Леди второго сорта

– А дед точно умер своей смертью? Может, его убили?
– Нет. Полиция тщательно все проверила, и у них не возникло никаких сомнений в том, что кончина почтенного мага была естественной.
Давенпорт отвечал немного механически, все еще продолжая обдумывать какую-то мысль или, возможно, предстоящий разговор с Хольмом.
– А что умеет этот артефакт? Зачем он оборотням?
Я машинально сжала подлокотники, задев кнопку управления, и кресло резко дернулось, но Давенпорт сумел его удержать.
– Говорят, артенид способен исполнять желания, – продолжил он. – Но не все, а только одно, под которое его сделали.
– И зачем лорду Хольму такой интересный артефакт?
– Этого я сказать не могу, – ушел от ответа Давенпорт, а я задумалась.
Странная история. Слишком много загадок. Внезапная смерть деда Беллы и гибель ее родителей, пропавший артенид, видения самой Изабеллы, ее мнимое или настоящее безумие и попытка самоубийства. Как понять, что произошло на самом деле, и как с этим связано мое перемещение в чужое тело?
Я машинально мазнула взглядом по заснеженным деревьям и заметила одно, выбивающееся из общего ряда. Белый ствол с черными черточками, тонкие, согнувшиеся под тяжестью снега ветки, скромная грация и изящная простота – да это же березка! Наша, русская, родная. Как ее занесло в Дартштейн?
Сердце защемило, рванулось из груди, взгляд приклеился к тонкому силуэту. И так захотелось домой, хоть плачь!
«Динка, перестань, – одернула саму себя. – Сейчас не время проявлять слабость».
Да, не время. Нужно выяснить, для чего я оказалась в этом мире. Наверняка ведь не просто так, и есть какая-то причина, по которой меня перенесло в Дартштейн. Может, я должна помочь найти артенид? Или понять, что произошло с семьей Беллы? Кстати, мне бы и самой не помешал артефакт, выполняющий желания. Возможно, он сумел бы вернуть меня домой, в родной и привычный мир, в то время, когда тетя Фима еще была жива. Уж я бы сделала все, чтобы не выпустить ее из дома в тот злосчастный вечер.
Я снова повернулась к Давенпорту и спросила:
– А как выглядит артенид?
– Обычно это деревянная фигурка мужчины или женщины, но каждый мастер добавляет в нее что-то свое. Если верить свидетельствам очевидцев, твой дед вырезал девушку с волчьим хвостом. Правда, видели этот хвост не все, а только оборотни.
Давенпорт рассказывал и катил мою коляску вперед, пока широкая аллея не вывела нас к круглой площади. В центре небольшого открытого пространства высился памятник какому-то поэту. Нахохлившиеся голуби облепили и протянутую в нашу сторону ладонь, и раскрытую книгу, и вдохновенно вскинутую к небу голову. А шустрые воробьи суетливо подбирали брошенные сердобольными горожанами крошки, и бесстрашно лезли под ноги прохожим, выпрашивая добавки.
Я смотрела по сторонам, разглядывала неторопливо прогуливающихся людей, и неожиданно поймала себя на странном ощущении. Казалось, мне знакомы и город, и парк, и площадь. Как будто я все это уже видела. Может, во сне, может, в мечтах… Глупо, конечно. Когда бы я могла это увидеть?
– А у вас есть догадки, где может быть артефакт?
Я повернулась к Давенпорту. Тот поправил цилиндр и ответил:
– Во время расследования одного дела мои люди случайно нашли свидетельства о нахождении артенида. И я вспомнил о поисках Хольма.
– Значит, вы помогаете лорду Хольму по дружбе?
– Можно и так сказать.
– А вы давно знакомы?
– Лет пять, – ответил Давенпорт, и в его голосе прозвучали странные нотки. Похоже, опекун устал отвечать на мои вопросы и разом закрылся. – Пора возвращаться, – сухо добавил он, натягивая привычную личину.
Казалось, он, как моллюск, снова залез в свою раковину, и превратился в того опекуна, которого я привыкла видеть в первые дни общения.
– Может, пройдемся еще немного?
Мне было жаль расставаться с открывшимся новым Давенпортом, и я пыталась хоть ненадолго оттянуть возвращение в особняк.
