Ф 2 (СИ)

На любые просьбы и требования сделать «Freedom» более снисходительной к пользователям, Платон отвечает отказом: «Эта игра не принадлежит ни холдингу «Спорт и здоровье», но мне лично. Ее правообладателем, разработчиком и главным гейм-дизайнером является создатель Имитатора, предпочитающий не разглашать свое имя. Этот человек любит хардкорные игры и не желает каким-либо образом облегчать геймплей в проекте своей мечты.»
Чтобы просмотреть все сцены насилия, случившиеся в «Freedom» за эти дни, не хватит и года, но давайте посмотрим наиболее впечатляющие из них. Не забывайте, что игроки чувствуют все, что с ними происходит. Ссылка на непрерывную трансляцию с Площади Воплощенных, где происходит одно убийство за две минуты, есть в описании.
Критики обоснованно говорят, что «Freedom» открывает в человеке животные инстинкты. Неумолимая статистика показывает, что из ста девяноста тысяч убийств, совершенных игроками, людьми с темным цветом кожи совершено менее одного процента, женщинами менее половины процента, продставителями остальных полов, объединенными в игре под меткой «Other» — менее одной десятой процента. Убийств, совершенных представителями ЛГБТ также менее одной десятой процента. Такие цифры опубликовали сторонники принудительного медицинского снижения уровня агрессивности у WGM.
— Это действительно правда, что ли? — Удивленно спросил Платон, включив паузу.
— Про снижение агрессивности? — Уточнил Каменев. — Не знаю, это ты у Орки спроси, я дебильные идеи всяких придурков не отслеживаю. Разве что Пашины.
Инженер подколку проигнорировал.
— Нет, я про цифры. — Сказал Рукавицын.
Ремин усмехнулся.
— Формально — правда, фактически — чушь, конечно. Негров в игре просто мало, у них денег на имитатор нет. Те, которые есть, редко имеют хорошую статистику. Кто поспортивнее, неплохо выступают в кулачных боях. Черных фехтовальщиков, лучников, жрецов и магов практически не существует. То есть негры бы хотели всем вломить, но не могут, отсюда и меньше одного процента убийств. По бабам сам понимаешь. Даже Орка признает, что у нее против хоть как-то развитого физически мужчины практически нет шансов. На всю «Фришку» около трехсот активно воюющих женщин, только пятьдесят из них хоть как-то эффективны. Есть и исключения, конечно. Рекордсменки — шпажистка из Голландии, лучница из Питера и две американских магички с азиатской внешностью, работающие в паре. У каждой от шестидесяти до ста тридцати убийств со старта. «Другой пол» — это несколько социально настроенных транссексуалов и странные мужички, пытающиеся притворяться девочками и заниматься сексом без спецкомбеза и подписки восемнадцать плюс. Есть два здоровых транссексуала и одна перекачанная баба, они воюют и имеют шестнадцать убийств в сумме. Что касается ЛГБТ, то в игре сексуальная ориентация не фиксируется, поэтому их ноль-один процента — эти же трансы с бабой с шестнадцатью килами. Все эти рейтинги и статистика общедоступны.
Как говорится, красота в глазах смотрящего. «Freedom» не нравится в основном тем, кто даже не пробовал в нее играть. Давайте в очередной раз перечислим аргументы «За».
В первую очередь, конечно, полный эффект погружения: осязание, обоняние, вкус. Это единственная на данный момент ММОРПГ на технологии Реальной Виртуальности.
Полная интерактивность и абсолютная свобода действий. Реальная физика, а не сами знаете с какими багами работающая имитация.
Вы никогда и нигде не получите такого количества эмоций. Я отыграл всего семнадцать часов и за это время со мной произошло больше событий, чем за всю предыдущую жизнь. Меня грабили и убивали, я умирал и возрождался, сражался и побеждал, нашел друзей и бился с ними плечом к плечу…
— Дальше понятно. — Сказал Рукавицын, остановив просмотр. — С хейтерами ясно, хотят пропиарить себя за наш счет и пока у них получается. А как остальные категории отреагировали?
Каменев и к этому вопросу был готов. Платон с удовлетворением отметил потрясающую информированность Алексея.
