Опричник Его Величества (СИ)

— Привет, — кивнула она устало, садясь за стол рядом со мной. — Как дела?
Нам накрыли в малой столовой. Обычно я ужинал в другой комнате, где находился длинный стол, — в компании Пешковых и иногда Есении. Но сегодня мне нужно было кое-что обсудить, так что я предпочёл обойтись без свидетелей.
— Неплохо, — ответил я. — Грех жаловаться. Как сама?
Голицына вздохнула.
— С переменным успехом. Ослабла, пока в больнице лежала. Вот, приходится восстанавливаться. Сплошные тренировки. Ну, и бумажки разбираю. К работе на земле пока не допускают. Что это тут у нас? Я голодна, как волк! — София заинтересованно уставилась на блюдо, которое поставил перед ней слуга.
— Ничего особенного. Бифштексы со стручковой фасолью и консервированными патиссонами. Кстати, производство Хвостовых.
— Правда, что ты разбомбил все их заводы?
— И не только.
— Как ты это сделал?
— Особенная оптическая система наведения.
— Ясно. Наверное, заказов теперь будет немеряно.
— Уже есть, — ответил я, вспомнив разговор с императором. — Но я хотел тебя кое о чём спросить.
— Не сомневаюсь, — кивнула София. — Только уж извини, но я буду есть. А ты спрашивай.
Она приступила к еде. Я тоже. Так что на несколько секунд воцарилась тишина.
— Итак? — проговорила девушка, жуя кусок бифштекса. — Что там у тебя? Давай, не интригуй.
— Золотая пыльца. Что ты о ней знаешь?
— Отрава, — тут же ответила София, не задумываясь ни на миг. — Превращает пристрастившихся в нежить. Откуда, думаешь, берутся те, кого нам приходится ликвидировать? Не все, конечно, но большая часть — жертвы именно этого говна!
Хм, как я и предполагал.
— Быстро она начинает действовать?
Голицына кивнула и отломила вилкой ещё кусок стейка.
— Боже, как же вкусно! Или я просто проголодалась. Извини, если оскорбляю твоё чувство приличия.
— Не стесняйся. Так что насчёт пыльцы?
— А?
— Скорость воздействия, — терпеливо напомнил я.
— Да, точно! Быстро. Доз тридцать, и человек уже перестаёт себя контролировать. А там трансформация не за горами. На некоторых и быстрее срабатывает. Ну, а бывают уникумы, которые держатся приёмов пятьдесят. Это это очень большая редкость.
— Я слышал, маги трансформируются быстрее.
— Так и есть. Считается, что это из-за того, что в нас уже есть магия Сердца, только очищенная. Хватит пятнадцати доз, чтобы пройти точку невозврата. Ну, а там уже вместо аристократа мы имеем сбрендившего упыря, оборотня, баньшу или ещё какое-нибудь чудище, жадное до крови или человеческого мяса. И приходится работать нам.
— А как пыльца действует на тех, кто уже превратился?
— Да никак. А что? Ты, собственно, к чему всё это спрашиваешь? — София сделал паузу в еде и уставилась на меня с подозрением.
— Да вот, хочу понять, что это за штука такая.
— Иначе говоря, стоит ли её принимать?
— Ну, нет, что ты! Я травиться не планирую.
Девушка наставительно подняла вилку.
— Не забывай, что ты отчасти человек! В большей степени, чем нежить. Так что на тебя пыльца непременно подействует. И что будет, трудно даже вообразить!
— А есть известные прецеденты? — спросил я.
— Понятия не имею! Я только тебя такого знаю. Мы, Голицыны, хоть и сотрудничаем с демонами, но нежитью не являемся.
Ну, это как сказать. В тех, кто заключил со своими демонами новый контракт, впустив их в свои души, я не уверен. Но София о них, кажется, не знает. Пусть в неведении и остаётся.
— А с чего вдруг такой интерес? — спросила девушка.
— Я тут познакомился с господином Жуковским. Слышала о таком?
— Ещё бы! Редкостная гнида. Весь город травит этой пыльцой! Мы пытались его прижать, но не вышло: за него заступился Хвостов. Тот ещё, прежний. Выгородил. Видать, получал от него процент с прибыли.
— Получал, — кивнул я. — Теперь его сын получать будет.
— А как вы познакомились с Жуковским?
— Он сам на меня вышел. Предлагал продавать пыльцу на моей территории. За хороший куш.
— Ты согласился? Или раздумываешь?
— Не то и не другое. Отказался и не планирую передумывать.
 
