"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— И какие у тебя способности?
— Призыватель.
Среди деревьев мелькнули огни кампуса.
— В общем, звони, — бородач добродушно хлопнул меня по плечу. — Парень ты хороший, сразу видно. Жаль будет, если сгинешь в этой академической мясорубке.
— До встречи.
Мещерский свернул на дорожку, ведущую к общежитиям третьего курса. А я неспешно зашагал домой. Каждая клеточка тела изнемогала от боли, поэтому я окутался зелёным свечением и стал приводить себя в норму.
Не верю я в добрых людей.
Хоть убейте.
Каждому что-то от меня нужно. Взять, например, Мещерского. Вступился за незнакомца в сортире, получил взыскание. Рыцарский поступок... если забыть о том, что Венедикт преследовал собственные цели. А именно — вернуться в додзё к опальному сенсею. Не знаю, какая кошка пробежала между Зандером и Бергманом, но не жаловал проректор нашего сенсея, это факт. Не удивлюсь, если чуть позже выяснится, что за додзё надо отстёгивать лично сенсею.
Готов ли я платить?
Безусловно.
Лучшего инструктора по рукопашке я в этом мире ещё не встречал.
И ладно бы — сенсей. Тогда Мещерский выглядел бы верным сэмпаем, готовым пойти на грубые дисциплинарные нарушения ради учителя. Вот только бородач ещё и в Искателях состоит. А этот клан славится тем, что выискивает безродных волшебников, перспективных и неустроенных, чтобы подмять под себя, усилиться в противостоянии с конкурентами.
Аврора тоже из Искателей.
Они всегда знают больше, чем кажется.
Кстати, о Зандере. Чтобы попасть в эксклюзивный портал, ведущий на полигоны канцелярии, мне надо встретиться с этим говнюком. А у меня на барона прямо-таки аллергия. Иначе не скажешь. И эта антипатия взаимна.
Я не успел составить окончательное мнение о проректоре. Надменный и самоуверенный тип, явно симпатизирующий клановцам. И это при том, что работает в государственном учреждении. Удивительно, но Волков с бароном на короткой ноге, доверяет ему вещи, о которых в администрации знают немногие...
— Ты куда? — спросил Саймон, когда я вышел из душа, переоделся в спортивный костюм и повесил на шею жетон студента. — Вечер на дворе.
— Есть дела.
Смартфон толком не успел зарядиться.
Ну и хрен с ним.
Только отвлекать будет.
— Завтра тяжёлый день. Расписание видел?
— Ещё нет.
— Так посмотри.
— Потом, — отмахнулся я.
И пулей вылетел в общую гостиную...
...где и столкнулся с Полиной.
— Привет. Семён дома?
— Угу.
Блок жил насыщенной внутренней жизнью. Кому-то доставили пиццу, кто-то ходил с кастрюлями и сковородками между комнатой и общей кухней. Нарбут, отгородившись от внешнего мира наушниками, сидел в кресле. Уткнувшись в конспекты, разумеется.
В коридоре кто-то ругался.
— Брат, называется!
— А ты чего хотела?
Громкие голоса доносились из холла, примыкавшего к лифту и лестничной площадке. Девушка, вне всяких сомнений, была блондинкой, использовавшей Саймона для переноски багажа. А второй голос, более грубый и высокомерный, принадлежал Борису Громову.
Я сложил два и два.
Вспомнил, что мне рассказывала Аврора. Светлана действительно была Громовой, только Борис — её сводный брат. А ещё Лагранж говорила, что Света — популярный бьюти-блогер.
Этот выродок уже появлялся на нашем этаже. Если же присмотреться к Лане и Борису, то можно увидеть некоторое фамильное сходство.
— У нас два студента погибли! — выкрикнула Света. — Отряд слабаков! Почему ты не берёшь меня к себе?
— Потому что меня не интересует прикладной маг, — отрезал Громов. — Если бы ты поменьше занималась каналом и побольше времени уделяла боевой подготовке...
Громовы умолкли, завидев меня.
Кивнув Лане и проигнорировав мелкого недоноска, я направился к выходу на лестницу.
В спину мне донеслось:
— Я всё папе расскажу.
— Попробуй.
— Козёл.
Голоса стихли, когда я спустился на четыре пролёта.
Что ж, семейные отношения аристо — это песня. Отец готов от меня отказаться из-за того, что я нарушил евгенические предписания. Борис Громов кинул сестру на произвол судьбы, чтобы максимально укрепить свой отряд. Бастарды никому не нужны, они прозябают в нищете либо отправляются в интернаты. В семьях будущих жён для своих наследников выбирают главы родов, опираясь на прогнозы аналитиков...
 
