Опричник Его Величества (СИ)

На этом я отпустил подчинённых, а сам нашёл Марту.
— Планы изменились. Нужно отправить тело графа родственникам. Приведите его в приличный вид, пришейте голову и сопроводите посылку письмом с выражением соболезнований. Текст пусть составит Алевтина Никитична. Думаю, она знает, как это делается. Перед отправкой загляни ко мне — я поставлю на письмо оттиск печати.
— Слушаюсь, — кивнула Падшая. — Должна ли я велеть Аглае усилить охрану замка?
— Не думаю, что к нам явятся гости. Но пусть охрана повысит бдительность. На всякий случай.
Отпустив девушку, я отправился в библиотеку и достал с полок несколько справочников по Пустоши и её обитателям. Пришло время расширить сферу своих интересов, а заодно — и кругозор.
  
Глава 32
 
Как оказалось — вернее, меня любезно просветил на этот счёт специально прибывший с новостями через день Павел Шувалов — официальная война родов или кланов имеет свои особенности. Ибо проходит в городе. Так что её ведение регламентируется несколькими правилами.
— Во-первых, — сказал княжич, подливая себе в кофе сливки, — остальные роды обязаны пропускать войска и технику враждующих сторон по своим землям. Беспрепятственно. Во-вторых, на чужих территориях боевые действия строжайше запрещены. Так что вы с Хвостовыми уже в невыгодном положении: вам придётся доставлять армии друг к другу, и сражения будут разворачиваться на въездах в уделы. Стены, кстати, потом восстанавливать придётся вам же. Каждому — свои. Соседи в это вкладываться не обязаны. И не будут, уж поверь.
— А что, в-третьих? — спросил я.
— Никаких разрушений периметра не допускается. Это касается только войны в марках, но у вас обоих во владении как раз они.
— Понятно. Ну, это меня устраивает. Авиация может свободно летать?
— Да, тут никаких ограничений нет. Но случайный ущерб, нанесённый соседям, компенсируется за счёт причинившего.
— Вроде, всё логично.
— В принципе, да. Мне жаль, что новый граф не пошёл на мировую.
— А мне — что меня не поддержали соседи.
— Ну, это компенсируется тем, что и Хвостовы остались без союзников. Вы будете драться один на один, так сказать. Это всё, что на данный момент сумел выторговать отец. И только потому что ты удачно решил жениться на сестре главы Серого клана.
— А что Его Величество?
— Он пока не высказался.
— Ясно. Когда сын графа вступит в права?
— Ну, ты вернул тело, так что смерть главы рода задокументирована. Полагаю, на днях. Ты готов к схватке?
— О, да. Лучше, чем можно подумать.
— Не расскажешь подробности?
— Извини.
Павел кивнул.
— Я понимаю. Без проблем. Значит, уверен в победе?
— Как минимум в том, что новый граф скоро предпочтёт примирение.
— Но ты не собираешься первым предлагать его?
Я отрицательно покачал головой.
— Его отец совершил ошибку. Я не стану прогибаться. Это означало бы признание своей вины. Разве не так?
— В целом, наверное, да.
Мы провели ещё некоторое время за разговором. Княжич припомнил несколько незначительных правил ведения войны, а затем пожелал удачи и уехал. Было уже поздновато, но я всё равно пригласил Андронову. В последнее время ей пришлось немало потрудиться. Я не сомневался в том, что оборона организована на высшем уровне, но был момент, который требовал особого контроля.
Генерал явилась спустя четверть часа после звонка. Выглядела слегка уставшей.
— Садись, — я указал ей на кресло, где перед этим сидел Шувалов-младший. — Все по плану?
— Так точно, Ваше Сиятельство. Даже с опережением. Свечкин доложил, что обезврежены несколько разведывательных групп противника.
— А наши?
— Пока им удаётся оставаться необнаруженными. Правда, двое одиночных агентов погибли.
— Меня интересуют дальнобои. Их установили на позиции?
— Так точно. И они надежно скрыты. Не думаю, что противник их обнаружит. А если даже и сможет, не догадается об их предназначении.
— Координаты целей установлены?
— Да, мы получили от разведки все сведения. Наводчики уверяют, что удары будут максимально точными.
 
