Александра (СИ)
— Понимаю. Но я такого не хочу. Я вообще Саша, крови боюсь! Честно. У меня колени трястись начинают и волосы дыбом встают. Я бы никогда не смогла стать врачом, тем более хирургом. Я вот, например люблю, химию!
— Я знаю, что ты учишься в политехе. Всё хотела спросить, Лен, а почему химия? Я когда узнала очень удивилась. Почему не по спортивной линии пошла? Вроде это сам бог велел, раз мы в олимпийском резерве.
— Да ну! Ну вот сколько я там пробуду? Не факт, что попаду на Олимпиаду. Да даже если попаду, опять же не факт, что займу одно из трёх призовых мест. А дальше что? Век спортсмена короток. А что потом? Тренером в спортивную школу? Не. Мне это не надо. А вот химик, это специальность. А сейчас она очень востребована. Тем более химию я люблю со школы. Мой самый любимый предмет. Я знаешь, в 10 классе один раз так нахимичила, что всему классу пришлось убегать. Там потом такой скандал был. Меня к директору таскали, родителей вызывали. Обвинили, что я чуть ли не всю школу толи взорвала, толи сожгла. Хотя там просто фейерверк получился и много дыма. Ничто и никто не пострадал. — Елена засмеялась. — Мы ещё в детстве с мальчишками бомбочки с применением карбида делали. А ещё с суриком и алюминиевой пудрой, порошком. Такой грохот стоял, что просто жуть! — Мы уже вдвоём с Еленой смеялись.
Раздался стук в дверь. мы с Еленой переглянулись. Кого это там принесло? Проводник? Так вроде рано ещё. Я открыла дверь в купе. Там стоял Николай. В одной его руке было три кружки с парящим чаем, которые он держал за ручки подстаканников, в другой пакет с выпечкой.
— Прошу прощения, девушки. Вы можете меня прогнать и будете, наверное, правы. Но всё же, я хотел как-то загладить вчерашний инцидент. Вы уже завтракали? У меня есть ватрушки, творожные уголки с повидлом, трубочки. Саша, я всё-таки прошу снисхождения. Обещаю, что бить меня вам не придётся. — Он смотрел вопросительно. Елена удивлённо посмотрела на меня. Я обречённо вздохнула.
— Ночью не спалось. Вышла в коридор, а тут он пришёл. Не гнать же его. Тем более он извинился. Зовут Николай, если, конечно, это его настоящее имя.
— Очень даже настоящее. Могу показать паспорт.
— Не стоит. — Ответила я.
— Как интересно! — Усмехнулась Елена, глядя то на мужчину, то на меня.
— Лен, перестань. — Взглянула на Николая. — Ладно, проходите. Хотя да, мы уже позавтракали.
Николай познакомился с Еленой. В общем-то не плохо посидели. Ещё попили чая, я съела ватрушку с творогом и творожник с повидлом. Николай рассказывал нам анекдоты и весёлые истории из собственной жизни. Но время неумолимо. К нам заглянула проводник. Предупредила о скором прибытии в Себеж. Мы с Еленой взяли свои вещи. Я проверила всё ли мы взяли, ничего не забыли? Вроде всё своё забрали. Наконец вокзал. Поезд, лязгнув сцепками вагонов, замер. Мы прошли в тамбур. Покинули вагон. Николай вышел вслед за нами, провожая.
— Саша, может телефончик? — Спросил он меня.
— Зачем?
— Я надеюсь, что может быть, Вы согласитесь на встречу?
— Послушайте, Николай. Наверное, Вы хороший человек. Но отнеситесь к этому всего лишь как к дорожному знакомству. Не более. Вот мы сошли на станции, а Вы едите дальше. И мы с Вами больше никогда не увидимся. Сколько ещё таких знакомств у Вас будет? Много. Не надо каждое из них принимать близко к сердцу.
— Возможно, Александра, Вы и правы. Но всё же знакомство с Вами я принял близко к сердцу. Тут я ничего с собой поделать не могу.
— Скажите ещё, что Вы влюбились. Это будет банально.
— Ну почему же? Разве любовь, это банальность? И да, раз зашёл такой разговор, то отвечу прямо, я влюбился, как мальчишка. Хотите верьте, а хотите нет. Поэтому я надеюсь, что всё же мы встретимся. Пожалуйста, Саша.
Я пожала плечами. Я лично не испытывала никакой влюблённости. Хоть он, надо признать, был очень симпатичным мужчиной. Я продиктовала ему номер своего сотового. Он забил его в свой и позвонил. Мой мобильник заиграл мелодию. Я нажала отбой.
