрание, под звуки пианино, играющего из динамиков и призванного разрядить обстановку.
Когда половина зала заполнилась, старый маг встал с места и вышел в центр сцены.
— Приветствую вас, студенты! — заговорил Архиус.
Он стоял возле стойки и ему приходилось сутулиться, чтобы доставать губами до микрофона.
— Я сожалею, что мне пришлось оторвать вас от занятий, но в эти времена неожиданностей хватает. Так что не могу обещать, что этого не повторится вновь.
Горстки студентов внимали словам одного из претендентов на должность ректора и у меня создалось впечатление, что даже не дышали.
Наставники сидели там же, на сцене, за длинным столом чуть позади старого мага, словно члены жюри. Разус Огрхорский и Зориан Тарагриэль были среди них. Пока? Я огляделся. Лайды Грунф нигде не видно…
— На повестке у меня несколько новостей, — вздохнул старый скиталец. Он был явно чем-то сильно озабочен. — И первая из них заключается в том, что наставники факультетов убийц и боевых магов сняли свои кандидатуры из числа претендентов на должность ректора.
Новость тут же понеслась по рядам.
— Так просто? — я обратился к Леоне, сидящей рядом.
— А что он еще может сказать? — отозвалась она. — Что они издевались над одним из купидонов? Что вынудили того отдать свою жизнь в руки демона? Нет. Если он расскажет правду оба наставника потеряют всякую репутацию среди студентов. На грани войны это недопустимо.
— Ты права… — я задумался. — Вряд ли они когда-либо повторяли или повторят эту ошибку.
В который раз убеждаюсь в мудрости Архиуса. Он не стал запугивать их. Шантажировать, как это возможно сделал бы я. Он просто договорился. Заставил сдастся и остаться солдатами на войне, через которую нам всем предстоит пройти.
Архиус несколько раз стукнул посохом по полу, чтобы угомонить собравшихся.
— Аментьен Даваэль, Дрек Огди, Тирли Бомс — наставник факультета алхимиков, и я, — заговорил он. — Вот те четыре кандидата, которые остались в качестве претендентов на должность ректора нашей школы.
Он нашел взглядом Леону и кивнул ей. Видимо, в знак благодарности. Но я не думаю, что за помощь. Зная Архиуса, скорее за разоблачение нечестивых.
— Послезавтра состоится Поединок Чести, в котором чудовища будут главным оружием скитальцев, — продолжил он. — Так как тот, кто изначально должен был со мной сражаться, больше не участвует в гонке, я хочу, чтобы один из вас, господа, принял мой вызов. Прямо сейчас. Здесь. Чтобы мне не приходилось больше возвращаться к этому вопросу.
Старый маг повернулся к столу, за которым сидели наставники.
Они покивали головами и принялись совещаться. Аментьен Даваэль показал на часы. Видимо попросил некоторое время для принятия решения.
— Хорошо, — кивнул Архиус и снова подошел к стойке с микрофоном. — Пока уважаемые наставники решают между собой, кто будет моим соперником, я хочу обратиться ко всем купидонам, присутствующим в зале.
Он закрыл рукой глаза, в которые ярко бил прожектор. Внимательно посмотрел на сидящих в зале студентов.
— Согласно старому правилу, после того как Разус Огрхорский отказался от участия в выборах на должность ректора и от права исполнять обязанности главы школы, бремя временно возглавить Олимпус легло на мои плечи. И я хочу заявить… Это решение было очень непростым. А для такого как я, вдвойне. Но я хочу заявить, что корректировка Кодекса Скитальца это первое, чем я займусь, вступив в должность ректора. И одна из множества причин заключается как раз в чрезмерном фарсе, которым наделены выборы нового главы школы…