У трона мертвых (СИ)

– Да, марагаз! – Чирик часто «закивал» глазами. – Да! Не совсем ты хашак! Это честно будет, без стрекатни, марагаз! А то дом ей!
Дальше искатель шел уже улыбаясь, разве что не напевал под нос. Я ему ничего говорить не стал.
– Слушай, марагаз, а как…
– Стой, – я остановился сам и придержал искателя.
Сверившись с мертвозрением, я убедился, что мне не показалось. Снова кайс, и, судя по всему, не один. Я заметил, как, спрыгнул с двухметровой скалы, а после спрятался один кот, а вот красно-зеленых «точек» заметил целых четыре.
– Впереди четыре кайса, – передал я по дублю. – Сотни две мечей.
– Жди, – раздался через секунду голос Бандара.
Спустя минуту группа нас догнала, но и кайсы подобрались. Среди деревьев лежали крупные валуны – остатки разрушенных временем гор, торчал из земли колючий кустарник. Как я понял, Бандар намеренно вел отряд через редколесье, держа маршрут в стороне от чащи. И до этого за два дня на нас всерьез ни разу не напали.
– За теми камнями! – услышал я предупреждение темнокожего внутренника. Указывал он туда же, где чувствовал инуев я сам.
Вперед вышли граничники. Я ощутил, как вокруг них возникают дополнительные магические поля, судя по всему, защитные, но вообще не факт. Поход стал настоящим испытанием именно для моей магической чувствительности. Граничники, внутренники и искатели, мало того, что сами светились и светили своими катастрами и манусами, так еще непрерывно колдовали. Все время пути без перерыва. Потоки красного тумана накладывались друг на друга, иногда причудливо смешиваясь. Понемногу я стал узнавать отдельные заклятия, правда мои «мертвозренческие мускулы» быстро от этого уставали.
На несколько минут все замерло. Часть граничников впереди, остальные по периметру. Внутренники в центре вокруг принцессы. Я стоял среди искателей во второй линии, сжимая катастр Черты и шаря вокруг мертвозрением. Как учит нас крав-мага – противников всегда больше одного. Нападают спереди – жди, что подкрадутся сзади. До кайсов оставалось метров двадцать, но кошки не спешили. Видимо, привыкли охотиться из засады.
– Надо пугануть, – сказал Марог.
– Как? – посмотрел на него Терикан.
– Огнешар, – ответил искатель. – Кайсы не любят огонь. Либо сбегут, либо сразу нападут.
– Долтон!
– Сделаем! – рявкнул глава граничников. – Ропах! Бляд! Пару желтышей за те камни!
Солдаты указали манусами, и через секунду пара огненных шаров, роняя искры, устремилась вперед. Отлетев на нужное расстояние, заклятия врезались в землю, волны огня раскатились на несколько метров в стороны. Пламя еще не опало, когда из-за камней в сторону отряда выстрелило четыре тени. Причем, момент атаки я пропустил, насколько быстры оказались коты. Вспыхнула защита на граничниках, затрещал воздух, сжигаемый Огнешарами и пронзаемый Чертами. Я увидел, как в кайса попало заклятие, что лишь слегка замедлило его движение. Зато спустя миг его настигло во второй раз, в третий… а после буквально разорвало на части ударами атакующей магии. Значит, не так все и страшно.
Только я об этом подумал, как одного из солдат отбросило внутрь строя, а на его месте возник крупный кот – всего в нескольких метрах прямо передо мной. Короткая гладкая шерсть не скрывала игравших под кожей мышц. Я успел только выставить вперед Аргумент… когда к кайсу подскочили Марог и его основной партнер по фехтованию – Шест. Они встретили инуя мечами, заставив того замедлиться. Еще через секунду кота развалило надвое ударом чудовищного топора, который… возник словно из воздуха, а после снова исчез, появившись спустя миг в ряду граничников и приняв на себя прыжок еще одного кайса. Только после я осознал, что топором орудовал Бандар. Я не ожидал, что такая громадина будет двигаться с такой скоростью. Версии, что он авансировал меня фальшивой лечилкой, стало еще меньше веры.
Бой закончился так же неожиданно, как и начался. Последний кайс попытался сбежать, но нарвался на Огнешар, который сбил его с ног, а после граничники уже не оставили ему шансов.
 
– Черный?! – выкрикнул тут же Терикан.
– Никого! – ответил маг. Я ощущал, как от него в разные стороны расходятся поисковые магические волны.
