Александра (СИ)

— Ну, Сашка! Не могу с тебя. Раком поставили и пользовали! Это же надо так бабе сказать!
— Я не баба!
Государь перестал смеяться. Посмотрел на меня удивлённо.
— А кто ты?
— Я женщина!
— А какая разница?
— Большая, Василий. Баба на базаре торгует. А я женщина, с большой буквы этого слова. Я дочь воинов. Жена воина. Стану матерью воина или воинов.
Василий чуть склонил голову на бок. Продолжал улыбаться, глядя на меня.
— Хорошо, Саша, женщина! — Он подошёл ко мне. Взял мою голову в руки. Я спокойно стояла. Молилась, чтобы он в губы меня не стал целовать. Он не стал. Поцеловал меня в лоб. — Почему раньше я тебя не увидел?
— На то воля божия, Василий.
— Да, наверное. Но всё равно, благодарю его, что ты есть. — Он отпустил меня. — Всё, что ты говоришь, это хорошо. Но…
— Что НО?
— Армия нового типа. Ты хоть понимаешь, сколько это стоит? У меня просто нет столько серебра и золота. Если бы у нас хоть один серебряный рудник был, я не говорю про золотой даже…
— Есть у тебя. И серебряные рудники, и золотые.
Василий замер. Смотрел на меня своими чёрными, как ночь глазами. И в них мелькнула жёсткость.
— Что ты сказала?
— Есть и серебряные и золотые рудники, прииски.
— Где?
— Каменный пояс. Твои владения простираются на востоке к его предгорьям.
— Простираются. И что? Урал мне не подвластен. Там сибирцы хозяева… А где там рудники?
— Точное место не скажу, искать надо. Но я точно знаю, что там и серебро и золото есть. И по мимо них там много что есть. И медные руды и железные. Много. Много чего есть. Урал это как сокровищница. Как кладовая. Тебе забрать его надо под себя. И Русь не будет зависеть от привозного серебра и злата.
— Александра, а где столько войск возьму? У меня с Запада напирают, с юга. С востока, кстати тоже, те же сибирцы. Постоянно набеги. Только успеваем отбиваться.
— Это плохо. Надо от обороны переходить в наступление. Постоянно сидеть в обороне к добру не приведёт, Василий. Проиграешь. Надо наступать самим.
— Как? Я же тебе говорю, где взять столько ратников?
— Как где?
— Ты знаешь?
— Знаю. — Улыбнулась, глядя на него. — Мы есть будем или как?
— Федька! — Взревел Великий Князь.
Боярин тут же появился.
— Всё уже заносят, Великий Государь.
Начался хоровод с блюдами. Со стола Князя всё убрали и стали накрывать. Чем больше накрывали, тем больше у меня возникало ощущение, что здесь готовится пир на весь мир.
— Государь⁈ — Обратилась я к Василию. — У нас ещё будут гости?
— Нет. А что такое?
— Да тут столько нанесли, что я даже не знаю. Человек на двадцать, как минимум.
Василий усмехнулся.
— Возьмёшь себе то, что по душе.
Ладно, было бы предложено! Принесли блюдо с осетром. У меня даже слюни побежали. Посмотрела на Великого Князя. Когда все вышли, попросила:
— Василий, положи мне, пожалуйста, рыбки этой.
Он подошёл к столу. Вытащил из ножен свой кинжал, откромсал кусок, нацепил его на двузубую вилку, которая была воткнута в рыбу. Отделил кусок осетра и положил мне в тарелку.
— Ешь, Сашенька. Тебе надо хорошо питаться. За двоих ешь.
— Спасибо, Вася. — Васей я его назвала на автомате. Потом замерла. Взглянула ему в глаза. Они улыбались. Он кивнул.
— Ешь, Саша. Морса налить?
— Да, спасибо.
Василий взял кувшин и налил мне в кубок. Он сидел в своём кресле и смотрел на меня как я ем. При этом улыбался.
— Что ты так улыбаешься? Почему сам не ешь?
— Поем. На меня не обращай внимания. Главное ты ешь. Как осётр?
— Очень вкусно. Спасибо.
— Попробуй перепелов.
— Потом.
Василий налил себе из другого кувшина вина. Взял кубок, хлебнул оттуда.
— Ты почему ничего не ешь? — Спросила его.
— Смотрю как ты ешь.
— А сам? — Князь пожал плечами. — Может я тебя покормлю?
— Покорми. Я буду очень рад.
— Хорошо. Садись рядом. — Василий сел. Я отрезала кусочек от своего, нацепила на вилку и протянула ему. Василий открыл рот. Господи, мне его с ложечки кормить? Вернее, с вилки? Пришлось кормить. Он ел с удовольствием из моих рук. Запивал вином. Его глаза. В них прыгали бесы. Он улыбался и я… Боже, во мне разгоралась страсть. Господи, спаси и помилуй. Я же замужем! Беременная! Сашка остановись! Великий Князь словно читал меня. Сам отстранился.
 