Размышляя на эти темы, я приблизился к административному корпусу.
  
Глава 11
 
— Можно?
Письменный стол чёрного дерева. Допотопный стационарный телефон с наборным диском. Солидная мебель, шкафы с книгами и папками.
Барон Фердинанд фон Зандер, первый проректор Академии Магикум, оторвался от своего занятия. То есть, перестал подписывать какие-то служебные бумаги и складывать их в папку. Тяжёлый взгляд барона остановился на мне.
— Корсаков?
— Добрый вечер, барон.
— Зачем пожаловал?
— Мне нужно попасть к порталу. Тому, что связан с полигонами тайной канцелярии.
Зандер несколько секунд молчал, не забывая сверлить меня уничтожающим взглядом. Моё лицо оставалось каменным, поза — расслабленной.
— Чтобы попасть на подземные уровни, требуется специальное распоряжение ректора, — процедил барон.
— Наверняка оно у вас есть. По моим сведениям, ректор подписал бумагу утром.
Барон нехотя убрал документы в папку. Скрепил всё это дело защёлками, поднялся из-за стола и отнёс папку к открытой секции шкафа. Меня Зандер демонстративно игнорировал.
— Ты прав. Я видел распоряжение.
— Проводите вниз?
Скользнув по мне равнодушным взглядом, барон направился к двери.
— Не отставай.
За дверью располагалась комната, служившая преддверьем ада. Владения секретарши. Зандер предпочитал молоденьких девочек, благоговейно взирающих на него из-под оправы больших очков. Молоденьких, сисястых и умеющих быстро работать с оргтехникой. Секретарша что-то распечатывала на принтере, стоя к нам вполоборота. Я заметил, что всё оборудование было вынесено в дальний угол комнаты — подальше от двери босса. Наверняка стены экранированы специальными вставками, а комп защищён рунами. И даже в этом случае проректор держит дистанцию. Вот она, мощь.
— Анжела, — бросил на ходу проректор, — я отлучусь ненадолго.
— Как скажете, ваше благородие.
Милота.
Выйдя в коридор, я не сдержался:
— Работаете сверхурочно, господин проректор?
— Не твоего ума дело.
Пожимаю плечами.
И так всё понятно.
Примерный семьянин и авторитетный дядька долгими осенними вечерами нахлобучивает аппетитную шлюшку. Ну, и параллельно думу думает. Печётся о благе Академии.
Мы спустились по лестнице на первый этаж, миновали гулкий и роскошный вестибюль, смахивающий на мавзолей социалистического правителя, свернули в неприметный коридорчик и очутились перед бронированной дверью. В центре двери находилось считывающее устройство с красным индикатором.
— Прикладывай жетон, — буркнул проректор.
Сняв с шеи студенческий амулет, я поднёс его к считывателю. Волков говорил, что официальное разрешение означает перепрошивку моего жетона и расширение уровней доступа.
Устройство сработало.
Красный огонёк сменился зелёным.
Внутри створки что-то лязгнуло, щёлкнуло и зашипело. Полотно разделилось на две части, скользнуло в пазы дверного проёма.
Нашему взору открылись ступеньки, ведущие в подземелье.
Вспыхнул свет.
— Запоминай дорогу, — сказал Зандер, спускаясь вниз первым. — Назад будешь возвращаться один.
Ступеньки были крутыми, бетонными. Стены из шлифованного кирпича служили пристанищем для выдвижных вставок — такие я видел под сводами тренировочных арен. На уровне моей головы тянулись коммуникации — сцепленные между собой провода, пластиковые трубы.
Лестница перетекала в узкий коридор.
По обе стороны коридора были разбросаны безликие металлические двери. Все — под кодовыми замками и считывателями. Думаю, электроника была артефакторной и очень дорогой, рассчитанной минимум на грандмастеров и магистров.