– Тебе пора в тепло, – непреклонно заявил опекун и, развернув мое кресло, покатил его к машине.
***
Обратная дорога прошла в тишине. Нет, первые десять минут я еще пыталась задавать вопросы, но Давенпорт отвечал так односложно, что постепенно мой энтузиазм угас, и я замолчала, уставившись в окно.
 
Снег продолжал кружить за стеклом белыми мухами, машина тихо рычала на поворотах, а опекун неподвижно застыл на переднем сиденье, и напоминал бездушный манекен. Видимо, на сегодня он полностью исчерпал лимит общения.
Я понаблюдала за неподвижным опекуном, а потом мысли вернулись к Лукасу и его поискам. Интересно, куда делся артефакт? Кто мог взять его из мастерской Бернстофа? И зачем Хольму этот самый артенид?
– Лорд Давенпорт, а кто еще был в доме, когда умер мой дед?
Опекун неохотно повернулся.
– Твой отец и пара старых слуг.
– Может, кто-то из них и забрал артефакт?
– Белла, не забивай себе голову старой историей, – в голосе Давенпорта послышалось недовольство. – Лучше подумай о том, где хочешь провести лето. Если решишь поехать в Баркли, я распоряжусь снять дом.
– А где это?
– На побережье. Вы с леди Летицией проводили там каждый сезон.
Надо же. А я в последний раз была на море шесть лет назад. Мы со Славиком тогда решили отметить его повышение, и поехали в Крым. На целых две недели. Интересно, а море в этом мире такое же?
– Белла?
Давенпорт повернулся и вопросительно посмотрел в глаза.
– Я подумаю, хорошо?
– Только не затягивай с решением. Нужно успеть внести задаток, пока все подходящие дома не разобрали. Эрни, останови на следующем перекрестке, я выйду, – обратился Давенпорт к шоферу. – А ты отвези леди Бернстоф домой, и возвращайся к департаменту.
– Слушаюсь, милорд, – кивнул невозмутимый шофер, и вскоре уже тормозил у тротуара.
– Белла, я зайду завтра, – прохладно попрощался со мной опекун и вышел из машины, а я посмотрела ему вслед и задумалась.
Рассказанная Давенпортом история не отпускала. Она затронула что-то в душе, словно была частью моего прошлого. Возможно, на меня влияли воспоминания Беллы, или извечное желание докопаться до правды, но мне захотелось выяснить, что же случилось с артенидом, а заодно и с семьей Бернстофов.
– Приехали, миледи.
Я так глубоко задумалась, что не успела заметить, как мы оказались рядом с воротами особняка. Острые пики, венчающие тяжелые кованые створки, смотрелись на фоне серого неба особенно темными и зловещими. Как и сидящая на заборе ворона. Птица повернула голову, посмотрела на меня блестящим черным глазом, а потом взмахнула крыльями и тяжело полетела прочь.
– Вот, пожалуйте, миледи.
Эрнест успел подкатить кресло, помог мне в него перебраться и повез к дому. После тепла машины морозный воздух казался особенно холодным. Он пощипывал щеки, проникал в легкие, влажным паром оседал на губах.
– Эрни, а кем именно работает лорд Давенпорт? – подтянув шарф повыше, спросила шофера.
– Милорд возглавляет один из отделов департамента внутренней безопасности, – ответил Эрни, и в его голосе прозвучала гордость.
Вполне оправданная, между прочим. Еще бы! Не каждому выпадает честь возить крутого босса.
Я собиралась продолжить расспросы, но Эрнест быстренько докатил меня до двери, нажал кнопку звонка, и с радостью передал «эстафету» дворецкому.
– Миледи, – неуверенно проблеял Петерсон, глядя, как я въезжаю в дом.
Дворецкий растерянно потоптался на месте, наблюдая за моими передвижениями, потер лысину и посмотрел по сторонам так, будто не знал, что делать, но потом сорвался с места, и кинулся за мной.
– Тут вас дожидаются, миледи, – торопливо доложил дворецкий и пояснил: – В гостиной.
– Кто?
В первую минуту я почему-то подумала о полиции, но Петерсон сумел удивить.
– Ваш родственник, миледи.
Родственник? Час от часу не легче.
– Что за родственник?
– Он не представился, сказал только, что у него к вам важный разговор.