Александра (СИ)
Далее был герцог Мекленбургский Альбрехт VII Красивый, 28-летний молодой мужчина с грустными глазами. И, мне показалось, что он нерешительный, особенно с женщинами. Он был единственным представителем здесь Меклебургского дома. У него был ещё старший брат и дядя. Они не присутствовали. Потом был герцог Саксонский Генрих V Благочестивый, мужчина 40 лет. Женился он поздно, всего два года назад на 25-ти летней Катарине Мекленбургской. Она тоже была здесь. Так же был представлен нам с сестрой герцог Магнус I Саксен-Лауэнбургский, мужчина около 45 лет. На вид он был довольно мрачный. Но это оказалось, что только видимость. На самом деле, Магнус оказался довольно приятным в общении человеком. Спокойным, предпочитавшим решать споры и конфликты за столом переговоров, а не воевать.
Далее была довольно занятная парочка. Герцог и герцогиня Юлих-Бергские, Иоганн III, прозванный Миролюбивым, он являлся старшим сыном герцога Клевского, и Мария фон Юлих-Бергская. Причём, оба молодые, ему 24 года, ей 23. И если Иоганн был довольно добродушен, то вот его жена… Она смотрела на нас с Еленой зло и презрительно.
— Я не поняла? — Сказала Елена, глядя на молодую герцогиню. По сути мы были, практически ровесниками. Говорила Ленка по-русски. Здесь мало кто понимал его. — А что это она так смотрит, как будто мы ей вагон американской зелени задолжали с прошлого года и не отдаём?
— Я понятия не имею. Может и правда задолжали? Ты не брала у неё в долг случайно, Лен?
— Ага, очень смешно.
Со всеми здесь мы говорили по-немецки. Всё же общение с Георгом фон Фрундсбергом и другими его ландскнехтами, способствовало изучению немецкого языка. Я посмотрела на Марию.
— Что-то не так, герцогиня?
— Как потомок Нибелунгов, может быть схизматичкой?
— Очень просто. Как ещё-то⁈ А разве Нибелунги были католиками?
— А кем? Нибелунги добрые католики.
— Извини, Мария, но ты ошиблась. Нибелунги были язычниками. В период с 160 по 165 год от Рождества Христова, когда Нибелунги потерпели поражение от римлян, добрых католиков и добрых католичек ещё не было в помине, а сами христиане, ещё не разделённые на римско-католическую веру и православную прятались по катакомбам и римские цезари подвергали их гонениям. Это общеизвестные факты. И не знать этого, герцогиня, на мой взгляд, как минимум странно. В 165 году от Рождества Христова, дочь и сын Боудики, дочери Зигфрида и Брунхильды, которая стала женой римского легата Дука, были отправлены в Рим. Через двести с лишним лет Дука-Нибелунги переселились из Рима, который ещё не был одной из цитаделей христианства, а был цитаделью язычества в Константинополь, где уже и стали христианами. И именно Константинополь стал первой цитаделью христианства, а не Рим. Так как именно в Константинополе император Константин Великий объявил христианство государственной религией империи и собрал первый легальный собор христианских епископов, для определения канонов христианства.
— Всё равно, разве добрая христианка будет наряжаться в мужскую одежду?
— А я не в мужской одежде, герцогиня. На мне форма Корпуса. А я генерал-майор Корпуса и его командующий.
— Разве женщина должна брать в руки оружие и воевать? Война, это удел мужчин. А женщина должна быть благочестивой супругой, рожать детей и воспитывать их.
— Согласна, война, это удел мужчин. Но что делать если все мужчины моего рода погибли, один за другим. И остались только женщины. Что делать, Мария?
— Молится.
— Молится, это хорошо. Но если только молится, то мы сами погибли бы. Так что, по мимо молитвы мне пришлось взять в руки оружие и защищаться. Защищать себя и свою младшую сестру. Не только уметь биться саблей, мечом, стрелять из лука и арбалета. Но ещё и изучать военное дело, тактику и стратегию. Ну и, в конце концов, наверное, во мне проснулась кровь моей далёкой прабабки, Брунгильды Неистовой, жены Зигфрида. А она билась в сражениях рядом со своим мужем. А кровь такая вещь, что с ней ничего нельзя поделать, если она начнёт требовать своё. — Я улыбнулась. Все вокруг тоже заулыбались. Только Мария поджала свои губы недовольно. Иоганн взял супругу под локоток.