— Молодец!
— Так и думал, что Шестой отдел им интересуется. Хотел спросить: почему он ещё жив? Из-за Хвостова?
— Нет, — помрачнела София. — Просто его смерть ничего не решит. Просто будет новый босс. Более осторожный. А после него — другой. У них же целая организация.
— А перекрыть поставки?
— Нам так и не удалось выяснить, как пыльца попадает в город. И каким образом вообще добывается. Тебе про это ничего не известно?
Я улыбнулся.
— Как раз известно. И то, и другое.
— Серьёзно⁈ Не прикалываешься?
— Я похож на шутника?
— Да не особо. Ладно, выкладывай!
— Не так быстро.
— Ах, да, — Голицына усмехнулась. — Ты же даром ничего не делаешь. Хорошо, что ты хочешь за информацию?
— Не думаю, что ты уполномочена на такие сделки. Без обид.
— Ты прав. Передать твоё предложение начальству?
— Если не трудно.
— Без проблем. Уверена, эта информация очень заинтересует руководство отдела. Может, хоть намекнёшь, что попросишь взамен? Я никому не скажу, честное слово.
— Всего лишь полный доступ к исследованиям воздействия пыльцы на человека. Уверен, Шестой отдел проводил и вскрытия, и эксперименты.
— Это верно, — подумав, согласилась София. — Никто так не разбирается в процессах превращения в нежить, как наши сотрудники. Не те, кто занимаются ликвидациями, а лабораторные.
— Вот весь архив я и хочу получить.
— И мне нельзя говорить об этом начальству?
— Ты пообещала.
— Ладно, ладно. Не беспокойся. Буду нема, как рыба, — девушка отодвинула от себя пустую тарелку. — А десерт предполагается?
  
Глава 43
 
Вечер и вторую половину следующего дня я провёл, изучая книги о пыльце и вообще воздействии сырой магии на человеческий организм. Но информации явно не хватало. Так что я очень ждал ответа главы Шестого отдела. Однако время шло, а он не объявлялся. Я едва подавлял желание позвонить Софии и спросить, передала ли она ему моё предложение.
Зато, читая научные и псевдонаучные труды, хранившиеся в моей библиотеке, я вспомнил место в библии, где говорилось, что Мессия не восприимчив к яду скверны. Я даже нашёл в ней место, где красочно описывалось, что сырая магия Чёрного Сердца бессильна навредить Спасителю. На всякий случай я скопировал его в свои пометки, которые делал на будущее. Если окажется, что пыльца на меня не действует, этот пассаж из библии пригодится.
Тем временем, в уделе полным ходом шли восстановительные работы. И стоили они недёшево. Также я отдал приказ построить четыре дальнобоя для императора и произвести запас снарядов для наших собственных нужд.
На третий день Свечкин сообщил, что его человек связался, наконец, с Елагиным и передал ему предложение выкупить дискредитирующие материалы.
— И что он ответил? — спросил я, подрезая ростки одного из самых ядовитых растений в моей коллекции. Мы разговаривали в оранжерее. — Что слухи — не доказательства?
— Нет, Ваше Сиятельство. Видите ли, мой человек представился сотрудником одной из газет. Внештатным.
— Понятно. Значит, Елагин согласился?
— Да, Ваше Сиятельство. Но он ещё не знает, что у него попросят в качестве платы. Он думает, речь идёт о деньгах. Мой человек назначил ему встречу сегодня в восемь. Не угодно ли поприсутствовать? Я подумал, вы захотите лично послушать их разговор.
— Да, вы правы. Ваш человек знает, на кого работает?
— Нет, Ваше Сиятельство. Даже если его возьмут, он ничего не сможет рассказать.
— Хорошо. Где будет встреча?
— В ресторане «Городище», территория Красных. Мы сняли там вчера кабинет, который арендовали для встречи с Елагиным, чтобы установить прослушку.
— Хорошо. А что со Спящим? Вы выбрали, кого из окружения Карташова зарядить?
— Так точно, Ваше Сиятельство. Его младшую дочь. Ей девятнадцать, с отцом у неё плохие отношения, живёт одна. К ней будет легко получить доступ.