Александра (СИ)

— Ваня, ключи нашли к ларцам?
— Да. Прости, забыл совсем. Но они очень маленькие. — Он протянул мне два серебряных ключика на серебряных цепочках. Открыла один из ларцов. Там на тёмном бархате лежал наконечник копья. Что за фигня? Стала его разглядывать. Что-то знакомое. Поняла, что тут только часть наконечника. Его остриё в виде треугольника. От треугольника шла металлическая втулка, но она имела следы того, что её разломили. Длинной наконечник был сантиметров 30–35. Это же наконечник пилума. Копья римского легионера. Я закрыла глаза. Этого мне ещё не хватало! Неужели это настоящее копье Лонгина? Если так, то оно является величайшей реликвией христианства, одно из Орудий Страстей. К ним относится копьё Судьбы или копье Лонгина, животворящий Крест, на котором и был распят Христос, губка смоченная в уксусе или в вине, которую давали распятому, для утоления жажды. Терновый венец, столб, к которому привязывали Христа при его бичевании, тридцать серебряников Иуды, гвозди, которыми прибивали Иисуса к кресту, игральные кости, которыми римские солдаты разыграли одежду Христа. Святой Грааль, чашу, в которую собрали кровь Христа. И ещё некоторые вещи, которые напрямую относятся к мучениям и смерти Спасителя. Так, в моё время существует несколько копий, которые претендуют на Копье Лонгина, римского легионера, подарившего Иисусу милосердие, проткнувшего его копьём между рёбер и остановив сердце, тем самым избавив Христа от мучений. Первое копье храниться в Ватикане. Его в конце 15 века подарил Папе султан османов. Оно хранилось в Константинополе несколько веков. Куда было перевезено из Иерусалима, якобы ещё в 5 веке императором Константином. Причём копьё было целым. Это потом кто-то отломал наконечник. Ещё одно копье храниться в Армении, куда его, согласно легендам, принёс апостол Фаддей. Но, как известно в Армении оно храниться с 13 века. А где было до этого? И на самом ли деле это именно то копьё? Есть, копьё, вернее наконечник, который храниться в Вене. Якобы со времён императора Оттона Первого, это десятый век. Но опять же, а откуда известно, что копьё именно это? Тем более форма, наконечника не соответствует форме наконечника римского копья пилума того времени. Есть ещё в Кракове. Поляки хотели тоже заявить о своём Копье Лонгина, но их быстро раскололи. Оказалось, что это подделка, копия венского копья. Исходя из этого, можно сделать вывод, что если настоящее копьё, где и есть, то в Ватикане, куда оно попало в конце 15 века из Константинополя. А вот теперь вопрос, а настоящее ли копьё Лонгина султан подарил Папе, или всего лишь подделку? Кстати, наконечник копья в Ватикане похож на этот, то есть, более точно отображает наконечник римского пилума, которым и был убит Христос. А если там подделка? Те же тамплиеры или тевтоны могли подменить копьё ещё там в Константинополе, когда захватили его в начале 13 века. Могли они это сделать? Да ещё как могли. В конце концов, иначе зачем им прятать вот этот наконечник?
— Дочка, почему ты так странно смотрела на этот кусок копья? — Спросил Евсей. — Что в нём такого?
— Скажи, дядюшка, что тебе известно об Орудиях Страстей?
Он смотрел на меня недоумённо.
— Ты имеешь в виду крест, на котором распяли Спасителя?
— Всё верно. И крест тоже. Но крест только лишь одно из Орудий Страстей. А их там добрый десяток.
— Царевна, это не у меня надо спрашивать. Я в этом не силён. Это вон, у попа надо спросить.
Я взяла в руки наконечник. Он был из простого, сыродувного железа. Всё верно, римская армия была вооружена мечами и копьями, сделанными из сырого железа. А не из стали. Глядя на наконечник, стала говорить.
