Единственнная для альфача (СИ)

Ильгар в одних штанах без футболки отжимался от пола, а на его шее сидел Дамирка, дёргал его за волосы и хохотал от таких импровизированных качелей.
— Я все, — сообщила я Ильгару и потянулась за сыном.
— Ну вот что ты за женщина, Ена? — усмехнулся Ильгар не прерывая отжимания. — Ну весело ребенку — не трогай его. Дай парню насмеяться. Иди пока, сделай что тебе нужно. Оденься, причешись. Нам и без тебя неплохо.
Дамирка продолжал повизгивать от восторга и даже не взглянул в мою сторону.
Я так и осталась стоять в нерешительности. Я уже целый год не принадлежала сама себе. Ничего не делала без Дамира. Теперь мне дали крохотную свободу, но я не знала чем мне заняться.
Вроде и нужно причесаться, навести макияж, но и все было непривычно. Как если бы я все вдруг стала делать левой рукой.
Ильгар тем временем сменил отжимания на приседания, и теперь Дамирка смеялся ещё звонче, когда Ильгар то срывался вниз, создавая ветерок для мальчика, то так же резко поднимался вверх.
— Иди, Ена, — снова погнал меня он. — Ты стоишь передо мной в одном полотенчике. Ещё минута и я воспользуюсь этим.
Это мгновенно разбудило меня, и я поспешила одеться.
Через двадцать минут Ильгар закончил свою зарядку с Дамиром. Я выкупала Дамирку, а следом пошел Ильгар.
Наконец мы все втроём были полностью готовы и направились вниз.
— Хозяйке запрещено покидать дом, — остановил нас одним жестом охранник, когда мы вошли в гараж.
Машины из него уже предусмотрительно были выгнаны, чтобы они не мешали ремонтникам.
— Ты ничего не перепутал? — дерзко огрызнулся на него Ильгар. — Или новенький? Ну так от приема на работу до увольнения может пройти очень короткий срок. Поэтому чтобы больше не встревал!
— Но у меня распоряжение хозяина, — промямлил охранник.
— Вот и иди — вейся вокруг своего хозяина и служи ему под дверью, — Ильгар усадил меня в салон. — Ещё раз подойдёшь ко мне с этим — зубы выбью.
Паренёк вызвал по рации начальника охраны, пока Ильгар заводил машину.
— Давай не поедем? — разволновалась я. — Марат действительно никуда меня раньше не выпускал...
— А теперь выпустит, — отрезал Ильгар и дал по газам.
Парни у ворот с таким же сомнением оглядели салон машины, но там был тот самый, с которым вчера Ильгар ночью связывался по рации.
— Я не уверен, что вас можно выпускать... — замялся он.
— А ты поработай над уверенностью в себе, — дерзко бросил ему Ильгар, и нажал на пульте охранника кнопку, открывающую ворота.
И несмотря на запреты, он рванул вперёд, впервые за долгое время, отдаляя меня от дома Марата...
  
Глава 11.
 
– Давай вернемся, пожалуйста, – взмолилась я, в накатившей волне страха. – А если Марат и правда не разрешал? Он ведь потом… меня…
– Не ссы в трусишки, Ена, – усмехнулся Ильгар.
Меня же кольнула эта грубость. Как я вообще могла ему довериться? Он ведь заносчивый и самоуверенный! Что ему будет за то, что он ослушался приказа хозяина? Его уволят и все? Возможно, Ильгару удастся избежать всего остального, ведь он такой мастер в кулачных боях. Ну а мне что будет после этого? И сейчас физическая расправа над собой мне казалась малой жертвой. Мне главное Дамирку защитить и оставить его рядом с собой.
Я закрыла рот ладошкой и зажмурилась от подступивших слез. Паника создавала в моей голове такие жуткие картинки, что я не могла дышать.
– Ена, – ласково позвал меня Ильгар и улыбнулся через зеркало заднего вида. – Ты что, малышка? Я бы никогда не подверг опасности тебя и твоего сынишку. Не плачь. На, посмотри.
Он передал мне свой телефон, где опять-таки был его договор с Маратом. Там уже был четко выделен пункт, что Ильгар имеет право вывозить меня с сыном без предварительного разрешения Марата в любое место в черте города. Все, что за чертой – уже с разрешения. Время поездки – один час. Если больше – опять-таки с разрежения Марата. И вместе с тем каждый час звонить ему, и скидывать геолокацию о каждом сменённом местоположении.
– Убедилась? – мягко спросил он, понимая что я себя уже накрутила дальше некуда.
 
