Александра (СИ)
— Ваше Императорское Величество, к Вам имперский князь, герцог Саксонии и маркграф Мейсена Георг Альбертин.
Максимилиан кивнул. В кабинет зашёл Плотного телосложения мужчина, готовящийся перешагнуть 40-летний рубеж.
— Ваше Императорское Величество. — Маркграф склонился в церемониальном поклоне.
— Полно, Георг. Проходи, садись. — Император указал на свободное кресло рядом со своим. — Горячего вина?
— Не откажусь. На улице собачий холод. Ветер такой колючий.
Император позвонил в колокольчик. Появился камергер.
— Генрих, распорядись ещё вина горячего со специями принести, для маркграфа.
Камергер молча вышел. Максимилиан посмотрел на Георга.
— Скажи друг мой, что за вести приходят с востока?
— Ты имеешь ввиду руссов?
— Именно.
Маркграф помолчал, глядя на языки пламени в камине. Зябко поёжился. Они с императором давние друзья. Хотя несколько расходятся во взглядах на церковь. Император старался дистанцироваться от церкви, особенно в свете того, что всё чаще стали поднимать голову сторонники реформации церкви. Он же, маркграф Мейсена, был убеждённым католиком и противником какой-либо реформации. Но это не мешало им плотно общаться.
— Что именно тебя интересует, Максимилиан?
— Вести из Москвы.
— Ты о двух принцессах?
— О них. А так же о том, что с ними связано.
Слуга принёс кубок с горячим вином на подносе. Георг взял его, сделал глоток. Блаженно улыбнулся.
— Они появились полгода назад. Даже чуть больше. Откуда? Не знаю, словно из-под земли. Назвались византийскими и римскими принцессами из рода Великих Комниных.
— Как интересно, Георг! Византийскими, да ещё и римскими? Византии нет 50 лет уже как. А римские принцессы только у нас. Так как именно мы Римская империя.
— Максимилиан. Ты же знаешь, что в Византии только выборочно признавали императоров нашей Римской империи. А чаще не признавали, так как считали, что только Византия является наследницей Великого Рима времён императоров. Поэтому здесь половина на половину.
— Но Византии нет.
— Нет. Но, вспомни Софью Палеолог, принцессу из последней византийской династии. Константинополь пал, а её всё равно считали принцессой. Кстати, если ты не забыл, то она мать нынешнего владетеля Москвы, Василия.
— А эти две?
— Я же сказал, они выдают себя за принцесс из рода Великих Комниных. Старшая сестра Александра Комнина, младшая Елена Комнина. Якобы правнучки Елены Кантакузиной и Давида Комнина, последнего императора Трапезунда.
— И в Москве им поверили?
— Поверили, Максимилиан. Их признали принцессами Византии и Рима. Мало того, османы по моим данным, тоже поверили и сейчас охотятся на них. Предложили за обеих сестёр огромные деньги. Сначала 100000 золотом, сейчас цена достигла полумиллиона флоринов золотом.
— Какие занятные сестрички. Уверен, что если так пойдёт дальше, то сумма может перевалить за миллион?
— Может. И я даже не удивлюсь, особенно в свете того, что они на самом деле интересные девицы. — Георг замолчал, приложился к кубку. Бросил взгляд на императора. Тот смотрел на него и кивал головой.
— Георг, это ведь не всё?
Маркграф понял, что император в курсе многого, но почему-то хочет услышать сведения именно от него.
— Не всё. Святой престол так же проявил заинтересованность к сёстрам. И что не мало важно, как-то не здорово возбудились испанцы. Фердинанд, король Арагона и фактический правитель Кастилии, которой правит от имени своей безумной дочери, собирается направить в Москву своих представителей. Причём, как удалось узнать, испанцы интересуются именно сёстрами Комниными. Но официально представители короля поедут к Московскому Великому князю. И ещё, Максимилиан. — Георг опять отпил из кубка и взглянул в глаза своему сюзерену. — Сын одного из польских магнатов… Тьфу ты, эти славянские фамилии… Собесский… Точно Собесский, попал в плен к руссам. Там он видел обеих принцесс. И даже общался с ними. Так вот в одном из разговоров старшая из сестёр назвала тебя, император, дядюшкой.
