Опьяненные страстью
С этим шокирующим заявлением она выпрыгнула из джипа.
Воющий звук двигателей разорвал воздух: Кен, Стоун и Ник со своими штурманами и механиками гоняли на квадроциклах. Последние несколько дней шли дожди, и грязь с шин фонтанами летела в воздух.
Энни стояла в стороне. Чак сидела у ее ног. Котят нигде видно не было – скорее всего в доме, довершают всеобщее разрушение. На Энни были обычные темные джинсы, винтажная рок-футболка и поварской фартук, на котором было написано: «Жалобы на повара могут навредить вашему здоровью».
Подбоченившись, она наблюдала за происходящим, хотя, судя по выражению лица, предпочла бы ездить, но Ник постановил, что беременным гонять на квадроциклах воспрещается. Ти Джей был рад, что хотя бы мужа она послушалась, поскольку никто не мог приказывать Энни, что делать и как жить.
Ти Джей положил руку на талию Харли и подтолкнул ближе, как раз когда Кен промчался мимо Ника и остановился перед ними: очевидно, здесь проходила финишная прямая.
– Я, как всегда, первый, – широко улыбнулся Кен, стаскивая шлем и спрыгивая с квадроцикла.
Ник остановился за ним и покачал головой:
– Ты смошенничал: финишная там, за домом.
– Я тебя в любом случае сделал, – заверил Кен, не сводя глаз с Харли. Потом подошел ближе, крепко обнял ее и дружески взъерошил волосы.
Харли смягчилась прямо на глазах Ти Джея. В свою очередь, она обняла Кена, и выглядела при этом вполне на своем месте.
– У тебя, по-моему, проблема с карбюратором, – заявила она Кену и, обняв Энни, погладила ее живот: – Ты хорошо себя чувствуешь?
– Я бы чувствовала себя еще лучше, если бы мы наконец придумали малышу имя, – проворчала Энни, с укором взглянув в сторону мужа.
– Эй, я предлагал миллиард имен, – принялся оправдываться Ник. – Эшли, Эмили, Мэдисон, Оливия… Тебе ни одно не понравилось. Даже Абигейл.
– Только не Абигейл!
Ник воздел руки к небу и взглянул на Ти Джея.
– Она права, старик, твой квадроцикл барахлит. Нужно над ним поработать.
– Не может быть. Я только что его проверял.
– В самом деле?
Харли подняла брови и, шагнув к квадроциклу, нагнулась его осмотреть. Для Ти Джея мир сузился до ее обтянутой джинсами попки, едва она наклонилась пониже.
– Когда?
– На прошлой неделе.
– Ха!
Она присела на корточки и критически оглядела квадроцикл.
– Чертовски дерьмовая работа!
Она сказала это так сладенько, что Ти Джей не сразу осознал смысл.
– Скажи ему это я, меня бы отпинали, – ухмыльнулся Кен и, притянув Харли к себе, громко чмокнул. – Боже, как я тебя обожаю! И не будь я почти женат, непременно сделал бы тебе предложение.
Ти Джей закатил глаза. Кен очень походил на братьев, только был чуть стройнее. Ти Джей мог бы одним ударом сломать ему шею и сделать мир лучше, но потом, возможно, мучился бы угрызениями совести.
Ник отдал Харли свой шлем:
– Прокатишься? Скажешь потом, что с ним неладно.
– Все с ним нормально, – буркнул Ти Джей.
– Круче на поворотах, – продолжал наставлять Кен.
– Увидишь, что я имею в виду.
– Я и так могу сказать, что с ним неладно: что-то с карбюратором, а может, неисправные свечи зажигания.
Харли надела шлем, взглянула на Ника, собиравшегося последовать за ней на своем квадроцикле.
– Вокруг дома?
– Да.
– Что я получу, если выиграю?
Ник повернулся к Ти Джею.
– Я придержу братца, пока ты будешь его колотить.
Она повернулась и тоже оглядела Ти Джея, словно раздумывала: принимать ли условия.
– Заметано!
Прежде чем Ти Джей успел отреагировать, она уселась на квадроцикл с невероятно сексуальной легкостью.
Тогда он столкнул Ника с седла и сел вместо него, заявив:
– Если приз – я, значит, и в гонке участвую я!
