Ружемант 4 (СИ)
— Знатно встречаешь. Как настоящий uomo, — бронемаг сложил руки замком, замахнулся. Я скатился со стола. Тот хрустнул под могучим ударом.
— Милицию сейчас! Что там у тебя, черти скачут? — хрипло орал снизу сосед. — Мне на работу утром!
— Среди Восьми был ружемант, ragazzo.
— Ложь!
— Думаешь? — великан делано улыбнулся, смахнул меня ладонью, словно надоедливую муху. В ушах звенело, я встал и тут же упал — поскользнулся на обломке кирпича. Ухватился за стул. Скарлуччи взял меня за ноги, потащил на себя. Опустил стул ему на голову без особой надежды. Что слону дробина…
Нет, не так. Исполин ухнул, выпустил, видимо, даже будучи родом из кошмара был лишен чародейских сил.
Мы на равных, если не считать его звериной, нечеловечески огромной силы…
— Кто же тогда оставил послания в руж-волнах?
Он качал головой, пытаясь встать. От отчаяния я вцепился ему в волосы, что есть сил дернул, великан послушно потащился вперед. Лишь мгновение спустя понял, он мне подыгрывает. Следующий шаг его обратился стремительным рывком, стальной лоб врезался мне в грудь, захрустела ломаемая грудная клетка. Ни охнуть, ни вздохнуть.
Словно выброшенная на берег рыба, разевал рот, барахтался, тело не слушалось. В лицо брызнуло водой, рубаха на груди тотчас же вымокла насквозь. Раковина, расколотый унитаз, душевая кабина. Скарлуччи счищал с самого себя обломки.
— Ты видел их воспоминания! Они говорили с оружием!
— Оружие говорило с ними, не наоборот!
Он выпрямился, расхохотался, открылся для удара в пах. Обманка. Как только я попытался, он схватил меня за ногу, поднял на весу.
— И часто говорят с тобой пистолеты? Жалуются на скрипящую кнопку кобуры? На неудобный новый спусковой крюк, на несмазанный курок? Отвечай!
Отвечать было нечем. Схватил чудом устоявший тюбик дезодоранта на полке, благо тот был без крышки. Нажал на кнопку, струя ударила великану в глаза. Вит взвыл, что осатаневший, выпустив меня, схватился за лицо. Могучая фигура металась по крохотной ванне, стучась о стены, топая, как слон. Нырнул в открывшийся дверной проем, спасаясь.
— Uomo! Cagna maleduta! Fusiele diavolo! — бронемаг изрыгал грязную ругань, не в силах успокоиться. — Оружие не говорит, если не было тронуто светлостью fusielemante! Если тот не был близок с их обладателями в людском понимании.
Какой же бред! Я оглянулся очень не вовремя. Скарлуччи швырнул в меня обломком кирпича, плечо взорвалось болью, запульсировало, из распахнутой раны брызнула кровь. Сумевший встать великан несся по моей разрушенной напрочь квартире, что носорог.
Память работала сама по себе. В комнате напротив на антресолях лежит коробка. Там ТТшка — куплена на черном рынке на всякий пожарный.
Если сейчас не он, то я даже не знаю…
— Idiota! Эта cagna заставляла тебя спать с своими подопечными! Думаешь, какой в этом был смысл?
Великан нагнал меня в три прыжка, смел оплеухой. Пролетел в комнату, словно мяч, ударился о стену. Покосились пресловутые антресоли, картонная коробка рухнула мне на голову, раскрылась. Пистолет упал прямо в руки, ладонь привычно сжалась вокруг рукояти.
Мятый листок ударил мне по лбу. Увидел лишь несколько написанных от руки букв — это же Бейкин почерк. С-и-ок…
— Список. Узнаешь? Распорядок, в чью дырку пихать своего soldato. Думаешь, я не знал?
Он знал. Как минимум ему рассказала Хроми. Руку дернуло отдачей, стрелял, не целясь. Пуля вонзилась великану в район груди. Парой сантиметров ниже — и прямо бы в сердце. А так его не убило, но разозлило изрядно!
Исполин швырнул себя на меня, я откатился. От удара затрещали полы, вниз проваливались вместе с ковром. Прямо на голову неугомонному игруну на батареях. Вот уж в самом деле — достучаться до соседей!
— Брось эту игрушку. Стреляются лишь ragazzo. Uomo — говорят.