– Да, – наконец выдохнула я. – А что если мы не успеем за час? Куда ты нас везешь?
– Я просто позвоню ему через час и все, – ответил Ильгар. – Не расстраивайся. Я не хотел тебя пугать. Думал немного адреналинчика тебе пойдёт на пользу. Пробудет того чертенка, который в тебе прячется.
– Мне не до этого, – я вернула ему телефон.
– Это ты так думаешь, – не согласился он. – Сейчас ты больше всего заботишься о сыне, что правильно, поэтому всего боишься. Но тебе самой, не заботливой молодой мамочке, а просто девушке Ене нужна встряска. Нужно сбросить с тебя весь этот налипший страх. Ты же вон белая вся! Ни кровинки. Где моя озорная язвочка?
– Я никогда не была такой, – возразила я.
– Да, – согласился Ильгар. – Потому что ты жила перебежками. Тряслась от всего. И Марата этого выбрала лишь бы забиться в безопасную норку. Но если отбросить эту потребность в безопасности. Дать тебе хоть капельку свободы, ты станешь совсем другая.
– Ты меня совсем не знаешь, – я сопротивлялась этому разговору.
– Знаю, – настаивал он. – Тогда… ночью ты была настоящей.
– Перестань! – лихорадочный румянец проступил на моих бледных щеках. – Я не буду говорить на эту тему.
– На тему нашей первой ночи? – снова подколол меня Ильгар, а я его уже готова была треснуть по голове. – Разве ты не хочешь вспомнить как тебе было со мной хорошо? Как ты сама ластилась ко мне?
– Хватит! – пискнула я, так как у меня даже голос сел от наглости Ильгара.
Но тут Дамирка радостно взвизгнул и обхватил ладошками мои щеки.
– Что, Дамир? – обратился к нему Ильгар. – Нравится, когда мама красная как свеколка? Продолжим ее мучить?
Дамирка снова радостно взвизгнул и попытался цапнуть меня за щеку, словно пробуя меня на вкус. Эти его неосознанные и неумелые поцелуйчики тронули мое сердце, и я тут же погрузилась в эту нежность. Я прикрыла глаза, позволяя Дамирке чуть покусывать меня за лицо, а взамен я тоже осыпала его поцелуями.
– Долгий поворот направо, – протянул Ильгар и нас с Дамиром мягко повалило на сиденье.
Это еще больше обрадовало мальчика, и он мягко захлопал в ладошки.
– А теперь налево, – снова протянул Ильгар, и нас повалило в другую сторону.
– Так, а какой у нас музыкальный вкус? – Ильгар выехал на ровную дорогу и одной рукой полез в телефон. – Что любит наш Дамирка? Наверняка всякие вирусные песенки? Что у тебя там по списку? Клава Кока? Артур Пирожков? Ольга Бузова?
– Нет! – возмутилась я. – Я ставлю ему Моцарта и Шопена!
– Фу-у, как скучно, – Ильгара аж передернуло. – Не завидую тебе, парень. С такой мамкой состаришься быстрее, чем вырастишь. Но сейчас я научу тебя настоящим мужским хитам.
Ильгар нашел нужную песню и включил в комфортной громкости. Это оказался Король и Шут.
«Дайте ром!» – призывали певцы, наяривая на бас-гитарах. «Хой! Хой!»
– Перестань, – на этот раз на меня накатил смех, близкий к истерике. – Он же маленький! Ему такое не понравится!
«Крик подобен грому: дайте людям рому!» – запевали певцы-панки, а Дамир замер с выпученными черненькими глазками и застывшей улыбкой на лице.
Почти минуту он просидел вот так неподвижно, впитывая каждый звук, но уже на запомнившемся припеве, он стал подергивать ножками и опять хлопать в ладошки.
– Ну? Видишь, чем мужчину можно взять? – подкалывал меня Ильгар. – А ты ему каких-то старперов ставишь. Нельзя доверять тебе воспитание парня, ох нельзя. Сколько всего он уже упустил: КиШей, Кино, Би-2, Любэ, Сплин, Океан Эльзы. Вот какая классика нужна парням, а не эти твои заезженные пианисты.
– Я сама разберусь, – буркнула я, еле сдерживая улыбку от плясок Дамирки.
– Сиди уж там, – осадил меня Ильгар. – Эстетка.
На этот раз колкость Ильгара не показалась мне обидной. Может потому что мое сердце радовалось за сына? Но сейчас я вновь наполнилась спокойствием и даже по-другому взглянула на слова Ильгара. Вдруг я действительно могу быть озорной? Язвить-то я немножко умела, а вот озорства во мне никогда не было. Кажется.