У трона мертвых (СИ)

Всю ночь я простоял в чжан чжуан. Не знал, что так получится, но решил не прерываться, потому что впервые с того момента, как стал мертвецом, почувствовал во время стояния столбом… боль.
По сути, это означало, что мышцы начали оживать. Собственно, начинающим чжан чжуан всегда дается нелегко. Сначала ты только боль и чувствуешь, минуте не десятой плечи и бедра начинает будто ножом резать, но с практикой неприятные ощущения исчезают. Мышцы расслабляются, тело принимает оптимальное положение. Боль не проходит полностью, но сознание перестраивается, ты учишься находить общий язык с ее остатками.
Мертвячья сила на какое-то время перекрыла для меня этот путь, но когда я смог достаточно расслабиться, он снова открылся. За ночь я так глубоко погрузился в тело, что ощутил, буквально, каждую мышцу. Они отказывались слушаться, ощущались задеревеневшими, но я смог почувствовать их отдельно. Меня это даже немного испугало. На секунду ощутил себя будто парализованным – перестал понимать, как отдавать мышцам приказы. К счастью, сумел отвлечься и снова почувствовал тело целым. Дальше экспериментировал уже с большей осторожностью.
Заходившие на дежурство граничники с внутренниками обращали на меня внимание, но с вопросами никто не лез. Я даже проверял мертвозрением, каждый ли из них ложился спать. Оказалась, что каждый… но не каждая.
Тарлиза за всю ночь так и не уснула.
Глава 9
Чтобы с принцессой не происходило – это обещало сказаться на отряде не лучшим образом. Граничники с внутренниками все еще были полны молчаливого энтузиазма, явно намеревались «исполнить долг», но новые потери могли вернуть упаднические мысли. Я не верил, что они уже оправились от того, что произошло у Костлявой. Защитники, которым досталось меньше, может быть, а вот солдаты…
Бой на пляже показал, что Тарлиза, несмотря на возраст, превосходила внутренников в магических умениях. Плюс, ее «истинность», чтобы это не означало. Если в критический момент она не сумеет задействовать свои навыки… хреново станет всем. А она, как мне казалось, выглядела все менее и менее «в порядке». Даже Терикан, во время обсуждения маршрута, уточнил у принцессы, не хочет ли она проехать часть пути на тупоруке. Тарлиза бодро отказалась. По тому, как внутренник сморщил веки, я понял, что он не очень ей поверил. Но расспросами лезть не стал – блюл субординацию. И, я думал, что зря.
Между тем, шел уже седьмой день похода. За всю дорогу мы пока не встретили ни одного мертвеца. Насмотревшись на кайсов, «улиток», рралов и прочую нечисть, я почти не сомневался, что тех, что я увел из Синей Скалы, тупо сожрали инуи. Скорей всего, если в Хамртуме и были зомби, то только нгор’о. Апокалипсис на Земле, почти наверняка, организовался из другого места, как и нападение на факторию. С точки зрения логистики лезть в кишащий смертоносными тварями лес – это идиотизм. Учитывая, сколько нужно магов, чтобы раскидать Проклятие Мертвых по всей планете, от Синей Скалы к Хамртуму уже бы шоссе проложили.
При этом нападения зомби местные связывали именно с появлением… или воскрешением Мертвого Короля. И умный человек мог бы воспользоваться этим стереотипом. Завезти с Земли несколько сотен зомбарей – натравить их на факторию, а в это время… в это время что? Видимо, делать что-то другое где-то в другом месте. Синее яйцо воровать? Нет, мелко. Тогда что?
Если посмотреть, кому это могло быть выгодно, исходя из результата, то… принцесса вот на Дикий сорвалась. Может, ее выманивали? Хотя она уже на второй день тут оказалась. Как-то быстро… Блин, гадать начинаю. Логика подсказывала, что никакой Мертвый Король нас впереди не ждал, но… даже у моего «рациональное я» понемногу начинали бегать по спине мурашки.
