Александра (СИ)
— Сама ты, фабрика-кухня.
На следующий день я напросилась в гости к Государю. Приглашение получила через два дня. Собралась. Всё как обычно. Платье в пол, праздничная чоба, сеточка на волосы и диадема. Немного косметики. Всё, красотка. Ехала в настоящей карете. Производство их папаня организовал по высшему уровню. Сам лично контролировал изготовление. Государю сделал, настоящую царскую. Это я посоветовала ему. С двухглавыми орлами. Позолота. Внутри красный бархат. Мягкие сидения. Даже раскладной столик. В карете имелась и печка для отопления. Но она на лето убиралась. Всё было продумано. Вот такая карета и приехала за мной, в сопровождении десятка княжьих ратников. Ивану сказала, чтобы ожидал меня дома.
Меня провели в апартаменты Великого Князя. Он как раз рассматривал карту с засечной чертой.
— Будь здрав Великий Государь. — Поздоровалась я и присела в приветствии, склонив голову.
— Будет тебе. Проходи, Александра. Знаю, сына родила. Молодец.
Я подошла к столу. Кивнула ему.
— Родила с божьей помощью, Василий. Засечную черту смотришь?
— Смотрю. Ногаи, будь они прокляты, уже несколько раз прорывались в глубь земель наших. Я распорядился отлить твои «единороги». У Пронска знатно посекли ногаев из твоих «единорогов», шрапнельными ядрами то. Докладывали мне. Хорошо там был ученик Петра Фрязина. Он учил пушкарей, как трубку запальную выставлять на то или иное расстояние.
— Значит, уже опробовали?
— Опробовали, Саша. Дюже хвалят вои пушки твои и снаряды. Шрапнель то знаешь, как называют?
— Как?
— Царским горохом.
Мы оба засмеялись. Да народ у нас креативный. Василий крикнул боярина. К нам зашёл Фёдор.
— Поснедаешь со мной. Саша?
— Поснедаю. С удовольствием.
— Фёдор, пусть несут.
— Сейчас всё сделают, Государь. — Боярин исчез. Я села на стул с высокой спинкой.
— Говори. — Сказал он сев на край стола и напротив меня. — Просить же что-то пришла, так ведь?
— Так, Государь. Хочу на Дон поехать. Посмотреть, как крепость мою строят.
— На какой Дон ты собралась? Ты же родила только-только⁈ А с дитём кто будет?
— С дитем будут бабушка с тётушкой. Да там мамок-нянек хватит предостаточно. А мне надо, Государь. Заодно заеду в Тулу. Хочу место там присмотреть для мануфактуры.
— Какой ещё мануфактуры? Что это за бесовщина такая?
— Не бесовщина. Мануфактура, это производство такое. Там пушки делать будут. Ручные пищали. Одним словом, хочу сделать там кузницу русского оружия, Государь.
— Тебе мало было, когда прошлый раз ездила?
— Так измену извели, вроде? И я сама там лезть на рожон не буду. Пожалуйста, Василий. — Сцепила руки в молитвенном жесте. — Очень надо. Заодно пушки увезти туда. И в Туле у меня пушкарь есть, передал мне, что сделал мой заказ. А ещё сам сделал какую-то пушку, по собственному почину. Сообщает, что пушку необычную. Вот и хочу её посмотреть. Что же там такого необычного⁈
— Что же с тобой делать, Александра? Не хочешь ты слушать.
— Василий. Я осторожно. Обещаю, что не буду сама лезть на рожон.
— Хорошо. Дам тебе сотню. Сотника ты уже знаешь.
— Знаю. Кобыла!
— Он самый. Сообщишь за день до того, как соберёшься выехать. Поняла?
— Поняла, Государь.
Принесли кушанья, морсы и вино. От вина я отказалась, но пила морсы.
— Василий, что хочу сказать. Ты только не ругай меня сильно, обещаешь? — Он откинулся на спинку стула.
— Что ты ещё опять натворила?
— Ничего не творила. Я о другом. Тебе надо брать под свой контроль всю Волгу-Итиль.
— Как это всю Волгу? А казанцев и астраханцев куда девать?
— Никуда. Казань с Астраханью взять и сделать частью Руси, а ханства ликвидировать.
— Взять Казань? Да ты знаешь какие там стены и бастионы?
— Василий. Ну и что, что бастионы? Они строились ещё по старым чертежам и схемам. Мы их разобьём пушками и всё. А Волга нужна под полным контролем. Это выход к Каспию, а через него к персам. Нам оттуда нефть нужна, хлопок.
— Нефть?
— Да. Его ещё называют земляное масло. Нам очень нужно. Много чего из него сделать можно. А хлопок так же необходим. Из него одежду делать можно и бездымный порох. Он намного сильнее чёрного. И к тому же, ликвидируем угрозу нападений со стороны ногаев и казанцев.
— Легко сказать. Где я тебе столько войска возьму?
— Я знаю, где можно взять союзников, которые потом могут стать твоими поданными. Они люто ненавидят ногаев и всех остальных татар.
