Репетитор

Руби побежала.
Она стреляла великолепно. Может, оттого, что мишени были необыкновенно яркими на фоне белого снега, может, потому, что сегодня был день ее рождения, а может, просто потому, что она много тренировалась. Последние шесть выстрелов: три в красное, три в золото — прямо как Вильгельм Телль.
— Неужели наша Руби пользовалась каким-то допингом? — сказала Джанет, и все дети рассмеялись. — Не говори родителям, что я это сказала. — Все опять засмеялись. — У меня есть для вас задание на следующую неделю, — продолжала Джанет. Смех немедленно затих. — Потренируйтесь замечать самые маленькие и мелкие детали на крупных вещах.
Услышав задание. Руби даже задержала дыхание. Она немедленно поняла, что это одно из самых важных заданий. Оно важно не только для стрельбы, но и для всей жизни. Шерлок Холмс и стрельба из лука наконец-то соединились в одно целое.
Дети собрали стрелы. Джанет подогнала пикап, уложила мишени в багажник — для этого ей пришлось задвинуть в угол лыжи и лыжные палки — и поехала обратно к стоянке.
— Держитесь крепко! — крикнула Джанет в окошко машины.
Когда они все крепко вцепились в борта, поехала быстро-быстро, чтобы немного их напугать.
У каждой машины Джанет притормаживала, ребенок выскакивал из грузовичка и бежал к родителям. Джип был последним, и Джанет остановила свой пикап рядом с ним. Джулиан стоял снаружи, в руке у него был снежок. Он подошел, взял у Руби лук и колчан. Она спрыгнула на землю и, оглянувшись, увидела, что Джанет пристально смотрит на Джулиана. Мама как-то говорила, что Джанет предпочитает собственный пол… но ведь на самом деле никто не знает, правда?
— Джанет, — сказала Руби, — это Джулиан. Он готовит моего брата для поступления в Гарвард.
— Привет, — сказала Джанет.
— Привет.
Их глаза на мгновение встретились. Руби неожиданно пришло в голову, что они не нравятся друг другу. Отвращение с первого взгляда.
— Не дай им затупиться! — сказала Джанет и завела мотор.
— Не сомневайтесь!
Джулиан смотрел вслед пикапу до тех пор, пока машина не завернула за угол. Только после этого он обратил внимание на Руби:
— Ты хорошо стреляла.
Руби посмотрела туда, где еще несколько минут назад стояли мишени:
— Вы что, отсюда это увидели?!
Джулиан не ответил: он уже смотрел не на нее, а на небо, в котором кружила огромная птица.
— Это ястреб? — спросила Руби.
— Да.
Внезапно — это произошло так же быстро, как в кино: только что была одна сцена, и уже совсем другая — Джулиан бросил снежок и поднял лук Руби, целясь в ястреба одной из стрел с желто-голубым оперением.
— Джулиан!
Он замер, в любую секунду готовый выстрелить. Руби заметила, что его прищуренные глаза были такими же бесцветными, как падающий вокруг снег. Медленно Джулиан расслабил тетиву и опустил лук. Он повернулся к Руби, его глаза опять стали нормального черного цвета:
— Просто тренировка по прицеливанию.
— Жалко, что мишени уже убрали. Ты бы мог несколько раз выстрелить.
— Хочешь, чтобы я выстрелил?
— Мы должны стрелять только в мишени. Это правило номер два.
— А как же тогда звучит правило номер один?
— Напротив тебя не должно быть никаких людей.
— Мудро.
Джулиан наклонился, поднял снежок и — необыкновенно высоко — подбросил его в воздух. Затем не спеша поднял лук и выпустил стрелу. На фоне бледного неба было хорошо видно, как стрела — почти такая же яркая, как снег, — летела вверх, выше и выше, догоняя снежок. В тот момент, когда комочек снега достиг самой высокой точки своего полета и на мгновение замер в воздухе, перед тем как падать на землю, стрела вонзилась в него. Точно в центр. Снежок разлетелся на мелкие кусочки.
— Ого!
Джулиан ее не слышал. Он уже шел по полю, чтобы подобрать стрелу. Он даже не стал смотреть, удалось ли ему попасть в цель. Руби увидела, что ястреб улетел прочь.
— Вильгельм Телль был настоящим? — спросила Руби, когда они ехали домой.
— Легенда.
— Значит, и этот случай с яблоком — тоже легенда?
Джулиан не ответил. Наверное, это был глупый вопрос.
 
