Александра (СИ)
— Гриша, а ты что так на меня смотришь?
Он встал, низко поклонился мне.
— Кто же Царевну Александру не знает⁈ Генерала, девицу-воина.
— Ну не такая я уж и девица, Гриша. Сынок у меня есть.
Он покраснел. Но взглянув на меня улыбнулся.
— То не важно, Царевна. Были на Руси в древности воительницы. Поляницами их звали. Вот ты и есть поляница. Служить тебе честь великая. Я даже и помыслить о таком не мог.
— Но ты служишь, Гриша. Цени это.
— Я ценю, Царевна.
— Гриша, если я узнаю, а я узнаю обязательно об этом, если ты служишь кому-то другому, то лучше признайся сейчас. Я пойму и приму это. Помогу тебе избавится от этого. Но если промолчишь сейчас, значит ворог ты мой, подсыл чужой. А с такими я обхожусь очень жёстко.
— Не подсыл я, Царевна, клянусь тебе в этом. Вот тебе крест святой. — Он истово перекрестился. — Хочу служить тебе всем сердцем. Видел я твоих кадетов. Они особые. Так о них говорят в народе. Над ними крест святой, осенены они Богородицей. И если я, сирота, прикоснусь к этому хоть краем, то счастливее меня не будет человека.
Я села на лавку. Указала ему сесть рядом.
— Хочешь прикоснуться? А если не только прикоснуться? А стать частью Корпуса, Гриша? И не просто частью какой-то, а очень важной. — Я смотрела ему в глаза. Он в мои. Григорий соскользнул со своей лавки и упал на колени.
— Я готов, Царевна.
— Не спеши, Гриша. Ты станешь частью Корпуса. Но ты не будешь красоваться на парадах, в красивой форме. Хотя она у тебя будет. Ты никому и никогда не скажешь, что ты Корпус. И даже если тебя подвергнут мучениям, ты будешь молчать. Молчать о том, что узнаешь, в чём будешь принимать участие. Поверь, Григорий, есть внешняя сторона Корпуса, красивые мундиры и офицеры, элита будущей армии Руси. А есть тайная сторона. И здесь идёт не прекращающаяся война. Тайная война. Ты узнаешь многие страшные тайны сильных мира сего. Ты понимаешь, что это такое? Готов ли ты к этому? Ты спать будешь, держа нож под рукой. Потому, что столкнёшься с врагами, которых не видно сразу. Они тени. Это те, кто нападает во тьме ночи. Те, кто готовит смертельные яды и стрелы в спину. Готов к этому, Григорий?
Я видела страх, появившийся в его глазах. Смотрела, не мигая, на него. Григорий сглотнул нервно. Но потом словно решился.
— Я готов, Царевна-матушка.
— А если тебя пыткам подвергнут?
— Готов. Я готов умереть за тебя, Царевна. — Протянула руку и погладила его по голове. — Какую клятву я должен произнести?
— Ты уже её произнёс, когда сказал, что готов. Запомни, Григорий. Слово тобой уже сказано. Оно не птица, вылетело не поймаешь назад и записано оно в скрижалях вечности. Отныне ты подчиняешься только мне. И никому более. Для вида ты будешь подчинятся моим заместителям. Но это для вида, для всех остальных. Как мои шесть палатинов. Ты не палатин, пока. Но очень важный кадет. И твоё первое задание будет следующее. Ты составишь письмо. Полностью скопируешь то, что я тебе дам. Запомни, Григорий, о том, что оно было написано тобой, по моей указке, никто не должен знать, кроме нас двоих. Это очень важно. От этого письма будет зависеть очень многое. Поверь, о письме узнают многие правители Европы и тогда начнётся большая игра, цена которой жизни сотен, а может и тысяч людей. А сейчас ты увидишь то, с чего будешь составлять письмо, о котором я тебе сказала. Только лишь за то, что ты увидишь рукопись, тебе мало отрубить голову. Понимаешь, Гриша?
— Да, Царевна.
Я достала из шкатулки рукопись, шифр к сокровищам. Расправила свиток на столе.
— Смотри внимательно, Григорий. Ты должен будешь скопировать полностью те знаки, на которые я тебе укажу. И именно в той последовательности, в какой я тебе укажу. Вот тебе бумага, чернила и перья. Сиди и рисуй. Запомни, любое, даже самое малейшее отклонение от оригинала не допустимо. Ты должен полностью скопировать знаки именно так, как они нарисованы. Понял меня?
