Александра (СИ)
— Лук и арбалет. Замечательно. Любой, кто будет поблизости, да и не только поблизости может пустить стрелу или болт в меня или Елену. Или метнуть кинжал. Многие покушения и убийства владетелей происходили именно на охоте.
— Я не думаю, что будет именно так, Принцесса. Тот, кто это сделает станет изгоем. Это какой же позор⁈
— Дорогой ландмаршал. Поверьте, в борьбе за корону допустимо всё. И как известно, победителей не судят. Так что предельное внимание ко всем. Георг, князь, выдвигайте своих людей на исходные позиции. Начинайте. Палатины, разделяйтесь, трое со мной, трое, кого назвала с Еленой. Ну и ещё. Я не могу дать каждому подробные указания. Всего не предусмотришь. А как говорили древние, дьявол кроется в мелочах. — Я перекрестилась, остальные все гуртом вслед за мной. — Действуйте по обстоятельствам.
Я прошла в нашу с фрейлинами комнату. В смежной переодевалась Елена. Вышла к нам.
— Сань, я готова. — На ней были штаны, сапоги и накидка с капюшоном. Накидка доходила до середины бёдер. Капюшон был длинный, конец свешивался до середины спины, так называемый шаперон с длинным шлыком. Плюс перелина. На голове платок-барбетт, полностью скрывавший волосы. В этот момент к нам зашёл Вася. Я смотрела на Елену.
— Всё хорошо, прекрасная маркиза. — Мои фрейлины недоумённо посмотрели на меня. Я улыбнулась. — Это девушки такая песенка есть. Мы с Еленой её потом споём. — Опять посмотрела на свою подругу. — Накидку снимай.
— Зачем?
— Снимай. Кое-что наденешь под неё. — Подошла к одному из сундуков, которые я привезла сюда в Венденский замок. Открыла его и вытащила свёрток. Развернула ткань. Взяла в руки то, что укрывала хлопчатобумажная ткань. Это была кольчуга. Сделали её наши кузнецы-бронники. Они умели делать кольчуги. Но я предложила им в качестве примера свою миланскую кольчугу. Они её осмотрели.
— Видел я такие. — Сказал один из оружейников. Это было ещё в Москве. — Хорошо сделана. Но мы не хуже делаем. Что Царевна хочет?
— Царевна хочет нечто подобное. Я знаю, что вы хорошие и прекрасные мастера бронники. Но вы привыкли делать бронь, в том числе кольчуги на мужей, а не на дев. Эта кольчуга рассчитана именно на молодую женщину или на юного отрока. Она не так тяжела, но при этом способна защитить от сабельного удара и удара кинжала. Плетение очень мелкое. Что не позволяет тому же арбалетному болту с широким наконечником протиснуться в одно из колец кольчуги. Правда удар от арбалетного болта она не смягчает и не распределяет его силу на большую площадь тела. А стрела с тонким бронебойным наконечником пробьёт её. Поэтому её надо доработать. То есть сделать вставку на груди и спине из броневых пластин. Стальные пластины я вам дам. Подумайте, как можно сделать так, чтобы это не сильно утяжеляло кольчугу, но сделала её более крепче и в тоже время позволяло сохранять гибкость и подвижность. Не забывайте, что кольчуга предназначена для молодой женщины.
— Мы поняли тебя, Пресветлая Царевна. Мы подумаем и сделаем. Сталь нам не нужна. У нас есть хорошая сталь, настоящий булат. Пластины нужно в эту кольчугу встроить?
— В эту. И сделать ещё одну, по этому же образу и подобию.
— Хорошо.
Через три недели бронники принесли мне две кольчуги. Абсолютно одинаковые. Со вставленными на груди и на спине стальными пластинами. Всё сделали очень хорошо, с душой. Я осмотрела и осталась довольной. Хотела заплатить оружейникам, но они отказались, чем удивили меня. Великий Князь, когда я рассказала ему об этом, только усмехнулся.
— Ты так ещё не поняла, Саша? Любят тебя люди. Считают тебя своей природной Царевной. Готовы тебе многое прощать.
Сейчас я демонстрировала Елене одну из этих двух кольчуг.
— Надевай.
— Вот это? Саша не буду я железо на себя вешать.
— Будешь. Или никуда не поедешь. Будешь здесь сидеть, в заперти, под большой охраной. Поняла?
— Знаешь что, СЕСТРЁНКА! У меня есть муж, вот пусть он мне и указывает. — Стала в гордую позу и выдвинула нижнюю челюсть, показывая какая она упрямая.