— Благодарствую, Сашенька. Я сыт.
— И тебе спасибо, княже.
— Продолжим разговор? Насчёт Урала?
— Конечно. Скажи, кто из купцов сейчас там на Урале самые активные?
— Строгоновы.
Знакомая фамилия. Всё верно, Строгоновы, они финансировали походы Ермака.
— Василий, почему именно их ты назвал? Что, других нет?
— Есть и другие. Но… Строгоновы купцы Новгородские. В своё время они помогли, внеся выкуп за моего деда. Василия. Которого прозвали ещё Тёмным, ибо его ослепили враги рода моего. Деда взяли в плен татары. А Лука Кузьмич Строгонов дал денег для выкупа моего деда. За это им дана привилегия не платить податей.
— Очень хорошо! Пусть имеет привилегии. Мало того, добавь им.
— Что добавить?
— Привилегий! Но только на Урал. Пускай начнут экспансию на восток!
— Что начнут??? — Князь посмотрел на меня вопросительно.
— Экспансию. То есть натиск на восток.
— А где они возьмут боевые отряды? — Василий смотрел на меня требовательно.
— Нет ничего проще. Казаки. — Сказав это, я замолчала. Василий поморщился. — Чего ты морщишься?
Великий Князь Обошёл стол, сел рядом со мной.
— Саш⁈ Кто они такие, казаки? Ворьё сплошное!
— Пусть ворьё. Но знаешь мудрость? Если не можешь что-то победить, значит возглавь. Что тебя тревожит, Василий? Казаки? Да они воры конченые. Воюют за того, кто больше заплатит. А раз так, значит нужно их подтянуть к себе. Пусть Строгоновы нанимают казаков для войны в Сибири. Это готовые боевые отряды. Помоги только. Оружием, порохом, продовольствием. И они тебе горы свернут!
— Что мне нужно сделать, Саша?
— Поддержать Строгоновых. Дать им порох, пушки и деньги. Государь мой, поверь, это оправдается в десятки и даже в сотни раз.
Он сел в своё кресло. Смотрел на меня, потом сказал:
— Саша, домой езжай. Спасибо тебе за откровенный разговор. Береги, Саша, ребёнка своего.
— Сберегу, Васенька. — Почему я так сказала, сама не поняла. Но мне хотелось, просто быть ему благодарной. Когда выходила из Грановитой палаты, меня перехватили. Мой свёкр, Фёдор Мстиславович.
— Дочка, Сашенька, мы взяли подслуха.
— Кто он?
— Шуйский.
— Кто именно?
— Иван Васильевич по прозвищу Скопа.
— Где он?
— В порубе. Что делать, Саша? Шуйские большой и влиятельный род.
— Плевать какой он влиятельный или нет. Вы выяснили, кто встречается с казанцами?
— Да. Холоп Шуйских.
— Всё понятно. Я хочу переговорить с арестантом.
— А нужно ли?
— Нужно, батюшка.
  
Глава 15
 
О как же хочется поправить.
Залезть на трон, ведь мы же вправе.
И вот ночами точим нож,
Чтобы пронзить государя.
А в Риме папа тоже хочет
Накрыть десницею своей
Москву. И свой алтарь в Кремле поставить.
Но попадет, как жирный кочет
В прованский суп всего верней.
Его умеет Александра
Варить. Она сенсей.
Zay
Я оглядела помещение одного из казематов Кремля, куда меня привёл свёкр. Мрачное, только факела горели, отбрасывая зловещие отблески и сполохи на стены. Это была пыточная. Увидела тут же дыбу, одно из приспособлений для мучения допрашиваемого. На лавке сидел мужчина в богатой одежде. Руки его были связаны. Рядом с князем стояло двое катов, то есть палачей. Увидев нас, Шуйский попытался вскочить. Но его удержал один из тюремщиков, положив руку ему на плечо.