Таверна «На перекрёстке миров»
Кира Рамис
Таверна «На перекрёстке миров»
Глава 1. Плачь не плачь, от судьбы не уйдёшь
День не задался с самого утра. Подбегая к нелюбимой работе, я наступила в решётку сливного люка. И, конечно, падая на колени, сломала каблук дорогой туфли от известной фирмы с красненькой подошвой. Поцарапанное колено ныло, но это ещё полбеды, были порваны чёрные узорчатые чулки.
Повздыхав, я смахнула набежавшую слезу и тихо похромала до своего этажа. Практически дошла до стола, осталось лишь достать из тумбочки запасные чулочки и сменные туфли, как вдруг была поймана за руку злющей начальницей.
– Опоздала, Марина, – вот почему она всегда брызжет ядом? Её пронзительный карий взгляд остановился на моих ногах. – Совещание через десять минут, приведи себя в порядок и быстро в конференц-зал с отчётом.
«Неудовлетворённая змея!» – мысленно крикнула вслед уходящей Зинаиде Степановне двадцати восьми лет.
Женщина была и красива, и стройна, но её дурной характер не давал ей возможность устроить личную жизнь. Молодые люди сбегали от ревнивой Зиночки уже через неделю после знакомства.
В туалетной комнате было пусто. Обработав царапину на колене, медленно надела чулки. Сменные туфли не были такими красивыми и дорогими, как те, в которых я пришла, но нареканий от Зиночки не вызывали.
Посмотрела в зеркало, я глубоко вздохнула, поправила причёску и пропала в рабочей суете. Очнулась лишь в обед, когда присела за свой стол и решила посмотреть, что делается в моём новеньком телефоне, который был куплен не в кредит, а на кровно заработанные деньги.
«Прости, Марина, но я полюбил другую. Прощай, не ищи встреч», – я не сразу сообразила, что сообщение от Вадима, и что он меня бросает.
Тихо вскрикнув, я попыталась набрать его номер, надеясь, что это ошибка или неудачная шутка, но он оказался в не зоны доступа. Смешно и обидно, меня бросили через смс.
Вторая половина дня прошла, как в тумане. Ох, Зиночка и отвела душу, когда на её звонки и требования принести квартальный отчёт я приносила ей журнал входящей корреспонденции.
Полутёмная парковка, практически нет народа. Я ещё раз посмотрела на телефон, перечитала злосчастную смску и заплакала. Беззвучные слёзы покатились градом по лицу. Как хорошо, что на улице было пустынно.
«Дилиньк», «дилиньк» – не было даже мысли обидеться и не взять трубку.
– Вадим, милый, ты где? – не разглядывая, кто звонит, крикнула я в трубку.
– Марина, Мариночка… Помоги… – тихий всхлип. – Он сошёл с ума.
Посмотрев на экран, вновь приложила телефон к уху:
– Аля, кто сошёл с ума? Ты о ком?
Звонила подруга детства, чей сын являлся моим крестником.
– Мой муж Николай. Мариночка, ты приезжай прямо сейчас. Забери меня с Сашенькой, пожалуйста. Я выйду через чёрный ход…
– Аля, давай я вызову полицию. Он тебя бьёт?
– Нет, ты что… – голос подруги перешёл на шёпот. – Никакой полиции, он протрезвеет, и потом мне придётся туго.
– Аля, ты меня пугаешь. Ты можешь сказать, что произошло? – я, позабыв о своей беде, кинулась к машине.
Трясущейся рукой пыталась вставить ключ. Моя зелёная малышка завелась с первого раза. Прижав телефон ухом к плечу, я выехала со стоянки.
– Тут какая-то чертовщина. Если я тебе расскажу, то ты не поверишь. Но я знаю лишь то, что Коля сегодня пришёл не один. Весь вечер он пьёт в компании незнакомых мужчин, играет в карты. Даже слышны женские пьяные голоса.
– Аля, я не понимаю, ты точно о Коле говоришь? – никогда и слова плохого я не слышала о её муже.
Моя подруга только хвалила его, но после того, как Николая повысили до заместителя генерального директора в большой фирме, меня почему-то перестали приглашать в дом Алевтины. Она отшучивалась, что муж устаёт и ему нужен покой, что очень скоро мы встретимся и погуляем. А потом звонки и вовсе прекратились, лишь иногда Аля писала скупые смс.
– Он уже два раза поднимался ко мне на этаж, – тихо всхлипывала девушка. – Колотил в дверь, требовал, чтобы я вышла к гостям. И ты знаешь, мне кажется, что кто-то царапал дверь и тихо завывал, когда он уходил. Хорошо, что Сашенька крепко спит.
