Эльфийские сказки (СИ)

— Не забивай голову, — рассмеялся ему в шею Тарорис, вошел в него до самого конца и заставил громко стонать от счастья парой хорошо рассчитанных и отработанных годами движений.
…
Томми проснулся, как всегда за последние пять лет, резко и… незаметно. День за днем, где бы они ни были, что бы ни происходило, ранним утром бог и господин делал одно и то же. Вот и сегодня, едва предрассветный сумрак комнаты прорезал первый луч солнца, Тарорис соскользнул с постели и подошел к окну. Тонкая, почти прозрачная рука поднялась к стеклу, замерла на мгновение… а затем, следом за пальцем, на нем начала появляться завораживающей красоты древнеэльфийская вязь длинного слова. Томми продал бы душу дьяволу, лишь бы узнать, что оно значит.
Энарисадариэль
Последняя завитушка заняла положенное ей место, солнце взошло, развеивая слово в пыль, а сказочно красивый светлый эльф рухнул на колени, сжимая руками горло.
— Я помню о тебе, мой Темный Принц. Найди меня. Верни!
Мгновение тишины — и волшебный, сломанный, но не сломленный бог расправил плечи, поднял голову к потолку, касаясь серебром волос спины. Поднялся с колен, рассеивая боль и печаль в солнечных лучах, поглощая свет и становясь ослепительно-прекрасным. Томми стиснул кулаки, сдерживая дикое желание слететь с постели и прикоснуться к нему. Почему этот невероятный, добрый и совершенно неправильный эльф выбрал его, обычного человека, себе в любовники? Мало того, держит рядом вот уже пять лет! Тарорис повернулся к нему лицом, и он забыл все, о чем хотел спросить, бросаясь к нему со всех ног.
— Лапа? Проснулся?
— Я люблю вас, мой господин, — выдохнул Томми, обнимая сияющее солнечное чудо обеими руками. — Я сделаю все, чтобы вы были счастливы!
— Я знаю, — улыбнулся Тарорис, укладывая парня на постель.
Выпивая бурлящие эмоции до дна и даря себе еще один день жизни. Заполняя дыру в груди чужими чувствами в надежде, что однажды все изменится.
…
Посланник короля Мирослава был неумолим. В основном, потому что за его спиной стоял отряд из десяти стражников, настроенных весьма решительно. День близился к концу, на горизонте собиралась мрачная туча, грозящая если и не ураганом, то жуткой грозой-то точно, а великий бард Тарорис и его подручный вели себя, как последние ослы, и отказывались от своего шанса обрести бессмертие. Две серые мыши, привыкшие ползать в пыли и больше ни на что не годные. Тьфу! Почему король решил взять к эльфам известного своей непокорностью Тарориса, было совершенно непонятно, но спорить с монархом не посмел никто. Инициатива наказуема, это все знают.
— Господин Тарорис, вам оказана великая честь сопровождать короля Мирослава во дворец Светлого Владыки эльфов Мирадэля. Вы обязаны проследовать с нами немедленно.
— Я не его подданный, так что ничем ему не обязан.
Тарорис стоял на пороге таверны и мучительно соображал, что же ему делать дальше. В Белых Чертогах он не был больше двухсот пятидесяти лет, никто его там не ждал и видеть не хотел. Кроме того, эльфы — не люди, и обмануть их крайне сложно. Человеческий морок, что он носил все это время, не стоит и ломаного гроша, так что для того чтобы остаться человеком, ему придется как следует над ним потрудиться. А надо ли? Какой смысл стараться?
— Вы находитесь в землях Королевства Медина, и если хотите покинуть их в целости и сохранности, вам придется научиться вежливости и уважению.
— Не смей мне угрожать! — прищурился Тарорис.
Черт бы побрал этих людей! За триста лет он понял одно: они не остановятся ни перед чем, лишь бы добиться своего. Тарорис задумался еще сильнее. Однажды ему пришлось умереть, ради того чтобы его оставили в покое. Повторять подобное не было никакого желания. Посланник поежился под пристальным взглядом барда и сменил тактику.
— Господин Тарорис, ну что вы, в самом деле? У Светлого Владыки соберется весь цвет нашей земли. Говорят, там будет даже Карающий Клинок! А вы бард. Разве можно упустить шанс увидеть вживую самое красивое существо в мире?
— Темный Принц будет на свадьбе Светлой принцессы Ринакаэль? — растерялся Тарорис. — Куда катится мир?!
 
— Вот там вы это и выясните, — обрадовался посланник, понимая, что поймал упрямого барда на крючок любопытства. — Едем, господин Тарорис. У нас мало времени. Мы искали вас слишком долго, а потому перехватим короля Мирослава по дороге к Светлому Владыке.