— Ну вот и всё, Николай. Прощайте. — Сказал я ему. Мужчина взял и номер телефона Елены. Мы попрощались и пошли с подругой на вокзал, таща свои вещи. Она небольшую спортивную сумку, лук в чехле, колчан со стрелами. Я тоже сумку, лук, колчан и шашку, завернутую в ткань. Впереди были целых полтора месяца отдыха. Елена сказала, что и на отдыхаемся, и накупаемся в их Себежском озере. Я была не против. Тем более, купальники мы тоже взяли.
Первые два дня ничего с Леной не делали. Просто отдыхали, купались, загорали, сидели в кафешках. Я впервые за этот год стала ощущать ток жизни, опять радовалась солнышку, воде, людям. Опять почувствовала вкус мороженного, которое любила с детства. Я вновь начинала жить. Конечно, часть моего сердца навсегда осталась там с моим папой и с моими любимым мужем, Ванечкой. Они навсегда останутся со мной. Даже если я вновь сумею полюбить мужчину, выйду замуж, рожу детей, но папа и Иван никуда не уйдут, не исчезнут. Не сотрутся из моей памяти и моего сердца. Они часть моей жизни, очень важная часть. Как такое можно забыть.
С нами пытались знакомится парни и молодые мужчины. Кому-то просто улыбались, с кем-то смеялись и шутили, а кого-то игнорировали.
На третий день, мы решили с Леной пострелять из луков. Тем более первой предложила это Елена.
— Саш, поехали постреляем? А то я что-то соскучилась по своему луку.
— Поехали. Я тоже с удовольствием постреляю.
— Саш, а ты мне покажешь пару приёмчиков?
— Каких?
— Ну что бы раз какому-нибудь уроду зарядить и он в отключке!
Я засмеялась.
— Лен просто так показать, толку не будет. Надо учиться. Но всё же кое-что покажу. Да и кроме этого, есть простые методы отвадить придурка. Самый действенный — пнуть по яйцам. Когда его скрутит, а если хорошо попадёшь, скрутит обязательно, то сразу бьёшь ногой в голову, тем более, что он или присядет, или согнётся. Так как у мужчин их яйца, это очень болевое место на теле. А удар ногой в голову отправит его в нирвану. Вот после этого и стоит уже делать ноги. Поняла?
— Про яйца я знаю. Саш, а знаешь, что у меня есть?
— Что?
— У меня есть стрелы с настоящими наконечниками.
Глядя на подругу, усмехнулась. Нашла, чем удивить. Но виду не подала.
— Покажи?
Елена достала из-под своей кровати толстый тубус. Открыла крышку. Тубус был под завязку набит стрелами. Елена начала вытаскивать их.
— Вот с плоским наконечником, с двумя лезвиями, вот с тремя. Есть с четырьмя лезвиями.
— Такими хорошо работать по незащищённой цели. Максимум против кожаной брони. А бронебойные есть?
— Саш, ты чего? Какая кожаная броня?
— Да это я так. Мысли вслух. У меня такие тоже есть. — Я открыла свой колчан. Вытащила несколько стрел. — Хотя, учитывая, какая здесь сталь, а не железо, то вполне пробьют и средневековые доспехи не лучшего качества. Зато у меня есть бронебойные наконечники. Помнишь полтора года назад мы были на сборах. А рядом с нами эти были, реконструкторы с исторического клуба «Витязь»?
— Помню. Это когда ты ещё поспорила с одним. Он говорил, что наши стрелы не пробьют его доспех.
— Именно. Понимаешь, те доспехи, которые были на ребятах, были сделаны из современных материалов, то есть стальные. А если брать средневековье, эпоху до огнестрельного оружия или с ранним огнестрелом, там в основном доспех был из железа, не самого хорошего качества. Сталь была редка и шла исключительно на мечи или сабли. А у этих просто имитация под старину. Но у нас то наконечники тоже из стали были, а не из простого железа. Плюс бронебойные.
— Да, ты тогда прострелила его доспех. Вот смеху было, как он расстроился. Мол столько делал их, дорогие. А ты раз и дырка! — Мы обе засмеялись. — Саш, а сейчас у тебя тоже есть бронебойные?
— Есть. Смотри. — Я расстегнула спортивную сумку. Вытащила оттуда связку стрел, завёрнутую в отрез ткани. Развязала стягивающий шнур.
— Ух ты! — Восхищённо проговорила Елена. Взяла в руки одну стрелу с длинным узким четырехгранным наконечником. — Вот, точно такой же стрелой ты пробила доспех того парня. Сколько их тут у тебя?