Оказалось бы забавно, если бы Мертвый Король появится только из-за того, что мы в этот поход отправились. Ну а что, антропный принцип никто не отменял. Мертвый Король вполне мог бы существовать только в таком мире, в каком на его поиски кто-нибудь отправился, а в том, в котором на него все хир забили, и не было бы никакого Мертвого Короля…
 
На ходу размышляя, я неожиданно заметил, что и без того плотная группа совсем ужалась. Мы как будто сдвинулись глубже в Лес. Кроны воторгомутов и красных сосен почти полностью закрыли солнце. Отряд замедлил ход, приближаясь к крутой черной скале, поднимающейся почти вертикально вверх. Спустя несколько минут, я разглядел широкую трещину… даже целый проход, внутри которого все было устлано тенями. Судя по всему, туда Бандар нас и вел. Пришлось напомнить себе, что темные переулки, чаще всего, пусты и тихи. Главное, чтобы это правило не только на Земле действовало.
– Снимаем все с тупоруков, – скомандовал «индеец» в практически полной тишине.
– Там… корраш? – спросил негромко кто-то искателей.
– Да, – ответил Бандар.
Никто не забегал, дергая на голове волосы, и даже не упал в обморок. Впрочем, я не услышал и: «Слава богу! А я смотрю, вы все булки сжали. А тут всего лишь корраш. Делов–то!».
– Их много? – спросил Терикан.
– Корраш всегда один, – ответил «индеец». – Но у него много тел. Он нападает только когда голодный. Мы отдадим тупоруков, и ему не будет до нас дела.
– Обоих? – спросил я.
– Да, – чуть прикрыл глаза Бандар. – Обратно пойдем другим путем.
Поклажу с «коров» поделили между членам отряда. Даже мне доверили кое-что: не запасные катастры, конечно – за распределением следил Терикан – а мешок с травяной кашей. Точнее, не с самой кашей, а с крупой. Затем «индеец» сам взял тупоруков за «руки» и завел внутрь разлома, почти полностью скрывшись в тени. Чуть поблескивало только острие его монструозного топора. Большую часть пути держала нес его в руках, но сейчас закрепил на рюкзаке. Вернулся Бандар спустя всего пару минут.
– Туда, – указал он вдоль скалы. – Быстрее.
Около часа мы шли в указанном направлении, зажатые между чернотой леса и отвесной каменно стеной. Я прощупывал все вокруг мертвозрением, и с того момента, как перестал дотягиваться до тупоруков, не почувствовал вообще ничего крупного. Может быть, пару ящериц, но не более. Это со стороны Леса. А вот пробиться ощущениями сквозь камень оказалось непросто. Вверх скала тянулась на высоту шести–семиэтажного дома.
– Веревки, – скомандовал Бандар, наконец.
Хотя место казалось пустынным, лично меня оно с каждой секундой напрягало все больше. Неприятно напоминало Остров. А с ним и кожаного гоблина. Кстати, меня ничуть не интересовало ни где он, ни чем занимается. Даже если пьет Кока-Колу, закусывая ее маринованными огурчиками и сырокопченой колбаской. Мне вообще не завидно. Пусть ему при этом еще и массаж Эмили Ратаковски делает… я только порадуюсь. Я добрый человек, всем добра хочу. И Джонни тоже. Я не из тех, кто станет желать шестинедельного поноса или чтобы чьи-то уши на кожаные дилдо пустили. Точно не из тех…
– Кирилл.
– Да?
– Нужно закрепить веревку наверху.
Я подозревал, что к этому все идет. Бандар впрягал меня при любом удобном случае. То ли пытался обещанную зарплату максимально отбить, то ли… скрытые мотивы, как обычно.
– Конечно, – согласился я с уверенным видом.
Обвязав конец веревки вокруг пояса, я окинул взглядом маршрут. К счастью, на скале хватало трещин и выступов: в нескольких местах из камня торчали небольшие деревца, хвататься за которые точно не стоило. Живым я весил не больше семидесяти пяти, а вот мертвым – вероятно, под сотню, не считая рюкзака. Его я решил не снимать. Там лежало разное и важное, пусть лучше будет при мне.
– Поехали.
Первые метров десять дались на удивление легко. Я не торопился, тщательно выбирал место для опоры. Один раз даже спустился на пару «шагов» и перебрался по стене правее, чтобы «встать» на более удобный путь. Любого другого на моем месте торопила бы накапливающаяся усталость, я же мог позволить себе не спешить.
Метре на двадцатом «не удержался». Напомнил себе, в случае падения, целиться в землю чем угодно кроме головы. В низ я за это время ни разу не посмотрел, высоту определял мертвозрением. Оставалось всего метров пять, когда на самом краю чувствительности я ощутил красно-зеленую точку, что меня даже успокоило, а то как сумеречная зона. Появление инуя меня не испугало – до него несколько сотен метров оставалось.