— Меня дядюшкой??? Ты что, Георг, хочешь сказать, что мы родственники?
— Не знаю, Максимилиан. Но если пусть и не родственники, то… — Георг заинтересованно смотрел на императора.
— Что, то? Так, подожди… Дядюшка… То есть они мне племянницы? Но я знаю всех своих племянниц.
— Вот и мне это стало интересным. А может не всех знаешь? Или знаешь старшую из сестёр под другим именем? Как я понял, их скрывали в Европе под чужими именами от османов. А учитывая, какие деньги султан готов заплатить за них, то эта версия наиболее вероятна.
— Как они выглядят?
— Я сам лично не видел, но по рассказам тех людей, кто их видел и даже общался, на крестьянок они не похожи. Высокие, красивые, холёные. У старшей волосы светло-русые, а у младшей темно-русые. У обеих голубые глаза. Младшей Елене 19 или 20 лет. Александра, старше сестры на два-три года. Вполне возможно, что ты их мог видеть ещё маленькими. Вопрос когда именно и где? Ответим на этот вопрос, узнаем, кто за ними стоит. Кто их укрывал и кто им покровительствовал.
— Да мало ли кого я в своей жизни видел? Я что, должен их всех помнить?.. Ладно, это отложим. Я подумаю. Георг, а скажи мне, что это за история с ливонским ландсгерром? — Максимилиан очень внимательно смотрел на маркграфа.
— О каком именно ландсгерре идёт речь? Их там много.
— Георг, ты прекрасно знаешь о каком. Фон Дениц.
Имперский князь кивнул. Сделал ещё один глоток из кубка.
— Ульрих фон Дениц. Владетельный синьор на востоке Ливонского ордена. Осенью его замок был захвачен руссами. Но, Максимилиан, сведения оттуда поступают противоречивые. Но ты и так всё знаешь?
— Нет не всё. Ты прав сведения противоречивые. И ливонцы не горят желанием об этом говорить. Поэтому Георг, я хочу от тебя услышать, твою версию?
— Замок хорошо укреплён. Гарнизон больше сотни ландскнехтов. Мало того, накануне захвата замка руссами, туда привезли артиллерию. Официальная версия, для укрепления восточных рубежей Ордена против руссов.
— Официальная⁈ — Маркграф кивнул. — Георг, а не официальная? Кто поставил туда пушки?
— Наш немецкий Орден.
— Тевтоны?
— Они.
— Не находишь это странным, Георг? Мне не хватает артиллерии. А тевтоны поставляют её непонятно куда! Ливония не является частью империи.
— Не является. Но она находится в вассальной зависимости от Тевтонского Ордена.
— И что? — Император покачал головой. — А откуда у Ордена деньги на артиллерию? Они такие богатые? Георг? Или может мы что-то не знаем?
— Что-то не знаем. Реформация, мой император. Эта скверна уже везде. И в Ордене тоже завелась. Чувствую, что скоро полыхнёт. Знаешь, что самое интересное?
— Что?
— В том, кто захватил замок фон Деница. И последующие события.
— Совершенно верно, мой друг. Говори, что сумел узнать.
— Сами ливонцы это не признают, говорят, что замок был захвачен тысячей русских под командованием боярина Вяземского.
— А в реальности?
— Как было в реальности не знаю, но те сведения, которые я получил, выглядят не совсем правдоподобно.
— В чём неправдоподобность?
— Скажи Максимилиан, ведь и ты, и я мы воины. Рыцари. Большая часть прожитой нами жизни проведены в походах и войнах. Ты можешь поверить, что хорошо укреплённую крепость, оснащённую артиллерией, взяла женщина, с пятью десятками воинов? При этом не потеряв ни одного своего ландскнехта.
— Женщина? Пятью десятками латников? При гарнизоне крепости более сотни воинов? Ни одной потери с её стороны? — Император откинулся на спинку кресла. Потом засмеялся. — Молодец! То-то ливонцы об этом стараются не говорить.
— А вот фон Дениц потерял половину своего гарнизона. — Добавил Георг.
— Дай ка, друг мой, я угадаю, кто же та воительница, прямо амазонка⁈ Александра, старшая из сестёр. Я прав, Георг?
— Прав, Максимилиан.
— Какая девица, шустрая. Ты веришь в это?