Ленивая пастораль - 5 (СИ)
С ответом все подзадержались, поскольку их взгляд был прикован к тому, как ученик (!) в одиночку сражается со старейшиной и несколькими ученицами.
По правде говоря, не совсем в одиночку: он взял под контроль насекомообразных монстров и составил с их помощью формацию, об которую едва не убились все нападающие. За счёт травмы живота старейшины, удалось отступить и перегруппироваться.
Не всем. Одну ученицу прожарила молния, вторую разорвала неведомая сила искажения пространства, а насекомые накинулись на остальных: старейшине удалось разрушить формацию убив двоих из них, так что теперь они действуют независимо.
- Так что? Уважаемая, - это слово Алая Слива, представительница секты Духовных Корней, буквально выплюнула. - Что делают ваши старейшины на «детском» испытании?
Все остальные сурово глянули на главу делегации Божественной Ноты. Если бы не их поддержка, вряд ли бы старейшина Пика Мотыльков решилась бы так дерзить. Даже Длинный, старейшина Копья с Пика Мечей, не решился выступить, но Алой Сливе захотелось чуть покрасоваться перед Львом.
- А почему нет? - давя наглую улыбку ответила беловолосая. - Разве где-то в правилах, завещанных нам феей Одинокого Цветка и Божественным Драконом, есть ограничения? Ни на силу, ни уж тем более на должности в сектах.
Все перевели взгляд на официального представителя богов-демиургов и Дракон громогласно, с гордостью рыкнул:
- Нет. Врата пропустили участников, значит, нарушения не было.
- Кстати, ваш мальчик тоже, кажется, уровнем выше, - Божественная Нота перешла в контратаку, а все глянули на Иллюзорное Окно, и чуть вздрогнули, оттого что «мальчик» разорвал на куски одну из учениц и швырнул их в сторону «экрана».
- Какая жестокость, - прорычал Лев. - Посмотрите, ученики! Вот так и нужно поступать с врагами и подлецами! - обратился он к своей многочисленной обслуге. - Немного завидую секте Духовных Корней, вырастившего такого жестокого мальца.
Он опять оскалился, глядя в глаза Алой Сливе, а та не только не испугалась, но и даже чуть возбудилась.
- Уважаемая Белая Песнь, - обратился к беловолосой ведьме Длинный, почувствовавший поддержку, - не расскажите, на каком уровне ваши старшие? - он указал подбородком в сторону Иллюзорного Окна.
- Какое это имеет значение? Как только что сказал уважаемый представитель Демиургов, раз врата пропустили - всё в порядке!
- О! Хоть эти люди и надели чужую кожу, я, кажется, понимаю, кто это. И смею заверить, что в них содержится жизненной силы больше, чем в десяти, а то и более того, учениках. Возможно, с их смертью, испытание можно не продолжать до обычного уровня в двенадцать выживших? - продолжил свою мысль Длинный.
- Смерти? Не много ли вы о себе возомнили? - фыркнула Белая Песнь, но, заметив торжествующий оскал на лице Снежного Лиса, обернулась, чтобы увидеть, как Снежная Гора, вернувший себе человеческую форму, откусил от ещё бьющегося сердца старейшины.
Белая Песнь, конечно, удивилась, но только сейчас поняла, то кроме факта победы над их старейшиной есть и более удивительный момент: со стороны Снежных Лис не было ни одной претензии. Они что, не сомневались, что их щенок справится?
- Правила неизменны, - Дракон, казалось, вовсе не шокирован увиденным, в отличие от всех остальных. - Я не в силах вмешаться в работу Врат.
- Что ж. Значит, просто каждый из нынешних участников получит чуть больше пользы! - прорычал Лев, опять скалясь в сторону Алой Сливы, которая зарделась от его внимания.
***
- Сраные инстинкты! Старуха же отравлена! - Снежная Гора посмотрел на свою окровавленную руку, и вспомнил, что он только что отведал плоти, поражённой ядом.
- Что застыл? Пойдём, поможем Тихому Омуту! У него, наверное, есть противоядие от своего.
Такое участие со стороны Лисьих Кисточек ему понравилось. Переживает за него. Здорово!
- Сначала у алхимика поищем. Я видел пузырёк, на который он смотрел перед смертью.
