Опьяненные страстью

– Как ты догадался, что это я?
– Бинокль.
– Вау! Хорошо, что я не занималась безумным сексом, прислонившись к дереву, или чем-то в этом роде.
– Сама с собой? – осведомился он, вскинув брови.
Она тяжело вздохнула. Секс с собой – это все, что у нее было в последнее время, – но можно подумать, она в этом признается!
Он ухмыльнулся, давая понять, что прочитал ее мысли.
– Ладно. Теперь ты сам убедился, что со мной все в порядке, так что спасибо за участие, но можешь с чистой совестью продолжать свой путь.
– Я подумал… может, тебе нужна компания?
– Твоя? – хмыкнула она.
– Нет, Зубной феи. Конечно, моя.
Над ними облака уже пронизывали молнии, и Харли подняла голову. В небе было черно, быстро надвигалась гроза, да и ветер усилился.
– Нам полагается играть в считалки или…
Оглушительный раскат грома сотряс землю, и Харли подпрыгнула от неожиданности, невольно качнувшись к Ти Джею, который выглядел так, что того и гляди рассмеется.
– Испугалась?
– Конечно, нет.
«Скорее в ужасе».
– Не боишься грозы?
– Ничего не боюсь, ко всему готова.
«Во всяком случае теоретически».
– Так что ты вполне можешь возвращаться домой.
– Ты права.
Он провел рукой по лицу.
– Умеешь ты позаботиться о себе. Понятия не имею, почему чувствую необходимость сделать это для тебя.
– Ты можешь просто остановиться.
Он стащил бейсболку и пригладил волосы.
– Это не так легко. Я… я думаю о тебе.
– Правда? – удивилась Харли.
– Ну да. А ты обо мне думаешь?
Постоянно думала и думает: почему он уезжает так часто, что его заставляет – те же неуспокоенность, которая так часто бушевала в ее душе, и безымянная боль? Возможно, нет, потому что она мучительно хотела, чтобы он снова коснулся ее – так, как в ту давнюю ночь, которой не помнил.
– Но мы ничего не значим друг для друга, – прошептала она.
– В это я не верю, – покачал головой Ти Джей. – И не думаю, что веришь ты. Ты была частью моей жизни еще со школы.
– Да. Знаю. Хотела бы я все забыть так же легко, как ты.
– Что?
Опять ее длинный язык!
– Ничего.
Она отвернулась и пошла дальше.
– Ничего?
«Оставь меня в покое. Пожалуйста, просто оставь!..»
Он схватил ее за руку и притянул к себе.
– Что-то да есть.
– Ладно, есть, но это ничего не значит. Я не хочу об этом говорить. Иди себе, Ти Джей. Пожалуйста!
Он снял темные очки, чтобы она могла видеть его глаза.
– Может, позже.
Упершись ладонью ему в грудь, чтобы сохранить равновесие, Харли почувствовала под пальцами твердость рельефных мышц, и надо бы отстраниться, но руки вдруг перестали слушаться, как, впрочем, и язык.
Плохо. Очень-очень плохо. Он никуда не уйдет, и она знала почему: сама того не желая, она пробудила в нем желание защищать. Из-за того что он винил себя за случившееся с Сэм, теперь от него так легко не избавиться.
Но это не означает, что она не попытается: еще как попытается. Харли знала, что недостаточно сильна, чтобы бороться с этой идиотской влюбленностью, и не в том настроении, чтобы выставлять себя полной дурой.
– Мне нужно позвонить.
– Валяй.
– Это личное.
Он не сдвинулся с места, поэтому пришлось отойти ей, но на что она надеется: что он пойдет домой? Или, напротив, последует за ней?
После того как Харли поднялась по тропинке вверх, Ти Джей вытащил сотовый. Новое сообщение от Ника:
«Предупреждение: Энни теперь одержима тобой, просто вне себя от тревоги. Как бы не довела себя до преждевременных родов!»
Ти Джей сначала позвонил клиенту, которому должен был показать видео, и перенес встречу на другое время, чтобы остаться с Харли, потом – Стоуну:
– Я отменил сегодняшнюю встречу. Буду с Харли.
Стоун обдумал сказанное:
– Скажи ей, чтобы, когда тебя убьет, позвонила мне: помогу избавиться от тела. Знаю прекрасное место – недалеко от…
Ти Джей со вздохом дал отбой и позвонил Энни.