— Это кто такие?
— Их зовут ещё калмыки. Тоже кочевой народ. Они из монгол. Не мусульмане. Очень хорошие наездники. Отдать им земли ногаев, тех из них, кто к тебе на службу не пойдёт. Калмыки их вырежут под корень. А мы поможем. Оружием, припасами, артиллерией. Зато получишь лояльный тебе народ.
— Калмыки говоришь?
— Калмыки.
— Никогда не слышал о таких.
— Они на востоке живут. Но места им мало. Постепенно смещаться будут западнее. У них сейчас уже столкновения начались с ногаями. И их противостояние будет только нарастать.
— Очень интересно. Хорошо, я подумаю.
Глава 17
Давно уж дикая Орда
В окрайне грабит города.
Пора ей сделать укорот.
Построить крепость как оплот
Защиты южных рубежей.
Литва противник посложней.
Литва и орден Папе служат.
Им наше злато мысли кружит.
Пора и этим дать отпор,
Устроить очередной hardcore.
А потому любимый мой
Пора в дорогу нам с тобой.
Zay…
Великий князь насыщался. Я уже была сытая и пила морс из брусники с мёдом. Обглодав куриную ножку, он вытер пальцы о полотенце. Посмотрел на меня.
— Прибыли послы от гишпанского короля Фердинанда. — Сказав это, он замолчал, пронзительно глядя на меня. Я кивнула. Этого следовало ожидать. Вот только что-то рано прискакали. Василий продолжил. — Формально ко мне, якобы налаживать связи и торговые отношения.
— А в реальности? — Спросила его, хотя ответ уже знала, чай не глупая курица. Князь взял серебряный кубок.
— Вина налей. — Сказал он. Я встала, взяла кувшин и налила пол кубка. Он кивнул, поблагодарив и отхлебнул из него. Я села назад на свой стул и тоже сделала глоток из своего кубка. — В реальности, тебя хотят.
— Я не удивлена. Всё же им морковку дала, такую вкусную. Ещё хотят. Скоро португальцы могут пожаловать. Уверена их шпионы при дворе короля Арагона имеются.
— Скажи, Саша, я вот не совсем понимаю их. Вроде гишпанцы. Но государство их не зовётся Гишпанией. И разделена на два королевства, но оба находятся под скипетром одной семьи.
Я прикрыла глаза, стараясь вспомнить всё, что знала по истории Испании.
— Понимаешь, Василий. Изначально на территории Гишпании, а правильней говорить Испании, было два королевства, это Леон и Наварра. Это не считая сарацинских королевств, точнее мусульманских эмиратов, которые занимали большую часть Пиренейского полуострова. Там находится Испания. Арабы завоевали почти восемь-семь столетий назад эти христианские земли. Сами христиане сумели удержаться и закрепится на севере полуострова. С этого момента началась Реконкиста. То есть возврат христианских земель. Реконкиста завершилась только 19 лет назад, падением последнего исламского государства Гранадского эмирата. Мусульман в Испании называют мавры. Сначала было одно большое исламское государство Аль-Андалузия. На севере образовалось, как я говорила два христианских королевства — Леон и Наварра.
Откуда я это знала? В свою бытность, я бывала в Испании, ещё до свадьбы, с моим тогда женихом, ставшим моим первым мужем Ванечкой, ездили в Испанию. Исколесили её всю, взяв в аренду машину. Побывали в Гранаде, в Толедо, Барселоне, Андалузии. Много где. Перед тем как туда ехать я прочитала всё об истории Испании. Мне хотелось ощутить самой, своими руками, кожей, глазами, те земли, замки, города, где в своё время бушевали кипящие, как смола в крепостном котле, страсти. Где шли ожесточённые, непрекращающиеся схватки между мусульманами и христианами на протяжении восьми столетий, где творилась сама история. Поднимаясь по истертыми тысячами ног каменным крепостным ступенькам, прижимаясь к нагретым, южным солнцем, камням бойниц старинных бастионов, я закрывала глаза и слышала звук боевого рога. Передо мной вставали картинки далёкого прошлого. Слышала топот тысяч копыт берберийской конницы и такой же, тяжёлый топот рыцарских боевых коней. Лязг мечей м сабель, предсмертные стоны и крики ярости. Ощущала кожей лица жар пожаров. Видела бешеную рубку христианских и мусульманских воинов на крепостных стенах, когда кровь лилась ручьём и никто не хотел уступать. Видела и слышала удары осадных таранов в крепостные ворота. Работу башенных баллист и удары каменных снарядов требюше в стены и башни осаждаемых крепостей. И всё это рождало во мне какую-то эйфорию, сильное возбуждение, дрожь пробегала по моему телу. Сердце начинало бешено биться, как перед первым прыжком с парашюта. А камни древних крепостей продолжали мне петь и рассказывать свои легенды, унося в ту кровавую и страшную эпоху. Но страха они во мне не вызывали, а только добавляли в кровь адреналин.