Он завел двигатель, оглядел Кена и Ника, после чего кивнул Харли, и они рванули с места. Ветер бил в лицо, проникал под одежду. Здорово! Харли была ярдах в двадцати впереди, так что Ти Джей прибавил скорость. Квадроцикл, буквально прыгнув вперед, быстро догнал ее. Она так низко склонилась над рулем, обхватив ногами машину, что он невольно подумал, как хотел бы, чтобы она обхватывала так его бедра. О да, эта сцена так и стоит у него перед глазами…
Воспользовавшись тем, что он на мгновение отвлекся, Харли резко свернула у дома и исчезла.
Ти Джей тоже свернул, стараясь не отстать, но и не пытаясь обогнать, ради одного только вида. Когда она чуть приподнималась и наклонялась вперед, ее попка выглядела особенно соблазнительно.
Ветер усилился, но он все еще слышал ее смех и смеялся сам. Как здорово было играть, особенно с ней! Они редко делали что-либо подобное: Харли могла быть веселой и открытой со всеми окружающими, но стоило ей увидеть Ти Джея, как между ними возникала чертова стена, которую никак не удавалось проломить.
Не то чтобы это имело какое-то значение: он чаще отсутствовал, чем присутствовал, – но если он немедленно не сосредоточится, Харли точно выиграет гонку. Она хороша, чертовски хороша, но он, к счастью, лучше.
Он успел догнать Харли за домом, аккуратно подрезал, под аккомпанемент ее ругательств пересек финишную прямую и, ухмыляясь, повернулся к ней лицом.
Она выключила двигатель и сняла шлем, тряхнув волосами. Вся забрызганная грязью, в пропотевших топе и джинсах, облепивших тело, она была ослепительна!
– Прекрасно! Ты победитель, значит, поколотить тебя не удастся.
– Может, в другой раз! – рассмеялся Ти Джей.
– Рассчитывай на меня.
Он знал, что она шутит лишь наполовину, и уставился на ее соски, натянувшие тонкую ткань.
– Это всего лишь грудь, – вздрогнув, сообщила она. – Такая есть у половины населения.
«Но не у всей половины населения она столь совершенна».
Она закрылась руками.
– Мне холодно.
А он чувствовал вовсе не это, но снял рубашку и, закутав Харли, притянул к своей широкой груди.
– Я грязная! – попыталась она протестовать.
– Как и я.
Она запрокинула голову и настороженно уставилась на него.
– Я выиграл, – напомнил Ти Джей.
– И что из того?
– Теперь ты можешь сделать кое-что для меня.
– Позволь, угадаю. Что-то сексуальное… – Сказано это было с полнейшим безразличием, но бешеное биение пульса у основания шеи говорило о чем-то совершенно противоположном.
Он никак не отреагировал на ее слова, и, вздохнув, она спросила:
– Ладно, чего ты хочешь? Что я должна сделать?
– Признайся, что Ноулан тебе не бойфренд, во всяком случае пока.
Она тяжело вздохнула.
– Укуси меня, Ти Джей.
– С наслаждением.
Но вместо того чтобы разозлиться, она захихикала.
– Что на тебя сегодня нашло?
Он понятия не имел, но знал, что хочет попробовать с ней все. А она? У него не больше минуты выяснить это, до того как сюда нагрянет вся семья. Но Ти Джей так хотел эту минуту, что подступил еще ближе, пока мыски их грязных кроссовок не соприкоснулись, поднял руку и стер с ее подбородка грязное пятно.
У нее перехватило дыхание, неприкрытое желание промелькнуло на лице.
Да, они определенно ощущают одно и то же.
– Хорошая гонка была.
– Хм…
Словно опасаясь потерять равновесие, она положила руку ему на грудь и, глядя в глаза, легонько погладила, так, словно сама этого не сознавала. В ответ Ти Джей сжал ее в объятиях и выдохнул:
– Харли…
Она встретила его взгляд. Он отчетливо увидел в ее глазах, как желание борется с голодом, и воздух покинул его легкие, когда опять хрипло выдавил ее имя.
– Знаю.
Ее глаза закрылись. Они прижались друг к другу бедрами. Жар и желание боролись за место в его голове, но он тихо рассмеялся и прижал губы к ее уху:
– Как насчет сейчас? Тебе жарко? Потому что мне – очень.
Ее глаза широко открылись. Она отступила, и волшебный момент прошел, когда из-за угла показались Кен и Ник.
– Кто выиграл? – крикнул Кен.
– Она, – ответил Ти Джей, не отрывая глаз от Харли.