— Мария, ну зачем ты так?
Позже я узнала, что герцогиня была ярой католичкой, довольно ограниченной и малообразованной. Новые веяния, которые принесла эпоха Ренессанса, где появились новые требования к высокородным дамам, обязывающие их иметь хорошее образование, уметь поддерживать беседу, разбираться в музыке, живописи, поэзии, Марией не воспринимались. Он считала это проявлением дьявола. В связи с чем, её дочери не получили должного образования, были такими же ограниченными и полуграмотными, еле-еле умевшие писать и читать. Мария считала, что доброй католичке не нужна музыка, поэзия, философия. Что женщина должна сидеть дома, рожать и воспитывать детей. Именно из-за этого английский король Генрих VIII Тюдор, одной из жён которого стала дочь Марии Анна, был очень недоволен своей супругой, что она глупа, малообразованна и не умеет поддерживать великосветский разговор. Совершенно ни в чём не разбирается и даже не желает как-то повышать свой образовательный уровень. В итоге с Анной Генрих развёлся, хорошо, что оставил в живых, а не положил под топор палача, как парочку предыдущих жён. Однако за этот брак поплатился головой Томас Кромвель, который и устроил этот брак короля. Его обвинили в измене и отрубили показательно голову. Вот так и устраивай браки монархов. Не, королевским свахам надо молоко давать бесплатно за опасную и вредную для здоровья и жизни работу.
Потом был пфальцграф Зиммерна Иоганн II. Он был молод 22 года всего, но уже имел трёх дочерей Екатерину, Иоганну и Оттилию. Причём, старшей дочери Екатерине было уже 4 годика, а младшей Оттилии не было и года. Был он без жены. Так же представили нам курфюрста Пфальца Людвига V Пфальцского, мужчину 35 лет. Потом были ещё графы, бароны и прочий кагал. Я, если честно, вообще не ожидала, что сюда соберутся чуть ли не все представители правящих на настоящий момент немецких домов. И что их будет так много, что потом просто они проходили как на киноплёнке. Хорошо, что нам с Еленой не стали представлять мелких рыцарей и дворян. А то точно трындец бы нам там настал. Я представила свой двор — трёх своих фрейлин:
— Господа, это мои фрейлины, русская княжна Ксения Остожская, итальянская княжна Паула Малатеста и польская княжна Агнеша Оссолинская. Кроме всего прочего, они являются ещё и сержант-дамами Корпуса. Так же мой заместитель по Корпусу, полковник Георг фон Фрундсберг. Я думаю, многие его знают, как капитана ландскнехтов. После того, как император отказался внести за него выкуп и вызволить из плена, Георг посчитал, что он свободен от присяги императору. И принёс присягу мне. Теперь он будет создавать здесь в Ливонии второй Корпус, где будут обучаться кадеты, как ведению войны на суше, так и ведению войны на море. Так же хочу представить контр-адмирала Ливонского флота князя Пандольфо Малатеста. Ваше высокопреосвященство архиепископ Рижский и Вы Ваше преосвященство епископ Ревеля. В ваших городах начнётся строительство новых верфей. Если уже есть, то их будут улучшать. Я намерена создать флот Ливонии. Базы флота будут в Риге и Ревеле. Кроме того, хочу представить вам своего родственника, московского боярина Василия Вяземского, он муж принцессы Елены. Барон Ульрих фон Дениц, ландсгерр Ливонии. А так же молодые офицеры Корпуса. Ну и наконец, Митрополит Московский, Владыко Варлаам. Я надеюсь, никаких проблем не будет? Я приняла ваши условия, вы приняли мои условия.
— Не будет, Ваше Высочество. — Выступил вперёд ландмаршал. Потом посмотрел на архиепископа. — Ваше высокопреосвященство?
— Буквально накануне, мной получена булла Его Святейшества папы Льва X, на коронацию принцессы Трапезундской. Византийской и Римской Александры Комниной… — Он замолчал, взглянул на меня, потом добавил. — Нибелунг.
— Ну вот и славно. Значит меня будут короновать и римско-католическая церковь и русская православная церковь. Ландмаршал, я надеюсь, замок готов к приёму такого количества гостей и каждый будет удобно устроен, согласно его титулу и положению, без ущерба чести?