Пудовые же у него слова…
Великан ярился с каждым мгновением, не унимался. Ухнул, когда испуганный сосед опустил ему обломок водосточной трубы на спину. Заорал. Кипяток из раскуроченной батареи струей шибанул по ногам. В воздухе повис дух ошпаренной шкуры. Я сдавил курок еще трижды. Сосед с трубой попятился и двинулся на меня, одарить тем же самым, чем недавно облагодетельствовал великана. Вот уж нейтралитет во всей его красе!
Попал еще дважды. Исполин рухнул на колено, кровила пробитая лодыжка. На дыру в бицепсе даже не обратил внимания.
— Ты спал с ними, делая их оружие живым, мальчик. Ты не понял, чего она добивается? Бормочет о проклятии, что я на нее наложил. Не было никакого проклятия! Она хочет создать новые Восемь! Поглотить их так же, как поглотила прошлых.
— Ложь!
Он расхохотался, сдаваясь. Очередной выстрел клюнул его в район живота, заставил скорчиться. Сосед с трубой выронил ее, поднял руки, едва направил ствол в его сторону.
— Она дает им свои имена. Тебя не смущает, что от Восьми остались лишь клички? От этих останутся они же…
Я остановился на миг, тяжко дыша. Шел к нему, словно по минному полю. Дуло пистолета коснулось морщинистого лба бронемага. Даже лишенный собственных сил, он казался неубиваемым.
Раскачивался, несчастного штормило. Он с трудом сдерживал кровь, идущую через рот. Плюнул мерзким комком. Качнул головой, когда я собирался спустить курок, ударом отвел пистолет — выстрел ушел в молоко. Следующего выстрела не случилось: щелчок предупредил об опустевшем магазине.
— Стой, ragazzo. Abbastanzo, сдаюсь. Победил. Но я тебя предупреждал.
Ухмыльнувшись, великан вцепился самому себе в грудную клетку. Я с ужасом смотрел, как он рвет собственную плоть. Бронемаг состоял сплошь из яркого света. Выудил его из себя, держа передо мной на обеих ладонях, предлагая как награду.
— Твой. Теперь бери…
И я не удержался…
Глава 20
На миг показалось, будто разучился дышать. Яркий свет, стоило мне принять дар поверженного противника, накинулся, словно зверь. Опутал с головы до ног, ослепил, сильно сдавил грудь, будто я разом разучился дышать.
В плечо толкнули раз, другой, чуть не ответил отчаянной оплеухой. Не хватило сил, вместо этого ударил рывком назад.
— А ты дикий, рядовой, — мрачно заключила Бейка, поймала. Ловко поставила на ноги, похлопала ладонью по щекам.
— Перед глазами не двоится? Сколько пальцев я показываю?
— Двенадцать? — отвечал полушутливо, даже не пытаясь сосчитать. В себя пришел через мгновение. Ощущение сна никуда не делось. Будто из одного кошмара провалился в следующий.
Не было квартиры, бутылки водки, соседа. Посмотрел командующей за плечо, будто в самом деле верил увидеть за ней тело исполина. Она готова была покрутить пальцем у виска.
Сказать ей о том, что приснилось? Расспросить? И в чем буду ее обвинять? Приснился Вит, сказал, что вся твоя задумка — очень хитровышморганный план? И что, черт побери, она тут делает?
Вопрос был актуален. Танковый гараж, Зверь Войны молча высился над нами. Она поспешила успокоить.
— Твой ИИ-ассистент связалась со мной. Доложила, что ты потерял сознание. А еще о повышенном кровяном давлении.
Голографическая фигура моей помощницы стыдливо пряталась за спиной Бейки. Последняя усмехнулась.
— Еще одно видение о Восьми, да?
— Да, — отрицать было глупо. Схватился за «Арес», проверил его — не поверил собственным глазам.
Бог войны, воплотившись в винтовке, поздравил меня с открытием еще одного его аспекта. Ириска вывела текст доступной пассивки прямо над затвором.
Своеволие
Оружие, получив возможность мыслить и частицу жизни ружеманта, способно самолично проявлять себя в бою. Помимо прочего, у оружия теряется понятие «требуемый уровень» для конкретного ружеманта. Улучшает все характеристики на +1 ед., увеличивает все способности, завязанные на параметре удачи на +2 %
От взгляда Бейки это не ушло, она прищурилась.