– Ждем, держим строй! – тут же добавил защитник. – Нужно удостовериться…
– Что с раненным?! – перебил его высокий голос. Это Тарлиза, ей, конечно, не позволяли высунуться.
– Брагаз?!
– Занимаемся!
Сначала мне не было видно из-за спин, но потом я разглядел усатого кашевара, который осторожно разрезал кувон на стонущем на земле граничнике. Я увидел кровь, и… кажется, торчащее наружу ребро. Удивительно, несмотря на все, что случилось со мной за последнее время, раненных я почти не видел. Смотреть на человека, который страдает и который сам испуган, оказалось тяжелее, чем смотреть на мертвого.
– Среднюю, – сказал Вован после короткого осмотра.
Я понял о чем он, когда один из граничников поднес ему двойной зеленый катастр. Десятый – так здесь называли сержантов – приложил амулет к развороченной груди и активировал. Стоны раненного тут же стихли. Я чуть поморщился, когда Вован, особо не аккуратничая, впихнул торчавшее наружу ребро внутрь тела, а после так же руками принялся притягивать друг к другу края раны. Продолжалось «лечение»… не меньше двадцати минут. За это время Терикан с Брагазом по разу приказывали не забывать про оборону. Вован почти непрерывно поил пострадавшего водой.
Рана исчезла минуте на десятой, а на двадцатой кашевар поднял граничника на ноги и примотал лечилку к его груди, видимо, чтобы процесс не прерывался. Тот был бледноват, но в целом… даже неуверенно улыбался. Мне стало еще обидней, что на меня лечилка не подействовала. Разумеется, в итоге граничник умрет от заражения крови, руки-то Вован перед «операцией» не помыл, но расстроился я все равно.
Следующие три дня прошли в почти непрерывном выгадывании засад со стороны котов. Они редко завершались боями: видя размеры отряда, кайсы чаще сбегали, но в Лесу их оказалось много. Кажется, даже больше, чем ожидал Бандар. Мы много раз сворачивали: то продираясь через чащу, то наоборот выбираясь на плоскогорье, покрытое в лучшем случае сухой травой, но везде на нас нападали.
Терикан предлагал бросить тупоруков, которые ощутимо замедляли ход, но «индеец» не позволил, уверив, что «коровы» еще понадобятся. Да и вряд ли бы мы ускорились, потому что тогда стало бы намного сложнее держать оборону. Никто пока не погиб, но, как мне казалось, исключительно благодаря везению. Граничников ранило еще несколько раз, а одному из искателей кайс отгрыз пару пальцев. Как я узнал, катастр Большого Лечения отрастил бы их обратно, но никто в здравом уме не стал бы тратить такую ценность на подобную мелочь. На всю группу было только два таких катастра. И, вероятнее всего, лежали оба в чеплаках внутренников и предназначались для спасения принцессы. И если кто–то получит травму, с которой ни малая, ни средняя лечилка не совладает… как поступит принцесса? Одно дело кричать о том, чтобы поскорее помогли раненным, совсем другое – рисковать ради этого.
Если я что и запомнил из уроков истории, так это то, что правители не шли на врага в первых рядах, не подставлялись под пули и стрелы. Не потому, что они злые, а потому что они не идиоты. Как Арагорн, сын Араторна, например. Дело правителя – управлять. Маршак на этот счет давным-давно все сказал: «Лошадь захромала – Командир убит. Конница разбита – Армия бежит». Бой – удел воинов. Точнее, в просвещенном мире воевать никто не должен. Идея отправить наследницу престола куда-то с очень нечеткими целями изначально казалась до крайности глупой. Теперь же…
Интересно, она сама понимала, что жизни этих людей зависели от нее? Если она во время похода погибнет, что станет с ними? Похоронят вместе с ней? Я так и не смог для себя объяснить, для чего все это было затеяно на самом деле.
И, кстати, я перестал думать, что Тарлизе может быть семьсот лет. Иначе она бы в такую ситуацию не попала. И не держалась бы так… старательно. Кажется, ей кто-то очень подробно рассказал, как должна вести себя Великая Колдунья и Достойная Будущая Правительница, и она изо всех сил пыталась этому образу соответствовать. И я бы даже восхитился. Без шуток. Если долго притворяешься приличным человеком, то в конце концов им и становишься. Только вот эту конкретную девицу скорее кайсы сожрут. И меня вместе с ней.