Ружемант 4 (СИ)
Вспомнил пухленького, малопримечательного мужичка.
— И что он? Велел сворачиваться?
Она вновь затрясла головой.
— Нет. Сказал, держать позиции, перейти в глухую оборону. Наши успехи взял на вооружение сам Император.
— В каком смысле «взял на вооружение»?
— В политическом и… военном. Царенат оказался слабее, чем думали. От простой обороны, обмены любезными ударами перешли к активным действиям. И сметаем. Теперь не Царенат, мы в наступлении. Берсеркин был бы счастлив…
— Про Вербицкого ничего не слыхать?
Белка лишь развела руками в ответ. Велел Ириске проверить последние новости в сети, но той оказалось нечем обрадовать.
Доступ к сети был.К царенатской.
— Разное говорят, Максим… Тут всех слушать ушей не хватит.
— Ладно, это понятно. Какой смысл тогда держаться здесь, стоять в обороне?
— Помощь идет не только к ним. К нам тоже. С правого фланга. Там прорвались, глубоко в царенатский тыл зашли.
— Иди ты… — мир всего за несколько дней резко сменил полярность. Было чему удивиться. Права была Ната: с того момента, как не стало Скарлуччи, будто ушла целая эпоха…
— Этот… летающий монстр, думаешь почему здесь? Прикрыть, отбить Вратоград? Они отдали бы город, отступили, утерлись. Оказалось, что они так крепко верили в силу своего оружия, что не возводили укреплений. Этот налет был… как способ задержать, дать время возвести их. Наверняка царенатская верхушка сама не ждала такого успеха.
Выдохнула.
— Ты не спрашиваешь про Вита. Убили ли мы его?
— Убили ли вы его? — сказала без выражения, будто ради вежливости. — Знаешь, Макс, когда-то мечтала плюнуть на его труп. Вот его не станет и тогда… Ложилась спать с этой мыслью. А кто-то так же думал про Берсеркина, про десяток, сотню других офицеров, что уже в земле. И что? Война не закончилась, наоборот. Из вялотекущего конфликта переросла в жаркое боестолкновение. В жернова, куда кидают жизни. Мы умудрились перемолоть в них Скарлуччи, но сколько их будет еще? С другими фамилиями, именами, столь же непримиримых…
— Ты как-то перешла на философию, — прочистил горло. На миг подумалось: а может, то же пыталась донести Ната, а я тогда не понял, не принял, не осознал?
Хмыкнул, а ведь не всегда был таким циником как сейчас. Загрубел, заматерел, кажется, они в той же стадии.Поперхнулся, не хотелось, чтобы девчат постигла та же участь, прижал покрепче.
До перевалочного пункта дальше ехали молча…
* * *Доклада не было. Думал, будет как в прошлый раз собрание офицеров. Оказалось проще, не до того.
Приближалась ночь, ждали очередную атаку. Тройняшки, сидящие рядом, с грустью вспомнили миссии из стратегий, где надо ночь отстоять, день продержаться, а может, и наоборот…
— Не понял, — явился к Бейке с вопросом. Нашел не сразу, командующая была в санчасти. На ее тело жутко было смотреть. Не врала про разложение за два-три дня.
— Тогда чаще смотри на доску и не отвлекайся во время уроков, Потапов, — отвечала сразу же и не выясняя, зачем явился. — Принес апельсинов? Я люблю, мне бы не помешали.
— Не понял, почему кому-то велели атаковать аэродром? А сидящим здесь, на импровизированной базе, нет.
— Чего же ты хочешь от меня? Ответа? Решения? Приказа? — лыбилась разорванными губами. Морщился вместо нее, это должно было быть больно.
— Хочу понять логику. Зачем бросать часть сил на бесполезную атаку?
— Кто сказал, что это бесполезная атака?
— «Дровосек» не оставит от них даже мокрого места!
— А ты, погляжу, рядовой, мастак палить из пушки по воробьям.
— То есть?
— Что есть, то не пить, Потапов! Ты нравишься мне умным, так потрудись соответствовать.
Я качнул головой, не соглашаясь:
— Он может принимать роботизированную форму. Как трансформер…
— Интересное слово. Мне нравится, — перебила командующая, но я не обратил внимания.