— Это копьё Лонгина, римского легионера. По другому, это копьё называют Копьё Судьбы. Я же его ещё называю Копье Милосердия. Прокуратор Иудеи, всадник золотое кольцо, Понтий Пилат, относился к высшей римской аристократии. В один из дней, к нему обратились местные иудейские жрецы с просьбой утвердить приговор на троих преступников. Два из них были убийцами, насильниками и ворами. А вот третий был всего лишь проповедником, который нёс людям слово божие. Звали его Иисус из Назарета. Мы его знаем как Спасителя, как Иисуса Христа. Понтий Пилат очень удивился. Насчёт убийц и воров, он ничего не сказал, всё правильно, по таким плачет топор палача. А вот проповедник, чем не угодил местным? Он ничего не воровал, никого не убивал, не соблазнял юных дев и замужних матрон. Так зачем же его казнить, да ещё такой страшной казнью, которой римляне подвергают преступников и взбунтовавшихся рабов — распятию на кресте? Но местные жрецы настаивали. Как раз был какой-то праздник в честь которого, можно было помиловать одного из преступников. Прокуратор предложил помиловать Иисуса. Но местные жрецы выступили резко против. Они были согласны помиловать одного из убийц, но не проповедника. Понтию Пилату пришлось уступить. Сначала Христа привязали к позорному столбу, бичевали под радостные крики толпы. Потом на него одели терновый венец с колючками, которые впивались в кожу до крови, причиняя человеку боль. Так же, осужденный должен был сам занести крест, на котором его должны были распять, на Голгофу, это такая гора около Иерусалима. Смерть на кресте очень мучительная. Христос очень страдал. А чтобы никто не смог снять осужденных раньше времени с креста, их сторожили римские легионеры. Среди них был Лонгин. Наблюдая за Христом, легионеру стало жаль его. Один раз он смочил губку в слабом вине, надел её на копье и прислонил к губам умирающего Христа. Напоил его таким способом, облегчая его мучения. Прошло ещё какое-то время. Другие преступники уже уперли. А Христос всё ещё был жив и испытывал страшные мучения. Тогда Лонгин, обманул других солдат, сказал, что Христос умер и что надо проверить, мёртв он или нет. После чего ткнул его копьём между рёбер, убив тем самым и прекратив мучения. Он подарил Спасителю милосердие. И тем самым изменил свою судьбу! После смерти Христа и его вознесения, он раскаялся. Принял христианство и стал проповедником, за что был казнён в одном из городов Римской империи. Лонгин причислен христианской церковью к лику святых.
 
Все трое смотрели на этот наконечник.
— А это точно тот самый наконечник, которым убили Христа? — Спросил Евсей.
— А иначе зачем тевтонам прятать его? — Положила наконечник назад в ларец, закрыла его. — Так, всё. Заканчиваем.
— Ты не хочешь посмотреть, что во втором ларце и в этом сундуке? — Спросил дядька.
— Нет. Только не сейчас. Я и так уже боюсь, дядюшка. Надо собираться, как можно быстрее. Светает уже. Нам бы успеть всё уложить и уйти. Я просто чувствую, что у нас мало времени. А что там ещё, мы посмотрим после, когда домой вернёмся.
— Согласен с тобой, дочка. Давайте собираться. Я уже отдал распоряжение о том, чтобы готовили повозки. Сейчас расцветёт, будем снимать с башен пушки.
— Пушки, сначала, нужно снять с лафетов. Они слишком тяжёлые. Нам не нужны. Свои сделаем, дома. И мне ещё надо посмотреть апартаменты алхимика.
Оба ларца засунула в сундуки. Сундуки закрыла на замки. Все ключи были у меня. После этого, все четверо двинулись во двор.
Выйдя во двор, увидела Богдана. Позвала его.
— Богдан, где алхимик?
— Вон, возле стены сидит с другим полоном.
Возле стены и правда, сидело чуть больше двух десятков мужчин. Одни были в доспехе, другие без них. У кого-то лицо было в крови. Они все уставились на меня, когда я подошла.
— Богдан. Кто из них?
— Вот этот. — Он указал на мужчину около 40 лет, в кафтане с квадратным вырезом. Когда-то кафтан был довольно дорогим и гламурным, но сейчас явно переживал не лучшее время и являл, довольно, потасканное зрелище. Под кафтаном была когда-то белая сорочка со шнуровкой. Но сейчас сорочка больше была серой. Какой ужас! Штаны были ещё тем сюром. Но я уже к этому привыкла, сначала насмотрелась на посольство имперцев, во главе с маркизом, а потом и купеческий обоз из Литвы. Штаны Маркуса представляли собой прообраз бриджей с чулками. Причём эти самые бриджи имели шарообразную форму и были разноцветные. Ну красавЧЕГ! Сразу видно, мужчина не лишён тяги к гламуру.