Невыносимый брат (СИ)
Окно вытянутое, но не панорамное, так, от колена и во весь рост, и выходит на фасад соседнего дома прямо в окна Ромы Евстигнеева, моего ровесника. Он за мной подглядывает. И когда я готова, чтобы за мной подглядывали, я открываю занавески. У Ромы есть сестра Рита. Родители хотели, чтобы я с этой девчонкой сдружилась. Но она гулящая и жуткая стерва. Не срослось у нас ни с ней, ни с её братом близнецом. Так что Рома подглядывает, но ничего не получает.
Напротив окна, у входной двери мой туалетный столик и вовсю нежно-розовую стену чёрный рисунок дракона. Лично рисовала, Рина через видеосвязь помогала. Красиво получилось. В профиль, пасть раззявил красавец чешуйчатый, клыки видны. Гребень острый и крылья почти раскрыты.
Мне уже восемнадцать, но детские фантазии не оставляют. Я не знаю, почему. Вроде серьёзная, уже абитуриентка государственного университета, а в голове любовные истории с присутствием вот таких, как мой Дракоша. Прилетит за мной, заберёт из этого уродливого мира, спрячет в своей башне и не отпустит, пока замуж за него не выйду. Потом убьёт рыцаря, который попытается меня отбить, обернётся прекрасным парнем, и мы будем счастливы. А когда я полюблю его всей душой, рожу ему сына. И вот эта бредятину я рассказываю только Рине и больше никому! У меня нет таких знакомых, чтобы поняли, какие у меня фантазии. Мазохистко-фентэзийные.
Моя самая близкая подруга. Она тёмная царица, я светлая. Рина с чёрными волосами, прикрывающими попу. А я вот отращиваю свои светлые, почти получилось, до талии дорастить. Однажды мы встретимся, и будем танцевать, мы даже танец изучили странный, свой собственный с пожатием плеч и красивыми плавными движениями. Три композиции выбраны для наших ритуалов любви и дружбы.
Я открыла занавеску, чтобы, если Рома в комнате, мог на меня посмотреть. Я строгая, красиво накрашена, собираю в сумку свои документы, планшет, блокнот…
Дверь открывается, и в комнату входит Кирилл Мошников.
Неожиданно. Я привыкла к тому, что в мою комнату вообще не входят, а если хотят меня видеть, то стучат предварительно.
Но этот придурок, вошёл, дверь за собой закрыл и швырнул мне на кровать уродливого розового медведя. Так кинул, как в боулинге шар. Розовый медведь с неистовой скоростью влетел в белого, подаренного Данилом, столкнув его с кровати. И остался розовый подарочек лежать на моих подушках один.
Кирилл высокий, намного выше меня, хотя я не маленькая девочка. И Данила выше, и в плечах шире. Одет во всё новое и одежда не из дешёвых. Голова русая, глаза, как у Ивана, большие серо-голубые, посажены глубоко, отчего взгляд кажется очень злым. И губы! Я никогда не любила губастых. А может не заморачивалась. У него такие губы… Мягкие, красивые, с чётким контуром.
Кирилл суёт руки в карманы джинсов, оставляя большие пальцы снаружи, и, перекатываясь с носка на пятку, рассматривает мою комнату.
— Стучать не учили? — фыркаю я.
— Не люблю стучать и тебе не советую, — он упирается взглядом в дракона. — Кусается?
— Головы безмозглые откусывает и во двор выплёвывает, — тут же отвечаю я, закидываю сумку на плечо, но никуда не иду. Не хочу с ним сталкиваться.
— Я тоже так делаю, — стоит широкой спиной ко мне. — Может, я дракон?
Я прищуриваюсь, мне в голову приходит интересная догадка.
— Так это ты зарегистрировался, как Дракон и мне письма писал? — смеюсь.
— Нет, — поворачивается ко мне и смотрит зло. — Что такая дикая, Ангелина Викторовна? Я к вам, сударыня, со всем пылом страсти, а вы меня втаптываете в грязь.
Именно так иногда говорит Иван. И похожи они. Наверно, поэтому стараюсь взять себя в руки и сильно на этого мажора не обижаюсь.
— Сударь, выйдете из девичьей комнаты, — усмехаюсь я.
— Ты куда-то едешь?
— Да, у меня завтра экзамен, сегодня консультация. Пообщались? Выходи!