– Аля, успокойся. Давно это началось? – я выехала на трассу и прибавила газ. – Такие загулы? Ты почему к маме не уехала? Почему мне не позвонила?
– Пить он начал месяц назад, а друзья появились в нашем доме намного раньше. Все высокие, мощные в теле и плечах, как на подбор. Одним словом – рыцари, – рассказывая, подружка, наконец, успокоилась. – И никогда не звали меня на свои посиделки, я даже их имён не знаю. Коля почему-то требовал, чтобы я закрылась и не выходила, пока все не уедут. Мол, они там обсуждают коммерческие тайны. Ой, Мариночка, поспеши, пожалуйста! – тревога вновь появилась в голосе. – Я слышу, как кто-то поднимается по лестнице.
– Через двадцать минут буду стоять у задней калитки. Как только Колька уйдёт, выходи, не задерживайся, – ответила Але, и та отключилась.
Гравий шуршал под колёсами, я ехала по узенькой улочке, на которую выходили запасные калитки элитных заборов.
Остановившись и выключив фары, я вышла из машины.
– Аля, что за шутки? – дверь была заперта.
Набрала номер подруги, та не ответила, но гудок шёл.
Я долгую минуту смотрела на высокий забор и раздумывала: а не вызвать ли полицию? И что я им скажу? Моя подруга, которую не бьют, хочет сбежать от мужа, но не вышла и не открыла ворота.
Вздохнув, открыла багажник, достала оттуда старенькие джинсы и потрёпанные кроссовки. В них я иногда копалась в саду у престарелой бабушки, и, нащупав выступ в заборе, полезла наверх.
Чудом не навернулась, а плавно сползла на землю с той стороны. Тихо, словно мышка, я пробралась к задней двери дома. Возле крыльца, в свете тусклой лампочки заметила небольшую дорожную сумку, вещи из которой были неаккуратно разбросаны рядом.
Решив всё же позвонить в полицию, провела рукой по джинсам и поняла, что телефон выпал, скорее всего, когда я перелазила через забор.
– Аля! – я дёрнула ручку на себя, и дверь сразу поддалась.
Глава 2. Сладенькая
Попав вовнутрь дома, я тут же услышала шум, приглушённую музыку и пьяные голоса.
Адреналин разгонял кровь, и на цыпочках, пытаясь не шуметь, я пробиралась на второй этаж.
Почему сумка с вещами валялась возле порога? Неужели Колька поймал Алю? Хорошо, если запер обратно в комнате. Да, раз внизу вовсю веселятся, она должна быть в спальне. Но как помочь ей выбраться из закрытой спальни? Так, не паниковать раньше времени. Возможно, пьяный Коля лишь вновь отправил её наверх, а я уже нарисовала себе горы ужасов. Николай – хороший человек, всегда любил жену и сына. Не превращаются люди в параноиков и маньяков за месяц. Надеюсь, что Аля придумала причину. О, например, обиделась на присутствие девушек, сильный шум и решила переночевать у мамы. Не такое уж и преступление. Хотя, почитав наши сводки происшествий… в пьяном угаре и за брошенное слово… А-а-а… Всё, Марина! Хватит паниковать. Вся эта ненормальная компания мыслей в моей голове проскакала за мгновение. Оказавшись у двери Алиной спальни, я выдохнула. Она была открыта.
– Алюсик… – рука потянулась в сторону выключателя, но я сразу её отдёрнула.
Света от уличного фонаря хватило, чтобы понять: подруги в комнате нет, и лишь Саша сопит под родительским одеялом.
Может, муж уговорил жену присоединиться к веселью, и я зря приехала? И тут же себя одёрнула. Нет, не зря. Вещи бы не валялись возле порога.
Нужно выйти на улицу, обогнуть дом и из темноты аккуратно заглянуть в окна. Если всё в порядке и подруга веселится, то уеду домой. А если всё плохо, то побегу искать телефон, позвоню в полицию, родителям Алевтины и подниму всех на уши.
Спускаясь по лестнице, я замерла. Снизу вверх на меня смотрели две пары ярких зелёных глаз. В полутьме на мгновение мне показалось, что передо мной чудовище. Да, да, как в сказке про «Чудовище и красавицу». Высокий плечистый оборотень, но без горбинки, весь в шерсти, даже лицо поросло густой шерстью. Он зарычал и бросился вверх по лестнице прямо на меня.