 
— Интервеб-сообщество — стандартно: запаслось попкорном, смотрит за развитием скандала, в меру сил и желания подбрасывает дерьма на вентилятор. Ярко выраженных симпатий нет ни на чьей стороне. Пользователи, использующие имитаторы в неигровых целях — индифферентно. Имеет место слабовыраженное движение в сторону нашей защиты — люди беспокоятся, как бы не только «Фришку», а вообще ИРы не запретили. Игрокам на наезды на нас пофиг.
— Там холивар теми, кто больше ненавидит «NWO», чем «Дружину» и имеющими обратный приоритет в антипатии. — Добавил Ремин. — И те, и другие — топы, а их никто не любит.
— Подытожь, Леш. — Потребовал Платон.
Каменев подобрался. Сейчас на него смотрел не добродушный здоровяк, а владелец огромного бизнеса, выставляющий оценку компетентности сотрудника.
— Я считаю, — осторожно начал он, — что оснований для опасений не имеется и следует продолжать работу в стандартном режиме, ситуация в любом случае рассосется сама. Для ускорения и контроля процесса пиар-отделу поставить задачу по дискредитации противника через оказание значительной поддержки идиотского содержания. Чтобы самый даже американская домохозяйка, прочитав требования наших противников тут же сочла их дебилами. К примеру, возьмем самую дурацкую идею: принудительное медикаментозное снижение агрессивности белых гетеросексуалов. Совершенно недостаточное требование, надо продвигать обязательную кастрацию всех белых мальчиков прямо в родильных домах. И прочее в том же духе. Второе направление действий — сменить вектор атаки. Основная масса хейтеров довольно аморфна и бестолкова, суть их программы: «мы за все хорошее против всего плохого», если подменить объект «всего плохого», про «Фришку» моментально забудут.
Рукавицын медленно кивнул, давая понять, что усвоил информацию и принял к сведению точку зрения своего заместителя.
— Пока оставим этот вопрос, надо будет обмозговать. — Произнес Платон и сменил тон на приятельский. — А что там с автобалансом не так сработало?
Ремин только махнул рукой.
— У каждого игрока есть индекс боеспособности. Он динамический и представляет собой совокупность методов оценки из наших боевых и фитнес-приложений, параметров персонажа его игровой биографии и достижений. Там очень много что учитывается: антропометрические параметры, энергетика движений, точность, реакция, сложность выполненных достижений с учетом всего предыдущего, интенсивность игрового процесса и еще до фига всего. Критерий получается такой себе, вроде валового внутреннего продукта государства, где выпитая водка складывается с проданным лесом и разгруженными вагонами. Например, есть игрок Дрон с относительно невысоким рейтингом для обладателя семи уникальных достижений.
— Сколько-сколько уников? — Аж поперхнулся Каменев, отлично знающий, как непросто получить даже одно такое достижение.
— Семь. — Повторил Ремин. — Он отлично выступает на арене в рукопашной, но больше абсолютно ничем не занимается. Коэффициентов немного и потому индекс невысок. Точно такой же может набрать любой игрок, выполнив пару заданий, поучаствовав в паре боев и попробовав несколько видов оружия. Но такие как он — редкость, для большинства игроков индекс более-менее адекватен реальному положению дел.
Павел прервался чтобы попить фреш и продолжил:
— Большая часть неписей «Фришки» имеет стандартную, так сказать, крутость. Голодный оборванец всегда слабый, прославленный рыцарь — сильный, а дракон охренительно сильный. Но я старался чтобы не было зон с крутыми неписями и зон со слабыми, это чушь. Меня всегда бесила тупость ситуации в играх, когда в одной стране все десятого-двадцатого, а в соседней — пядидесятый и выше. Какого черта не завоевали тогда? Но если отказываться от левелинга биомов, надо чтобы игрокам разного уровня подготовки и опыта было чем заняться в одном месте. Чтобы каждый получал испытание себе по плечу там, где это можно логически обосновать, в основном в квестах и данжах, и был введен индекс. Есть еще групповой индекс, который вычисляется не просто как среднее арифметическое, учитывает опыт совместных действий игроков, слаженность их действий, взаимодополнение, средний индекс по серверу и так далее. Методику оценки я спер из в основном из групповых спортивных симуляторов и из танцевального. Короче, если игрок или группа имеет совокупный индекс, превышающий стандартное для события значение, сложность испытания усиливается пропорционально этому превышению. Ну и награда тоже увеличивается.