Опричник Его Величества (СИ)

— Знакомство прошло хорошо, — ответил я на вопрос Софии. — Милая девушка. Неглупая.
— О, да! Катя у нас умница.
Сказала без сарказма.
— Тебе повезло. Если ты за этим гонишься.
— Она меня спросила, зачем я хочу на ней жениться.
— И что ты ответил?
— Правду. Что мне нужны связи с царской династией. Прочные.
— Логично. Уверена, она и сама так думала. Учитывая, что вы только познакомились. А Катя не спросила, зачем тебе такие связи?
— Разве не очевидно?
— Вовсе нет. Этот брак ведь не сделает тебя членом Белого клана.
— Конечно, нет. Но кровь не водица, как известно.
— Думаешь, император будет к тебе лучше относиться, если ты станешь его зятем?
— Думаю, это откроет мне кое-какие двери.
— Ясно. И как Катя восприняла твой ответ?
— Ну, он её не удивил. И, кажется, не расстроил. Думаю, она не против выйти за меня.
— Вероятно, так и есть. Ты совсем не плохая партия. Как ни странно. В смысле — кто бы мог подумать, что парень, ещё недавно оставшийся единственным в роду, сможет заполучить царскую дочку в невесты. Это тебе Его Величество в награду выкатил? За собственное спасение?
— Ага. Повезло.
София усмехнулась.
— Ещё бы полцарства, и было бы, как в сказке, да?
Я промолчал. Полцарства — это как-то маловато. Предпочитаю всё целиком. Но об этом лучше не трепаться. Особенно с родственниками императора.
— Вот мы и пришли, — объявила София, кивнув на дверь, возле которой стояли двое слуг. — Небось, рад, что мне придётся заткнуться?
— Отнюдь. Ты очень милый собеседник.
— Ну, спасибо! Ладно, пошли. Познакомишься с папой.
Слуги отворили нам дверь, и мы оказались в отделанной розовым мрамором гостиной. Небольшой, но увешанной зеркалами, визуально увеличивавшими пространство. Мебель была дубовая, гнутая, и, кажется, антикварная. Хотя это могло быть лишь видимостью.
При нашем появлении могучий, как медведь, мужчина лет пятидесяти, с пышными белыми усами и редкими волосами развернулся от окна. Руки он держал за спиной и напоминал полководца, задумавшегося о предстоящем сражении. Он уставился на меня большими голубыми глазами, при этом выражение его грубого, словно вырубленного из колоды, лица ничуть не изменилось.
— Папа, позволь представить тебе моего друга и… в некотором роде, коллегу, — проговорила София. — Маркиз Николай Скуратов.
Великий князь вдруг улыбнулся. Однако только губами. Глаза остались холодными и внимательными. Они изучали меня.
Голицын подошёл к нам и протянул широкую ладонь. Пахло от него дорогим парфюмом с резкими древесными нотками.
— Рад знакомству, дорогой маркиз, — сказал он, глядя мне в глаза с высоты своего немалого роста. — Друг моей дочери — мой друг. Леонид Голицын.
— Для меня честь с вами познакомиться, — ответил я, пожимая руку князя. — Благодарю за собаку и приглашение, Ваше Высочество.
— Не нужно этих обращений, — поморщился отец Софии. — Для вас я просто Леонид Павлович, — он взглянул на часы. — Ужин через десять минут. У нас есть немного времени. Давайте присядем.
Мы расположились возле камина, в котором потрескивали дрова. Князь поворошил их изящной чугунной кочергой, а затем снова уставился на меня. И что ж я для всех такое диво дивное?
— Итак, маркиз, вы многого добились за этот год, — проговорил князь. — Особенно для человека ваших лет. Даже не знаю, припомню ли все ваши достижения, если возьмусь их перечислять. И вот теперь женитесь на дочери моего брата.
— Благодарю на добром слове, Леонид Павлович, — ответил я, не отводя взгляда. — Приходится возрождать род. Полагаю, мои обстоятельства вам известны.
— Они всем известны. Вы настоящий герой. Пример для подражания. Молодёжь вами восхищается. И не зря.
— Я этого не заметил, если честно.
— Ну, никто не скажет этого в лицо. Но это так. Вы показали, что усердие и… смелость могут горы свернуть. Полагаю, для Кати не могло быть лучшего претендента.
— Надеюсь, Её Высочество считает так же.
— Мне это не известно. Но думаю, она не имеет ничего против вашей кандидатуры. Впрочем, это не моё дело. Я лишь хотел выразить вам своё восхищение. И ещё раз поблагодарить за Соню.
 
