Александра (СИ)
— А не слишком много попросили твои кураторы? У них ничего не треснет?
— Что не треснет?
— Например их морды?
— Не треснут. А чтобы ты побыстрее шевелилась, мы твоего сына заберём, а с ним и маленькую принцессу, Дарью. Мы знаем, ты её любишь, как родную дочь. Тем более, она единственный ребёнок Вашего Князя.
— Только попробуйте тронуть детей, я вас уродов из под земли достану.
— Не достанешь. Нас много кто хотел достать, да только руки коротки.
Я молчала. Страх за детей нарастал во мне вместе с яростью. Мозг работал в усиленном режиме, просчитывая все ситуации.
— Что принцесса, думаешь, как бы меня обезоружить? Даже не пытай… — Он вдруг заткнулся, дернулся и нож выпал из его руки. Да и он сам упал. Я резко развернулась. Позади упавшего, стоял Айно.
— Что-то сержант ты долго шёл.
— Прости, Царевна-матушка. Отходил по нужде. Мочи терпеть не было. Возвращаюсь я тебя нет. А потом увидел, как этот тать нож держит у твоего горла. Ну я его и… Того.
— Ты что, убил его?
— Нет. Так гирькой приложил по макушке. — Айно вытянул руку и из его рукава выскользнул шарик, обтянутый какой-то материей. Шарик был на веревочке. — Это свинец. Я его в мягкую ткань обернул, это чтобы крови не было, когда аккуратно бьёшь кого по голове. Так хорошо стражников снимать.
— Значит так. Этого связать, в рот засунь ему кляп, чтобы он себе ничего не откусил.
— А что он себе может откусить?
— Язык. И… — Я наклонилась и осторожно сняла перстенёк с безымянного пальца левой руки. В этом перстеньке мог быть яд. Знаем такие штучки, проходили. Положила его в карман. Посмотрела на Айно. — Давай, сержант вяжи его. К нему никого не подпускать. Остаёшься с ним. Он очень важен, понял?
— Понял, Царевна Александра.
Я рванула по коридору. Молилась, главное, чтобы ничего с детьми не случилось. Возле детской было тихо. Оба стража сидели на полу, опустив головы. Оружие лежало рядом. Я проверила у них пульс. Отсутствовал. Открыла дверь. В детской горела свеча. Боярышня лежала на полу. Её зарезали, ударив стилетом в сердце. Детей не было. На меня навалилась страшная тяжесть. Руки у меня затряслись. Господи, прошу тебя, верни детей мне моих. Выбежала из горницы.
— К оружию! — Закричала во всю мощь легких. — Измена! — Я продолжала кричать, пока не послышался топот ног. Из-за поворота коридора высочило несколько вооружённых стражей, внутренней охраны Кремля. С ними бежал старший охраны Плетень.
— Что? — Подбежав, спросил он.
— Стража убита. Детей похитили. В том числе и Дарью, княжну. На меня нападение было. Тясячник, немедленно, перекройте все выходы из Кремля. Никого не выпускать. И к Государю бегите. Проверьте жив он⁈
Тысячник ругнулся и оставив со мной троих бросился к опочивальне Великого Князя. Вскоре и он сам прибежал ко мне. В штанах, сапоги одеты наспех и рубаха.
— Саша! Что случилось? — Тут он увидел кровь на моей шее. — Ты поранена?
— Пустяки, просто кожу оцарапали. Дарьюшку украли, Василий. И Вячеслава.
— Чтоооо⁈ — Я видела, как глаза Великого Князя стали наливаться кровью. — Кто посмел?
— Тамплиеры. Они пришли за казной и реликвиями. Надо перекрыть все выходы из Кремля, если ещё не поздно. Послать к митрополиту, предупредить, чтобы усилили охрану всех святых вещей.
В этот момент прибежал один из стражников.
— Великий Государь. Схватили того, кто похитил детей.
— А дети? — Тут же спросила я.
— Дети живы. Только спят.
— Где они?
— Несут сюда.
Вскоре появились ещё вооружённые ратники. Двое несли спящих детей. И ещё двое тащили моего сержанта, Илью. Я смотрела на него и не могла поверить.
— Илья? Ты?
— Я, Царевна-матушка. Повели, чтобы отпустили меня.
Василий шагнул к нему. Схватил Илью за грудки.
— Ты, смерд, посмел тронуть мою дочь?
— Прости, Великий Государь. А что мне оставалось делать? Не оставлять же её лежать с мёртвыми.
— Какими мёртвыми? — Князь удивлённо смотрел на моего сержанта.