— Прекрасно. Проведённые испытания были удовлетворительными. Надеюсь, в бою наши крошки себя покажут не хуже. Мы сможем сделать корректировку огня с воздуха?
— Так точно. Я уже подготовила особую группу коптеров и операторов беспилотников для этого.
— Хорошо. Диверсионные группы готовы?
— Да, господин.
— Тогда это всё. Можешь идти. И постарайся отдохнуть. Ты мне нужна свежей и собранной.
— Слушаюсь, Ваше Сиятельство.
Оставшись один, я залпом допил остывший кофе и отправился к себе. На днях будет объявлена война, а мне до этого ещё нужно обработать Елагина. Иначе всё это может слишком затянуться. Так что хорошо бы Хвостов не получил титул ещё хотя бы дня три.
Можно было, конечно, затянуть с передачей тела, но мне не хотелось, чтобы это выглядело так, словно я пытаюсь что-то скрыть. Потом на переговорах это сыграет против меня. Наследнику Хвостовых будет, чем апеллировать. Я не хотел, чтобы у него был повод выдвигать требования. Впрочем, если всё пойдёт по плану, ему и не придётся.
На следующий день после школы Свечкин принёс неутешительные новости: подобраться к Елагину не удалось. Тот, как назло, сидел дома и носа наружу не казал. Ходили слухи, что приболел. Так что наш агент ждал удобного случая. Но когда он представится, было неясно.
А на следующий день сын Хвостова получил титул и официально занял место главы рода — со всеми вытекающими из этого правами. Включая объявление войны. Так что после ужина мне принесли пришедшее в замок письмо, увешанное печатями Хвостова и заверенное Тайной Канцелярией в качестве куратора законности. Я прочитал его сначала сам, а затем собрал своих приближённых и зачитал им.
— Итак, дамы и господа, нам официально объявлена война, — заключил я, закончив. — Новому графу не терпится показать всем, что он не лыком шит и убийство отца мне не спустит. Полагаю, он давно готов к атаке, так что тянуть не будет. Вероятно, нападение состоится этой ночью.
Я кивнул присутствующему в конференц-зале представителю Тайной Канцелярии. Тот поднялся.
— Могу я запротоколировать, что вы получили вызов, господин маркиз? — осведомился он нарочито сухим деловым тоном.
— Да, безусловно.
— В таком случае граф Хвостов будет уведомлен об этом в течение часа. За сим прошу прощения, но я вынужден откланяться.
— Разумеется. Благодарю за содействие.
Как только он покинул помещение, я обратился к оставшимся:
— Итак, друзья, у нас максимум час. Полагаю, войска перебрасывать в темноте граф не станет, и нас ждёт атака с воздуха. Как я понял, Хвостов закупил бомбардировщики. Размещать артиллерию на нейтральных территориях нельзя, а со своего удела он нас не достанет. Так что всё внимание на небо. Прожекторы готовы?
— Так точно, — кивнула Андронова. — И ловушки тоже.
— Население отправлено в убежища?
— Да, Ваше Сиятельство.
— Что ж… В таком случае отправляйтесь по местам. Вы все знаете, что делать. С вами, генерал, я на связи.
Когда все вышли, я отправился в донжон, где располагалась рубка. Оттуда я мог руководить всеми боевыми действиями и получать донесения.
Первый звонок раздался спустя полчаса.
— Ваше Сиятельство, граф получил уведомление, — произнесла в трубку секретарша. — Я только что получила сообщение из Тайной Канцелярии.
— Спасибо.
Отключившись, я тут же связался с Андроновой.
— Пора. Приказываю начинать.
— Есть, Ваше Сиятельство!
В трубке щёлкнуло, а через минуту я увидел в окно, как темноту, в которую был погружён мой удел, расчертили снаряды артиллерии, заранее наведённой на заводы Хвостовых, их склады боеприпасов, расположения техники, живой силы и аэродромы. Пушек было ровно двадцать, и разместили их в разных местах. Кроме того, установлены они были на специальные платформы, так что можно было переместить их в случае необходимости. Но я надеялся, что это не понадобится, так как прицелиться заново в темноте было бы невозможно.