Выпив противоядие, двое израненных, окровавленных ученика, две лисы, направились в сторону второго (а по масштабам, наверное, всё-таки первого) сражения, но чувствовали, что опоздали: вспышки энергии, отсветы и треск молний, как и «музыка» уже прекратились. Ни криков о помощи, ни стонов раненных не слышно из низины, где расположились чудесные грязи.
Зрелище перед их глазами предстало жутковатое. Скотобойня, не иначе! А самое ужасное, что им удалось увидеть ещё одну сторону работы чёрной грязи. Она втягивала в себя кровь и прочие телесные жидкости, разбросанные по округе. Даже мелкие куски плоти самостоятельно ползли в чёрную лужу.
Конечности и тело старейшины - самое крупное из того, что глаз выхватывает - лежали спокойно. Грязь не затягивала их.
- Вон там, - поводив носом указала лисичка.
Снежная Гора посмотрел в сторону валуна и тоже принюхался. Рука определённо принадлежала Тихому Омуту. Запах он не смог различить в этом кровавом месиве, но его браслет узнал. Хорошее хранилище. Необычное. Он поднял эту руку и уже хотел было снять сокровище, как услышал знакомый голос, которому почему-то обрадовался:
- Спасибо, что нашёл! Брось-ка мне!
Лис вздрогнул и как-то инстинктивно что ли, швырнул руку в грязь.
Тихий Омут, полностью покрытый чёрной липкой субстанцией, а от того выглядящий как кочка, поймал её второй, целой рукой и приладил к культе, не заботясь о том, что рана грязная. Уже через несколько секунд «обрубок» шевелил пальцами.
- А где остальные? - спросила «кочка». - Да не мычите, а тащите сюда! Вдруг и им поможет!
Лисы сообразили, что имеет ввиду человек и вернулись за телами.
Алхимику уже точно ничего не светит, а вот Песцовая Шкурка, Губы Черешни и её соученик более-менее целые, может, и в самом деле есть шанс.
- Дай противоядие, - протянул руку Снежная Гора, когда тела соратников погрузились в грязь.
- От чего?
- От того яда, что был на игле.
- Кому?
- Мне.
- Ты тупой? С твоим уровнем ты бы уже стал смертным за такое время, если бы укололся, - среди чёрного от грязи лица появилась белозубая улыбка.
- Я это... Сердце старейшины сожрал...
- Не Ядро же... Этот яд не поражает плоть. Противоядия у меня нет. Но раз ты ещё не потерял развитие, - глаза на чёрном фоне, казалось, смотрят вопросительно, потому лис помотал головой, - значит, всё в порядке. Противоядия у меня нет. Его, похоже, нет в принципе.
- О! Кто-то очнулся, - крикнула Лисьи Кисточки, тоже покрытая грязью - раны и она получила, так что тоже хотела бы их залечить. Только никак не могла решиться. А когда Снежная Гора силой бросил её в лужу, надула губки и сидела в сторонке от мужчин.
Очнулась Песцовая Шкурка. Она остановила кровотечение и дыхание, когда получила травму, потому выжила. Тело парня растворилось, а вот Губы Черешни не подавала признаков жизни, но и не очнулась.
- Силы у пруда кончились. Сейчас, - Тихий Омут встал, а Лисьи Кисточки ойкнула и отвернулась. - Да я в одежде в этот раз. Когда мне было снимать-то её? Я ж при смерти был. Или даже после смерти...
«А по нему и не скажешь», - ухмыльнулся про себя Лис, наблюдая как бодро человек снимает с тела старейшины артефакты.
Первыми в грязь полетели его рука и нога, а когда Тихий Омут уже решил бросить тело, то Снежный Лис его окликнул:
- Стой! Руки-ноги не растворились!
- Значит, жив ещё, хитрый мерзавец? - удивился человек. - Видать уровень у него приличный был. О! Чуть не забыл! Гора, сердце этого жрать будешь?
- Этот ритуал касается только поверженных лично, - немного смутился Снежный Лис.
- Как скажешь, - и человек вырвал сердце соплеменнику. А потом для верности, оторвал голову и распылил всё с помощью своей техники излома пространства.
Грязь поглотила останки, и спустя некоторое время Губы Черешни очнулась, получив львиную долю высвободившейся от смерти высокоуровневого практика энергии.
- Надо бы всю плоть побросать в эту лужу. Зарядить батареечку, - это слово никто не понял, зато идея ясна.