– Со мной все в порядке.
– Уверен?
– Абсолютно!
– Прекрасно. Потому что если ты собираешься слететь с катушек, я должна об этом знать заранее.
 
– Ни к чему.
– Но ты по-прежнему не находишь себе места.
– Это мое обычное состояние, а ты замечаешь это только потому, что впервые в жизни по-настоящему счастлива… все счастливы, и только я один торчу, как больной палец.
– О, милый, мы все исправим, мы…
– Энни, – мягко перебил Ти Джей, – со мной все в порядке. Правда.
– Да, я знаю, – произнесла она вздохнув.
– Тогда перестань волноваться.
– Кто, я? Волноваться? Ха!
Он улыбнулся и дал ей это понять, а потом посоветовал:
– Тебе сейчас нужно сосредоточиться на другом: на не-Абигейл, которая появится на свет – оглянуться не успеешь. Поэтому перестань терзать нервы Ника и расслабься. Если он узнает, что ты места себе из-за меня не находишь, то попытается задать мне трепку, а я не смогу это терпеть и задам трепку ему, и тогда это уже будет драка, и ты расстроишься.
– Ладно, похоже, ты действительно в порядке, все мы в порядке. Я лучше вернусь на кухню, босая, беременная и абсолютно бесполезная финтифлюшка.
Энни никогда не была финтифлюшкой, потому они с братьями и выросли порядочными людьми.
– Обещаешь? – рассмеялся Ти Джей.
В трубке послышались гудки, и он улыбнулся. Слава богу, больше не волнуется, а злится. Он послал Нику эсэмэску:
«Миссия выполнена».
Убрав телефон, Ти Джей окинул взглядом местность в поисках Харли и нахмурился: к сожалению, за высокой травой ее не было видно. Он прислушался, но ничего не услышал, кроме обычных звуков Сьерры: вот сосновая шишка упала на землю, стрекочут белки, журчит ручей, – и никаких шагов, никакого шуршания одежды – ничего.
Скорее всего она ушла.
Дьявол!
Он выхватил телефон, набрал ее номер, но попал прямо на голосовую почту: либо она выключила сотовый, либо нажала кнопку «игнорировать». И то и другое плохо.
Ти Джею пришлось пробежать не меньше четверти мили, прежде чем он заметил ее и догнал. Она мчалась как бешеная в надежде удрать. Несмотря на быстро остывающий воздух, влажные пряди прилипли к ее лицу, дыхание было тяжелым, глаза горели недобрым огнем.
Он прекрасно ее понимал, поскольку и сам был в том же состоянии.
– Ты позвонила, все в порядке?
У нее хватило совести покраснеть:
– Да, все нормально. Спасибо.
– Могла бы просто сказать: «Отвали!»
– При-и-и-и-и-ивет! Я что, не говорила?
– Тебе настолько претит мое общество?
Она поколебалась, отводя глаза. Похоже, он понял, что битва закончена, и осознал тот факт, что она предпочитает одиночество.
Если не обращать внимания на мелочи: пульс у основания шеи выбивал бешеный ритм, а соски затвердели.
Поскольку весьма сомнительно, что это от холода – после такой-то пробежки, – впервые за день Ти Джей ощутил нечто вроде удовлетворения.
Харли знала, что он способен обнаружить и догнать кого угодно, но не думала, что настолько быстро. У него ушло не больше пяти минут на это, а когда отыскал, она едва не проглотила язык. Изо всех сил старалась сохранить хладнокровие, а на деле потела, задыхалась и была очень близка к нервному припадку.
– У тебя ушло больше времени, чем я думала, на то, чтобы догнать меня, – заметила она. – Теряешь сноровку.
– Ты мне солгала.
О господи! Его глаза зловеще поблескивали, что явно противоречило легкому подергиванию губ, словно он с трудом сдерживает смех.
– Нет, просто кое о чем умолчала. Большая разница. Хотя, честно говоря, нужно было солгать: сказать, например, что подвернула ногу, и попросить вернуться домой и привести помощь.
– Ты на это способна?
– Конечно, но вот только Кен сказал, что это бессмысленно: я ему позвонила, чтобы пожаловаться на тебя. Особого сочувствия он не проявил, но поставил меня в известность, что они заключили пари на то, кто кого убьет первым. Я тоже решила поучаствовать и поставила десятку на себя – что убью тебя.