Ружемант 4 (СИ)
— Ну… ты вполне себе живой.
— Знаешь, как оказался в твоей части?
Она ухмыльнулась, тут же ответила.
— Имел неосторожность слишком слабо и не туда пнуть Вербицкого-младшего.
— Если бы только. Он пытался спихнуть меня под поезд. И знаешь, случись это — и вряд ли кто стал бы особо переживать, разве что Инна. Возможно, какой лихой журналюга на десятой странице расписал бы радостную весть: благодаря стараниям великого рода Российскую Империю покинул последний ружемантский недобиток. Я понимаю, что ты хотела сказать, Царенат оказался к такому не готов. Ружемант и инфо-фея на узле центрального управления — звучит как анекдот. Они не боялись. Хочу знать почему.
Бейка умолкла, отвечать не торопилась.
— Правда не всегда может оказаться приятной, Потапов.
— Лучше, чем сладкая ложь.
— И то верно. Что ж, думаю, ты, как никто иной, имеешь право знать. Так вышло, что ружемантов охолощили. Ты слышал об этом прежде, знаю. Проверки, печати… Даже твои показатели ниже того, что принято считать нормой. На бумаге. На деле ты оказался сильнее, в духе старой школы. И знаешь… вот.
Газетный лист. Прищурился от одного только заголовка.
«Дегенеративный мутант-выродок, как признак слабости Имперского рода. Не пора ли менять власть?»
— Вербицкий-старший пошел ва-банк. Твои успехи не остались незамеченными, как и связанная с тобой куча странностей. Пока ты героически «вертал Вратоград взад», он пытался на этом играть. Должна признать, небезуспешно. Ружеманты — это ящик Пандоры, который боятся открывать. Тебя не должно быть, но ты есть…
— Все еще не понимаю.
— Ты прав, таких, как ты хочет заполучить каждый правитель. Мы, Царенат, Синьилай. Ты был в застенках лабораторий Скарлуччи. Чего греха таить, сам участвуешь в моих экспериментаторских потугах. Как видишь, это непросто, с переменным успехом. Вас смогли охолощить, но никто не придумывал возможности вашего возвращения в обойму. Потому… на вас закрыли глаза, махнули рукой, решили искать счастья в иных аспектах.
— Кроме тебя?
Она звонко рассмеялась в ответ.
— Нет. Никогда не планировала увидеть тебя в том ключе, в котором ты есть. Рейд, штурм Вратограда, атака на особняк Скарлуччи… Еще год назад могла лишь рассчитывать на операцию по внедрению. А вышло так, как вышло. Ты молодец, Потапов. Уже решил, что будешь делать, как вернешься?
— Нет. Наверное, первые несколько дней ничего. Куплю игровую консоль. Здесь ведь есть игровые консоли?
— Как приземленно, рядовой, — отозвалась Бейка. Показалось, слышал недовольство в ее голосе. — Тебе начислят деньги. За подбитую технику и прочее.
— Мне? А остальным?
Вместо ответа Бейка выдохнула, развела руками.
— Ты считаешься представителем благородного рода, восстановленным в правах после награждения Императором. Девчонок же… Отпустят, зря я, что ли, ради этой бумаги волком рычала? Дадут немного денег, повысят гражданский класс на пару пунктов. Считай, что родина дала им вторую путевку в жизнь, а там уж как получится.
Задумался.
— Ты не знаешь никакого известного скульптора. Как Гатичелли?
— Эк тебя потащило, Потапов. Хочешь возвести себе рукотворный при жизни?
Возмущенно покачал головой, не себе.
— Девчонкам, — проглотил горький ком, застрявший в горле. — Всем, кто не выжил и не вернулся. Пусть о них помнят не меньше, чем о Восьми. Знаешь, скучаю по Владе…
Белка при упоминании последней приоживилась.
— Кстати, о ней, Потапов! Не было возможности сказать, но она выжила.
— Как? — меня пронзило от удивления. Потом от теплой, почти нежной радости. Повторил вопрос. Бейка улыбнулась.
— Ее не было в лагере, когда нагрянул «Дровосек». Медики позвали ее на полевую операцию по выносу раненых. Она не смогла отказать, — командующая выдохнула. — Возглавила отряд, оказалась единственной с боевым опытом. Не сумела связаться с Колесниковым. Вывела два десятка медработников к нашим позициям. Вот, читай…
Еще одна газета, еще один заголовок. «Носферату в который раз доказывают свою человечность! Вампир-медик вывела раненых соратников и коллег из огненного кольца окружения!»
Бейка помялась.
— Журналист, конечно, малость приукрасил ее подвиг, однако…
— А девчонки? Они говорили, куда поедут? Ну, кроме как домой?
Бейка выдохнула. Не хотела прощаться с подопечными, но знала, этот момент наступит.
— Белка собиралась вернуться к родителям. Да, они от нее отказались, но то в прошлом, и на то свои причины. Айка… высказала желание быть моей секретаршей.
— Уж лучше запиши ее в охрану. Ей достаточно просто испугаться налетчиков.
— Учту, — Бейка кивнула. — Лена долго боялась мне сказать, так пришлось самой. Ты же знаешь, по правилам зверолюд должен быть за кем-то закреплен.
— Даже военный герой?
Она кивнула вместо ответа, продолжила:
— Возьму с собой и Мицугу. Знаешь, собираюсь открыть в Москве исследовательский центр.
— Будешь делать из нее оружие? — нахмурился.
— Нет. Но ты представь, каких высот можно достичь с ее умениями? Мицугу — неограненный алмаз. Не знаю, как рушинникам удалось ее создать, но слышала, Скарлуччи готов был им заплатить за нее. Или хотя бы за образцы ДНК.
Кивнул, мрачная лаборатория в потемках будет приходить ко мне в страшных снах.
— А Влада, говоришь, выжила? Куда собирается?
— Еще не говорила с ней на эту тему. Говорит, собирается вернуться на фронт. Быть врачом.
— Так значит, часть расформировывают? Больше не нужен заградотряд?
— Какой ты фантазер, Потапов. Если токарь уходит с завода, тот не закрывается, не трещит изнутри. На его место ищут нового человека. Не удивляйся, здесь точно такой же принцип. Назначат нового командующего, приволокут новых новобранцев. Будет кому стоять, не волнуйся.
Не сказать, чтобы сильно беспокоился по этому поводу.
— А тройняшки? — спрашивал обо всех.
Видел девчат живыми, не совсем здоровыми. Старшенькой досталось, отдувалась в этот раз за всех. Пуля прошибла ее насквозь прямо в пупок, потребовалась операция. Помню, как в ужасе бежал врач, осмелившийся сказать ей, что комиссована. — Тоже решили остаться?
— Сам ведь видел заключение врача. А если не видел, то слышал. Попытаюсь их отговорить, вернуться в Маленькую Москву…
Посмотрел на свои руки. Совсем недавно судьба девчат лежала в них поводьями. Куда направлю — туда и приведет. Теперь они готовы были разлететься кто куда вольными птицами. Не знал, не думал, не представлял себе больше жизни без них.
Словно читая мои мысли, Бейка подмигнула:
— Что-нибудь придумаем, рядовой. Шоколад еще будешь?
Из сумки высунулась серая, залежавшаяся на самом дне плитка. Командующая разделила пополам, и, откусив огромный кусок, я зажмурился. Хотел выглянуть в окно, неверие бежало следом.
Признать, что война с Царенатом закончена лично для меня оказалось сложнее, чем думал…
Всем спасибо! Ссылка на пятую книгу — https://author.today/work/318037