— Как самолет, может, он и не взлетит, но что ему мешает обратиться в башню? И стрелять,стрелять,стрелять докуда есть возможность? Артиллерийской установки в нем, случаем, нет?
Бейка ухмыльнулась, приложила палец к губам.
— Даже у стен есть уши, рядовой. Не подавай им идей. Ты прав, ничего не мешает. Вот только никто не разрабатывал эту махину для обуздания мелких сил сопротивления. Никто не предполагал, что «Дровосек» встанет столбом, превратится в турель. Он должен летать, стрелять, разносить армии, пугать вражеские города, сбрасывать бомбы, от которых исчезают целые кварталы. Я говорила тебе раньше, что один залп по нашим силам стоил Царенату не просто состояния, но уйму средств и ресурсов? Так вот, ни чуточки не соврала. У стального великана есть мощное оружие. На несколько выстрелов. Может быть, даже на три-четыре десятка, не суть как важно. Это шикарный способ палить из пушки по воробьям.
Меня все еще не устраивало, и тогда она растянула в издевательской ухмылке рот и мягким, бархатным голосом спросила: чего же я хочу?
Опешил. В самом деле, какое отношение Бейка имеет к этому балагану? Не она отдавала приказ, не ей отвечать за то, почему он кажется столь несмешным.
Но ответить ей в самом деле было чем…
— Видишь ли, Потапов. Ты, наверное, думаешь: как же так? Такая огромная махина, такая мощь, неужели ее можно закусать из крохотных танчиков? И на деле во многом ты правильно сомневаешься: броню для железного болвана подгоняли из лучших сплавов, не удивлюсь, что применяли магию и самого Скарлуччи, перевернись он в гробу, позвали для заклинаний. Какой там уровень брони?
— Сорок восьмой, — шепнул следом за подсказкой от Ириски. Командующая лишь развела руками, предлагая додумать самому. Много ли я в своей жизни видел штук, способных протаранить такое?
— И чем же ее пробивать? ПВО не возьмет… Ядерным ударом?
— Ну ты уж не говори за все ракеты, наши умники тоже не лаптем щи хлебают. Тут уж как по всем законам войны: они хорошие бронекулаки создают, мы клепаем оружие, что их пробивает и уничтожает скопом.
— А заградотряд? Это тоже такое оружие? Чтобы бронекулаки — и скопом?
Она зашлась некрасивым смехом. С жутким внешним видом это казалось по-колдовскому зловеще.
— Хорошая шутка, рядовой. Ты сегодня просто в ударе. Я что хотела сказать-то, обездвиженного великана загрызет и мелкая мошкара. Задача наших танкистов держать Царенат в напряжении, превратить аэродром в зону боевых действий, и тогда эта махина больше не взлетит. А не взлетит она, то… по-всякому. Огромный удар по всему Царенату.
— Фелиция говорила, что мы один сбили такой. Над нашей территорией. Что-то не похоже, что Царенат обделал портки, — сразу же возразил. Она повела плечами.
— Не все так просто, рядовой. Не лежит на виду. Война измеряется в масштабах. Их птичку сбили на боевом вылете, а она ведь вполне способна огрызаться на воздушные атаки в ответ. Что там, она авианосец для дронов и беспилотников всех мастей. То, что они считали неуязвимым орудием победы, оказалось не столь хорошо, как расписывали. И ваша следующая задача — доказать это.
— Наша? Доказать?
— Колесников уже заходил ко мне. Хоть и создание ударной группы для подобных операций твоя идея, меня он все же считает старшей. И правильно, мальчик, лучше не зарывайся на умных теть, можешь оказаться на больничной койке вместо них. Так вот, он хочет взять над тобой шефство.
— Я же говорил, что никуда не уйду. Останусь в вашей части, — представить себе расставание с девчатами, к которым привык, было выше моих сил. Бейка понимающе кивнула, заговорила вновь:
— Не об этом. Видишь ли, я не в лучшей форме, — ткнула себя в грудь. Да уж, это мягко сказано. Нахмурился, это что же, толстяк пойдет с нами на следующую задачу? Хотя, конечно, внешность в данном мире обманчива. Вдруг он взглядом превращает в камень? Командующая будто читала мои мысли, разъяснила: — Он будет курировать вас лично. Мы даже начали составлять список девчат. Ознакомься.
Кивнула на лист, лежащий на журнальном столике. Осторожно взял его, пробежался глазами.