— Разве мог я поступить иначе?
— Полагаю, могли. Вы разобрались с собакой? У Коэнов дурацкая манера не класть инструкцию. Не знаю, откуда она взялась.
— Да, одна моя сотрудница знала, как активировать механоидов.
— Неужели? Интересно, откуда.
— У неё в детстве был один. Вернее, у её рода.
— Вот, как… Она что, из благородных?
— Не совсем. Дара у неё нет. Но её семья была принята в род. Полагаю, дворянство имелось.
— Ясно. Очевидно, вы говорите про одну из ваших Падших.
— Совершенно верно.
— Смелое было решение — принять их.
— У меня особо не было выбора. Но я ни разу не пожалел.
— Понимаю. Хорошие бойцы? Правду о них говорят?
— Лучшие.
— Что ж… Вам виднее, маркиз. Не мне судить о том, как вы ведёте дела, — князь улыбнулся, и снова — одними губами. Похоже, он относился ко мне настороженно. — Давайте выдвигаться в сторону столовой. Как раз успеем дойти. Как вы относитесь к морепродуктам?
— Не скажу, что мне часто доводилось их пробовать в последнее время.
Голицын понимающе кивнул.
— Да, в наших краях это редкость. Их привозят с востока в замороженном виде. Это не то, что свежие, но вариантов нет. Слишком быстро портятся. Я и сам нечасто их потребляю, но ради того, кто позаботился о моей дочери… — он улыбнулся, не закончив предложение. — Идёмте же.
Покинув мраморную гостиную, мы вновь отправились в путешествие по дворцу.
  
Глава 26
 
Возвращался я от Голицыных в смутном расположении духа. С одной стороны, со мной были вежливы и сам Великий князь, и обе его супруги, довольно милые дамы. Особенно та, которая являлась матерью Софии, отлично выглядящая женщина лет сорока. С другой, Леонид Павлович явно что-то знал обо мне и смотрел настороженно. Я то и дело ловил брошенные на меня слишком уж внимательные взгляды. Похоже, заводить речь о связях с Коэнами, как минимум, рановато.
Других детей, кроме Софии, за столом не было.
Великий князь проводил меня после ужина до двери. Беседовали обо всём и ни о чём. На прощанье Голицын заверил, что присланный в подарок механоид лишь символизирует его признательность, но не исчерпывает её. Мол, если что, обращайтесь. Но я решил о делах речь не заводить.
А на следующий день в замок привезли фрактальный сейф. Выглядел он вполне обычно: чёрный металлический ящик с кодовым замком. Однако, когда я его открыл, то увидел внутри чёрную бездну. Никаких внутренних стенок не было. Для эксперимента сунул внутрь книгу. Она повисла в воздухе, ни на что видимое не опираясь.
— Похоже, ограничения только на габариты предмета, который сюда помещается, — сказал я Марте, которая была рядом. Она принимала посылку, осматривая её, пока я расплачивался с доставщиками. — Ничего, что больше дверцы, сюда на засунешь. А так, видимо, можно складывать, сколько угодно предметов.
— Именно так, господин, — отозвалась Марта. — Куда прикажете установить сейф?
— В мою спальню. Скажи дворецкому, чтобы вызвал рабочих.
— Слушаюсь.
— Погоди. Ты в этих штуках разбираешься?
— Немного. Вам нужна помощь?
— Меня смущает замок. Это что, вся защита? Обычный кодовый механизм?
— Нет, Ваше Сиятельство. Сейф настраивается на кровь владельца. Нужно смазать каждую цифру после того, как вы введёте комбинацию. Тогда никто не сможет провернуть их, кроме вас.
— А! Это гораздо лучше. Но получается, любой, кто достанет мою кровь…
— Никак нет, господин. Ведь она не нужна, когда вы станете открывать сейф. Да и мёртвая кровь не подойдёт.
— Интересно. Ладно, попробую после установки сейфа.
Я ещё раз заглянул внутрь фрактала. Очень похоже на Иркаллу. И, в то же время, кабаллисты использовали магию крови. Какое любопытное сочетание. Нет, однозначно в Коэнами нужно познакомиться. Но как?