— Вася⁈ — Я посмотрела на зятя. Василий взглянул на Елену.
— Елена, надевай. Александра правильно всё говорит.
— Вот, сестрёнка. Слушай мужа и будешь в шоколаде.
— Сговорились? Ладно. Сань, ну сама подумай, как я на коне скакать буду в этом железе?
— Нормально будешь. — За прошедшие четыре года, Елена всё же научилась ездить верхом. Не сказать, что стала крутой наездницей, но в седле держалась довольно уверенно. Тем более, кобылку ей подобрали смирную.
Ленка тихо шипя от недовольства, надела кольчугу. Василий помогал ей. Всё подтянул, огладил по спине.
— Походи, Лен. Попрыгай. Как она сидит на тебе? — Спросила её. Подруга походила, поприседала и попрыгала.
— Вроде ничего, только не привычно. Да и тяжесть чувствуется.
— Ничего, к тяжести привыкнешь. Считай, это твой индивидуальный бронежилет. Но тебя пусть утешит то, что у меня точно такой же бронежилет.
Часть гостей уже выдвинулись к месту охоты. Аристократы ехали в окружении своих вассалов и слуг. Некоторые дамы, сидя на лошади, везли на руках ловчих птиц — соколов, беркутов и ястребов. У мужчин тоже были такие птицы. Бежали целые стаи охотничьих собак. Такое ощущение было, что я попала на ярмарку тщеславия. Мне было лично наплевать на все эти атрибуты крутой жизни. Охотничьих собак у меня не было. В этом плане я бы лучше завела сторожевых собак, особенно доберманов. Интересно, а сейчас есть доберманы? Решила спросить об этом ландмаршала. Задала ему вопрос, когда садились на коней. Ландмаршал удивлённо на меня посмотрел.
— Как Вы сказали, Ваше Высочество? Доберманы?
— Доберманы. Порода собак такая?
— Первый раз слышу. Но если, Ваше Высочество пожелает, я могу выяснить насчёт этой породы.
— Выясните, ландамаршал.
— Сань, что железный дровосек хочет выяснить? — Спросила меня Ленка, устраиваясь на своей кобылке. Она вышла из замка позже и не слышала мой разговор с ландмаршалом.
— Спросила у него насчёт доберманов. Я бы завела у себя несколько собачек.
— Сань ты чего? С дуба рухнула?
— Не поняла?
— Сань, доберманов ещё нет. Их только в 19 веке выведут как породу. Кстати, мужика, который их вывел так и звали толи Карл, толи Фриц, но фамилия его Доберман. По фамилии этого мужика и назвали породу.
— А ты откуда знаешь?
— Сань, у меня двоюродная сестра конченная собачница. Причём помешанная именно на доберманах. У неё псина, кобель, очень породистый доберман. С родословной, медалями. Короче, мозг мне с этими собачками основательно вынесла. Я про этих доберов знаю всё. Хотя Барон моей сестры, очень милый псин.
— А из какой породы его вывели?
— Из этого, как он, забодай его комар… Во, из немецких пинчеров. Самые лучшие пинчеры из Вюртемберга… Подожди, у нас же тут есть герцог Вюртембергский! Ульрих! Попроси у него пинчеров.
— И что я с ними буду делать?
— Скрещивать. Короче, скрещиваешь пинчера с ротвейлером, потом с бельгийскими овчарками, ещё там с каким-то овчарками из Германии. Потом с веймарской легавой и другими гончими. И вуаля, получаешь душку добермана! — Елена победно на меня посмотрела. Хорошо мы с ней тихо говорили, сидя на конях вплотную друг к другу.
— Сама поняла, что ляпнула? С веймарской и ещё каким-то гончими! С бельгийской и ещё каким-то овчарками!!! Что значит с ещё какими-то? И в каком порядке надо скрещивать? В каком поколении?
— А я знаю? Гончих вон, море. Выбирай любую, бери суку пинчера и подкладывай под гончего кобеля. Сань, главное начать. Как говорится, главное ввязаться в бой, а там разберёмся… Знаешь, мне самой стало интересно, какое чудовище ты, в итоге, получишь! Но я бы взяла щеночка.
У меня слов не было, глядя на подругу. Щеночка бы она взяла. С ума сойти! К нам подъехал ландмаршал.
— Ваши Высочества, Порфирородные. Я спрашивал, никто не слышал о такой породе, как доберман.
— Понятно. Скажите, граф, а веймарская легавая есть такая порода? — Спросила его. Он опять вытаращился на меня.