— С теми, кто их украл. Они тогда живы были. Но мне пришлось убить татей. Их двое было.
— Отпустите его. — Сказала я страже. Но те продолжали держать Илью, заломив ему руки за спину. Конвой посмотрел на Василия. Он сам отпустил Илью.
— Отпустите. — Велел Князь. Илью отпустили. Он отряхнулся. Поклонился Великому Князю в пояс. Я взяла Дарью на руки. Она и правда спала, как и мой сын. Наверное, им что-то дали.
— Несите сына ко мне в опочивальню. — Сказала я стражнику. — И ещё, там второй мой сержант. Он сумел одного тамплиера взять живым.
Дарью я унесла в свою спальную. Туда же принесли и моего сына. Я положила обоих детей на свою постель. За мной зашёл и Василий. Я стояла и смотрела на спящих детей. Повернулась к Князю. Он обнял меня. Я не выдержала и разревелась. Василий гладил меня по голове.
— Саша, всё хорошо. Дети здесь. Татей найдём.
— Там одного взяли. Надо сделать всё, чтобы его не убили раньше времени. Думаю в разбойном приказе есть умельцы, которые на дыбе разговорят тамплиера?
— Есть такие умельцы. У них и немой заговорит.
— К митрополиту послали? Они попытаются выкрасть святые реликвии.
— Не беспокойся. Послали. Там у митрополита и так мышь не проскочит. А сейчас ещё больше усилят охрану. Поверь, Саша, сокровища церкви охраняются очень хорошо, даже лучше, чем самого Великого Князя.
До утра в Кремле были усилены меры безопасности. Ходить по Кремлю в одиночку было запрещено. Стража была расставлена везде, где только можно.
Я уснула только под утро рядом с детьми. Мне снился Святой Грааль и мощи Георгия Победоносца. Проснулась я от того, что дети уже не спали. Дарья сидела на постели, рядом со мной и тянула ручку к Вячеславу. Он держал в руках её соску.
— Ты зачем её сосёшь? — Задал сын малышке. Естественно она ничего не могла ему ответить, но продолжала тянуть к соске ручки.
— Сынок, ты зачем взял Дашину сосу?
— Я её полизал. Я думал она сладкая, а она нет. А почему она её сосёт?
— Потому, Вячеслав Иванович, что маленькие дети сосут у мамы титю. А если тити нет, то сосут такую вот соску.
— Но у тебя, мама, есть титя.
— Титя есть, но молока в ней нет. Поэтому я не могу накормить им Дашу. Её кормит другая женщина. Дай мне.
Забрала соску. Даша потянулась ко мне. Я встала. Взяла её на руки. Она была мокрая. Вот же мамка какая, совсем за ребёнком не смотришь, Саша! Открыла дверь и позвала нянек. Они принесли теплой воды и сухую одежду для Дарьи. Я помыла её, вытерла насухо. Помыла соску и сунула её ребёнку. Она довольно засосала. Так же пришла кормилица. Села кормить маленькую княжну. Я отправила с няньками Вячеслава позавтракать. Сидела, смотрела как кормят дитя и думала. Почему из всех реликвий им особенно важен Святой Грааль и мощи Георгия Победоносца? Причём именно в их ларцах? Почему готовы отдать плащаницу, копьё, корону? И почему именно в ларцах? А что, если важны именно ларцы, а реликвии не совсем? Они так, для фона? Что ценного может быть в ларцах или в каком-то одном из них? Да нет, это бред. Или Святой Грааль или ларец, в котором он находится. Даже пусть этот ларец украшен золотом и драгоценными камнями. Всё равно они не соизмеримы по своей ценности. Святой Грааль для христиан бесценен, как и мощи святого Георгия Победоносца. А ларцы, это просто ларцы и всё. Даже если потеряются, то ничего страшного. Новые сделают. Но здесь именно с ларцами.
Зашёл Василий. Посмотрел на кормилицу. Потом перевёл взгляд на меня.
— Александра, ты ела?
— Нет. Я что-то не хочу. Аппетита нет. Митрополит предупреждён насчёт тамплиеров?
— Да. Он сейчас прибудет сюда.
— Государь, у меня много вопросов к внутренней безопасности Кремля. Как так получилось, что тамплиеры сумели проникнуть в Кремль и подобраться так близко к тебе, к детям, ко мне?
— С этим будем разбираться. Твой свёкр уже занялся этим. Тамплиер в разбойном приказе в пыточной. Начали проверять всех, кто находится в Кремле. В том числе и дьяков, подъячих. Даже мою охрану и гарнизон Кремля. Истопников, плотников, кузнецов, стряпух, всех.