— Есть люди, которые ходят на охоту с луками и стрелами, — сказала Руби.
— Да.
— Вы тоже?
Наступило молчание. Пауза длилась долго, и Руби решила, что Джулиан не услышал ее вопроса. Она уже собиралась спросить еще раз, когда он сказал:
— Нет.
Руби обрадовалась. Это делало случай с ястребом не таким значительным. Стрельба из лука снова стала просто видом спорта.
— Я имею в виду, — сказала Руби, — как можно убить живое существо?
— Когда стреляешь, — ответил Джулиан, — то видишь не живое существо, а золотой кружок внутри большого красного круга.
Руби не имела в виду — каким способом, она имела в виду — неужели это возможно.
Машина свернула на Робин-роуд. Навстречу им ехала машина Дэви. В ней сидела группа подростков. Они курили. На заднем сиденье сидел Брэндон. Он смеялся и толкался с друзьями, как обычно это делают мальчишки. В машине не было свободного места, поэтому ящик пива стоял на коленях у Брэндона и того, кто сидел рядом с ним. Издалека было видно, что они везут спиртное. Руби взглянула на Джулиана. Он смотрел на дорогу.
Они вошли на кухню. Мама все еще сидела за столом: на подбородке — чернильное пятно, пальцы накручивают прядь волос, вокруг разбросаны листы бумаги. Она взглянула на вошедших.
— Как насчет «La Riviere»? — спросил Джулиан.
  
14
 
Очень быстро стало понятно, что «La Riviere» — это идеальный вариант: Линда позвонила в рекламный отдел «Скайвей», из рекламного отдела позвонили Ларри, Ларри позвонил своему партнеру. Через пятнадцать минут после звонка Линды ее босс позвонил ей. На этот раз он был совсем в другом настроении.
— Черт побери, Линда! Это именно то, что они искали. Я цитирую Ларри. А ты знаешь, он никогда никого просто так не хвалит.
«Ура!» — подумала Линда и ответила что-то, что немедленно забыла.
— Как только тебе это в голову пришло? — спросил босс.
Линда взглянула на Джулиана, который сидел напротив нее и смотрел в окно. Перед ним стоял стакан с водой, — от всего остального он отказался.
— Трудно сказать.
— Да ладно тебе, откуда такая скромность? Это на тебя не похоже.
— Просто хорошо подумала, и все. — Сама того не желая, Линда понизила голос.
Джулиан взял стакан и отпил воду: каждое движение четко выверено, и почему-то трудно не смотреть на него.
— Продолжай и дальше думать, детка. Увидимся в понедельник.
Линда положила трубку и сказала Джулиану:
— Вы просто гений.
— Значит, название подошло?
В кухню вбежал Зиппи и сразу направился к Джулиану.
— Подошло? Они съели его вместе с оберткой. Даже не знаю, как вас благодарить.
Линда ждала, что Джулиан что-нибудь скажет, но он молчал. Тогда она продолжила:
— Хорошие вещи всегда происходят очень быстро, правда?
Джулиан с интересом на нее посмотрел.
— Следовательно… — начал он.
— Эй! — В дверях появилась натягивающая куртку Руби. — Мы опоздаем.
Она сделала себе новую прическу: три косички, переплетенные между собой, образовали на макушке маленькую пирамиду. Она абсолютно не представляла, что значит правильно себя подать, но Линда была в слишком хорошем настроении, чтобы начинать с дочерью споры по поводу внешнего вида.
— Вы уже выбрали фильм?
— «Такая вот фигня». Выбрали большинством голосов: четверо против троих. Мой голос был решающим!
— Фильм приличный?
— Ага. Он про то, как продавцы наркотиков скрывались в лагере йогов.
— Великолепно. — Линда повернулась к Джулиану, улыбнувшись, как бы говоря: «Ох уж эти современные дети».
Джулиан улыбки не заметил: он смотрел на пирамиду на голове Руби.
Они вышли на улицу. Джулиан вывел свой велосипед на тропинку.
— Спасибо за то, что вы нам сегодня помогли, — сказала Линда. — Не сомневайтесь, что в оплату урока войдут все…