Тарорис прикусил нижнюю губу, потрепал себя за правое ухо и согласился. Он не видел Энарисадариэля слишком давно, и упускать шанс полюбоваться на него, оставаясь в тени, было глупо. Он повернулся к своему верному оруженосцу.
— Томми, лапа моя, ты со мной не поедешь.
— Но… — страшно побледнел парень.
Тарорис глубоко вздохнул и прижал его к себе, проводя пальцами по черным волосам, стирая память, навевая другие сны и накладывая тонкие паутинки удачи и счастья.
— Все у тебя будет хорошо, мой самый лучший помощник.
Томми обнял своего бога и господина изо всех сил… и забыл о нем раз и навсегда. Пыль от копыт лошадей давно осела, туча навалилась на город, а он все стоял на пороге таверны и никак не мог вспомнить, как здесь очутился: один, с приличной суммой денег в кармане, в добротных вещах и без единой мысли в голове.
— Парень, что с тобой?
Низкий завораживающий голос заставил Томми посторониться, но мужчине этого оказалось недостаточно, и на плечо парня легла тяжелая рука.
— Ты слышишь меня?
— Да, суда… — начал говорить Томми, поднял голову и наткнулся на ласковый взгляд карих глаз щегольски одетого парня. — Да, господин.
— Ты, кажется, потерялся?
— Есть немного, — смутился от его откровенного взгляда Томми. Рука незнакомца прошлась по плечу, спине и остановилась на его ягодицах.
— Я начинающий маг, и мне нужен напарник… — парень на секунду замолчал. Сжал ягодицу Томми, заставляя его неровно дышать от хлынувших по коже мурашек, — и партнер.
— Я согласен, — ответил за растерявшегося от такой наглости Томми его рот.
Маг заискрился так, что сомнения в душе бывшего слуги барда Тарориса развеялись, как дым, унося прошлое в далекие нереальные дали и оставляя на память лишь редкие сказочные сны о прекрасном светлом эльфе, который занимался с Томми любовью, но так ни разу и не позволил поцеловать себя в губы.
…
Сказать, что Энарисадариэль извелся, значит, не сказать ничего. Триста лет — немалый срок, а Таркаэль провел его, скрываясь среди людей. Темный навернул круг по большой, заросшей травой поляне. Ревность и ярость снова расправили крылья в его душе, загоняя нежность и любовь на самое дно. Он бы закрыл глаза на любовников Таро, если бы не одно но: все они были людьми. Санидариэль, верный помощник и правая рука Темного Принца вот уже сто пятьдесят лет, принес ему эту новость неделю назад, а он все никак не мог успокоиться. Если бы Таркаэль попался ему на глаза в день, когда Энарисадариэль об этом узнал, беды было бы не миновать. Впрочем, принц не был уверен в том, что сможет удержать себя в руках и не разорвет свое маленькое светлое чудовище в клочья.
— Чертов бастард! Все у тебя не так, как положено! Ни гордости, ни чести, ни самоуважения, ни вкуса. Не эльф, а хрен знает что! Люди отвратительны, как можно с ними спать? — ворчал Энарисадариэль себе под нос, не в силах сдержать раздражение. — Ну, ты у меня получишь, маленький поганец.
— Мой принц! Они едут.
Шепот Санидариэля привел кипящего негодованием дроу в чувство. Он глубоко вздохнул, кинул последний взгляд на вроде бы пустую поляну, на самом деле полную спрятавшихся темных, и отступил в тень ближайшего дерева, сливаясь с ним и ненадолго становясь его частью. Итак, время для главной интриги Темного Принца Энарисадариэля пришло. Месть — это блюдо, которое подают холодным, не так ли? Четверть тысячелетия — достаточно долгий срок, чтобы просчитать все до мелочей.
Темный Принц мысленно усмехнулся. Лиакаэль хотела разделаться его руками со своим давним рабом королем Мирославом, покрывающим грязные делишки Лиакадириэля, но с некоторых пор обнаглевшим и почти вышедшим из-под контроля? Не вопрос. Чего не сделаешь для жены! А точнее, для своего народа. Репутация Темных эльфов должна оставаться на высоте, что бы ни вытворяли отдельные их представители. Свидетели преступлений долго не живут, как бы высоко не сидели. Кроме того, заставить короля Мирослава включить в свою свиту великого барда Тарориса не составило для Санидариэля никакого труда. Как и отправить кортеж монарха во владения Светлого Владыки эльфов нужной дорогой.