— Понял, Царевна. Я всё сделаю. Мне только нужно примерится.
— Примеряйся. Времени у тебя много. Целый день и целая ночь. И запомни, как Отче наш, ты не видел этой рукописи никогда. Ты ничего не копировал с неё никогда.
— Да, Госпожа. Я ничего не видел и ничего не копировал.
— Григорий, я тебе почему-то доверяю. Моё доверие, Гриша, стоит очень дорого. А тот, кто его лишается, тот достоин презрения и… Лишается головы. Понятно?
— Да, моя Госпожа.
— Для тебя я не Госпожа, а Ваше высоко превосходительство, генерал-майор Корпуса. Смотри, Григорий, вот эти знаки ты должен скопировать полностью. В этом порядке, как я уже написала. Видишь цифры?
— Цифры?
— Ты не знаешь арабскую цифирь?
— Нет. Простите Ваше высоко превосходительство, генерал-майор.
— Ладно. Этим мы займёмся позже. Ничего, Гриша. Это поправимо. Сама с тобой буду заниматься. Вот эти знаки, которые я пометила, начинай копировать. Тебя я закрою в кабинете. Тебе сюда будут приносить еду. Мои палатины. Они вопросов не задают. Только с ними ты будешь видеться, пока работаешь здесь, в моём кабинете.
Я вышла из кабинета и закрыла его, заперев на замок. Вызвала дежурный наряд и повелела нести охрану у дверей кабинета. Что же, большая игра уже началась. Прошла в казарму к моим сержантам. Двоих не было. Степан и Никифор были на полигоне, с артиллеристами. Так, надо мальчиков будет включать в Большую Игру. Надо переводить их на новый уровень.
— Божен. Илья, идёте со мной. Богдан и Айно остаётесь. В моём кабинете сидит ваш новый товарищ. Зовут Григорий. Вы его видели. Он занимается очень важным делом. Его никто не должен отвлекать. В кабинет кроме вас никто не должен заходить. Да и вы, Богдан с Айно, можете заходить туда только для того, чтобы принести Григорию еды, а потом убрать посуду. К бумагам на столе не соваться. Вопросов Грише не задавать. Всё понятно?
— Так точно. — Все четверо стояли на вытяжку. Я кивнула им.
— Божен и Илья идут со мной.
Когда вышли из казармы, я направилась на конюшню. Илья и Божен следовали за мной молча. Возле конюшни я остановилась, повернулась к ним.
— Значит так, мальчики мои. Пора вам, как и всем остальным палатинам двигаться дальше. Так сказать, переходить на новый уровень.
— Куда переходить, Царевна? — Спросил недоумённо Илья.
— На новую ступеньку, коя выше предыдущий. То есть, становится умнее. Понятно⁈ — Пояснил ему Божен. Я кивнула, подтверждая его слова. Вообще Божен умница. Голова работает, как надо.
— Совершенно верно, Божен. Ваша новая ступенька, это начать формировать в Корпусе разведывательно-диверсионный отдел. — Оба моих палатина зависли. Я усмехнулась. — Спрашивайте, а то смотрите на меня, как бараны на новые ворота.
— Царевна-матушка, а что это такое? Ну, этот, разведывательно…
— Разведывательно-диверсионный отдел. Что такое разведка, это получение сведений о твоём потенциальном противнике, вороге. А так же сведения о возможном противнике.
— Как это, о возможном?
— Например, в настоящий момент мы не воюем со свеями, так?
— Так.
— Значит, мы вроде бы не враги. Но это сейчас. А что будет через год или два? Вполне возможно, что мы станем врагами и между нами начнётся война. И чтобы не проспать начало войны, мы должны знать о свеях всё, что нам необходимо. Или, например, об османах. Сейчас они не могут начать с нами большую войну, знаете почему?
— Почему?
— Потому, что у них война с персами. До тех пор, пока они не разобрались с шахиншахом, на Русь Селим не пойдёт. Но у османов есть пехота и артиллерия. А у персов пехоты почти нет, а артиллерия вообще отсутствует. Поэтому с персами османы вопрос могут закрыть в ближайшее время. А вот нам этого не надо. Нам надо чтобы они воевали друг с другом как можно дольше. И вот здесь разведывательная работа начинает совмещаться с дипломатией. То есть нужно выйти на нужных людей из ближнего круга шахиншаха и предложить помощь. Например, дать им артиллерию.
— Наши новые пушки?