Чувствую опасность… Всем телом. Я тепло одета, платье с шерстью, но начинаю мёрзнуть от пристального взгляда, который прокатывается по моим ногам, задерживается в районе живота и скользит выше, причиняя настоящий дискомфорт.
Он такой… Как зверь ленивый, но опасный. Взгляд кидает через моё плечо.
— А кто это по соседству нас лицезрит? — поджимает губы, и мне кажется этот гопник, сейчас плюнет на мой коврик.
— Воздыхатель, — даже не оглядываюсь, зная, что там Рома красуется. Именно красуется, как я перед ним.
— Подыхатель, — Кирилл поднимает руку вверх и машет Ромке. Евстигнеев видимо сваливает, потому что Кирилл опять переводит взгляд на меня. Голову закидывает в надменности. Натягивает улыбку. — Подвезёшь?
— Нет, — отвечаю ирешаюсь сделать шаг к двери.
Он моментом преграждает дорогу.
— На счёт стучать, — я опускаю глаза. — Просто сразу предупреждаю, что расскажу родителям, если ещё раз в мою комнату войдёшь.
— И что мне Тамара сделает? Мой отец вас содержит, неужели кто-то из-за глупости маленькой девчонки будет терять благосостояние.
Я распахиваю на него глаза.
А я не верила Рине!!! То есть он мне угрожает? Обалдеть, что творится!
Я теряюсь. А что дальше? Как ответить? Рина бы ему сказала, а я просто не готова к такому повороту событий.
— Ты ему не родная, — улыбаются Кирилл и выходит из комнаты, ещё раз глядя на рисунок дракона. — И мать твоя в возрасте, а у отца процветающий бизнес. Подумай, прежде чем стучать.
— Ублюдок, — шиплю я недовольно.
— Сама напросилась, — криво усмехается он и закрывает за собой дверь.
Мне страшно. Как я за рулём в таком состоянии поеду?
***Здание университета состоит из нескольких комплексом. Двор у центрального входа занят полностью. Толпы народа кучкуются. Золотую молодёжь видно сразу, по одежде, брелокам от машин в руках и дорогим телефонам.
Около университета тусуемся с одноклассниками. Поступать в этот университет будет восемь человек из нашего класса. Все почти поступили. Потому что платники, я же пытаюсь попасть на бюджет, хочу, чтобы Иван мной гордился. Он уже гордился, когда я ему это объявила. Если не смогу, он заплатит и обо всём договорится.
Со мной ещё две девочки будут пытаться поступить бесплатно. Они из тех, кто не может себе позволить кафе на день рождения. Но я никогда к ним плохо относиться не буду, я сама в нищете пожила и в страхе, что убьют за папины долги.
Но одеты мне все красиво, привлекаем взгляды. Сразу видно, что не простые смертные. В нашем кругу запахи дорого парфюма, звучный голос Василисы Скатовой. С ней у меня нежные отношения и тёплая дружба.
Василиса кареглазая брюнетка. В восемнадцать уже излишний вес, хотя спортом занимается. И очень длинные изящные пальцы, что вовсе не соответствует телосложению. А всё потому, что играет на пианино. Она хотела в консерваторию поступать, но мама бизнес-леди не дала, теперь будет юристом, маме такой работник очень нужен.
Подходят к нам парни. Среди них Данил. В красивой серебристой рубашке, небрежно закатаны рукава, чтобы были видны сильные предплечья, джинсы и кроссы чёрные на пустотелой извилистой подошве, почему-то напоминающие мне монстра из фильма «Чужой». У Данила светлые глаза, и волосы, как у меня. Мы считались самой светлой, красивой парой школы. Эстетично получилось, многие нас фоткали, чтобы на память оставить, как в школе было красиво.
Я сняла будильник. Отвечать на сообщения ему не буду. Как только подходит, я складываю руки на груди. Мы с ним одного роста, когда я на каблуках. Мне нравится его парфюм, сама подарила, девчонки втягивают носами аромат. Шутят, облокачиваются на моего бывшего парня. Он пока не знает, что он бывший, но я почему-то перестала об этом заморачиваться. Наличие у меня в доме урода-нарцисса просто утвердило в мысли, что парням нужно одно и, чем богаче парень, тем наглее. Слишком много себе позволяют. Я лучше дракона подожду. Кому не только моё тело нужно, кто меня полюбит и готов будет выкрасть вот от таких, как Данил.
— Привет, Геля, — улыбается виновато Данил. — Ты получала сообщения?