Буйный рост (СИ)

Орков мы тогда освободили, дед меня вылечил, но устроил мне ТАКУЮ головомойку, что даже спустя три года у меня голова начинает болеть, когда я вспоминаю тот момент.
Так мы и путешествовали, уничтожая лагеря и шайки бандитов, а так же освобождая тех разумных, что должны были стать рабами. Учитель просветил меня и по этому самому рабству.
Оказывается, если стерпеть боль, что без подготовки невозможно, ошейник можно порвать, сам по себе он не особо крепкий, обычная кожа. Правда был у полного рабства и изъян. Оно накладывалось максимум на пять лет. После истечения срока, ритуал нужно было проводить заново. А как я узнал, требуемые ингредиенты довольно дороги, чем дольше единовременный контракт, тем дороже ритуал. Причём дороже он выходил даже чем два ритуала, один на четыре года, один на год. Как правило, больше года заказывали те, кто не хотел заморачиваться каждый год или те, у кого несколько лет может не быть доступа к ритуалистам.
— Раз ты у нас весь заточен на ближний бой, я научу тебя бою без оружия. Бывает и такое.
— У кабацкой драки есть особые приёмы?!
— Что-то вроде того. — Хмыкнул наставник.
Как я ошибался! У безоружного боя была своя техника, позволявшая убивать противника быстро и эффективно. Дед, знавший и обучавший меня ей, само собой знал, как противостоять этому не побоюсь сказать искусству. Но когда через год, я ворвался со спины в четырёх молодых эльфов издевавшихся над заплутавшими путниками, эльфы успели только удивиться, и то только последние двое.
Первых, стоявших чуть позади, на корточках, я страстно обнял, они не выдержали моей пылкой страсти и упали со сломанными шеями. На шорох упавших тел, обратили внимание другая парочка, слишком увлекшаяся пытками. Первый, кто хотел встать, упал со сломанной гортанью, а второй начал мне угрожать. В его глазах читался страх, он всё болтал и болтал, так что я засунул всю свою кисть ему в глотку и не вынимал её, пока тот не задохнулся.
Путники смотрели на меня с ещё большим ужасом, чем на своих мучителей.
— Ну чего вытаращились, мотайте отсюда, пока ещё один патруль не появился.
Вот тут их проняло, они встали, поклонились и побежали в сторону, откуда пришли.
— Эй грибнички! Правее, а то нарвётесь на ловушки и навсегда останетесь в этом лесу!
Эти горемыки аж споткнувшись. Встали, снова поклонились и побежали уже куда надо.
Я недоумевал, почему рукопашному бою, не обучают, с его-то эффективностью!
— Деда, почему же безоружному бою не учат?
— Забыли уже давно, что это такое. Зачем упорно тренироваться, готовить своё тело, когда можно взять острую железку. Ты вот осваиваешь многое очень быстро, потому что у тебя очень хорошо подготовленное тело. Да и против доспехов рукопашный бой не лучший выбор.
Позже, на основе показанного дедом плетения скальпель воды, для хирургических операций, я разработал плетение охватывающее кулак или ногу, в зависимости от того чем я бил. В отличие от скальпеля, маленькое, практически невидимое лезвие было не просто сжатой под большим давлением кромкой воды, оно у меня ещё и вращалось, поглощаясь с одной стороны астральным телом и выходя наружу из него же. По сути, это были несколько маленьких плетений, что шли один за другим, переходя из резерва в реальность.
Воспоминания об обучении у предка, проплыли в памяти. Я развернулся и начал своё шествие домой, надо бы успеть дойти до начала осени, чтоб увидеться с братом и сестричкой. Соскучился я по ним, да чего уж там, по всем соскучился. Отметить свои двенадцать лет я хочу в кругу близких людей.
Для разнообразия, решил прогуляться вдоль тракта, расслабился. Забыл что между Милосом и Шаротом назревает конфликт.
— Шеф, глянь какой экземпляр! — Выкрикнул какой-то недоумок с выпученными глазами и начавший заряжать арбалет, как и его дружок справа.
Ну надо же было чтоб на перекрёстке, мой путь и путь этих торговцев разумными пересёкся. Я как раз подходил к развилке, когда эта компания выехала из-за деревьев.
— Ты не пужайся паренёк, мы просто потолкуем за жизнь! — заявил второй недоумок заряжающий арбалет и заржал.
 
С таким, я сталкивался за эти три года не раз. Более того, именно таких вот ребятуль мы с дедом и выслеживали, а тут вот они, сами явились.
Пара пеших арбалетчиков, следовали за телегой, в которой виднелись ушки трёх зверолюдей, вроде волк и две маленькие волчицы, его дочери скорее всего.
Вместе с ними, в самой телеге находился разбойничек с коротким мечом в руке. Возница тоже был вооружён, а рядом с ним ехал главарь этой шайки. Единственный, кто был в кожаной лёгкой броне. Его левый глаз был перетянут повязкой, а левая рука покоилась на перевязи.
Я с лёгкостью мог бы просто сбежать, но пришлось бы бросить зверолюдей на волю судьбы. По опыту, я знал, у этой шайки должен быть где-то лагерь, а там возможно ещё рабы, которых охраняют работорговцы. Так что я просто стоял и смотрел на этих смертников.
— Странный ты паренёк, даже убежать не пытаешься. — сказал главарь. — У меня сегодня хорошее настроение, иди своей дорогой.
— Шеф, как можно, ты глянь он в отличной форме, за него немало дадут!
— Ану цыц! Я пока ещё ваш главарь! Вот приедем в лагерь, там изберёте нового, а до тех пор моё желание для вас закон! Или хотите закончить как Миран?
Возничий достаёт из-за спины нож и бьёт главарю в шею, но тот боец совершенно другого уровня. Он выхватывает меч, отбивает удар, нож падает в паре метров левее меня. Обратным движением главарь сносит голову вознице, но охранник пленных, втыкает тому меч в спину, главарь выгибается и падает в телегу на охранника.
Я перехожу в боевой транс, взгляд мудреца на главаря. Левое плечо сильно ранено, глаз отсутствует, но сердце не задето, меч прошёл почти в сантиметре от него. Замечаю как пара организмов, почти зарядивших арбалеты, начинают суетиться, а это нисколько не ускоряет процесс.
Ныряю в сторону ножа, кувырок и я за телегой, рывок к задней части и вот мой нож уже в горле более спокойного арбалетчика. Паникёр вздрагивает, когда из горла его дружка вырывается кровь, тетива соскальзывает из его рук.
Ещё один рывок, уже к паникёру, тот вынимает из ножен свой короткий меч, но я уже рядом, моя ладонь окутывается синим мерцанием и ублюдок обделавшись, падает на землю с дырой на месте сердца. Рвусь к последнему ловцу разумных, тот наконец-то выбрался из-под главаря и теперь его выворачивает. Да уж, обезглавливание зрелище не для слабонервных, хотя зверолюди держаться.
Раз он так удобно свесился над левой частью телеги, я просто подхожу и так же, ладонью отрываю голову от тела.
Заняло всё чуть больше двух минут. Девочек всё-таки проняло, и они теперь в позе оратора ревущего с трибуны на слушателей, сгибаются на другой стороне телеги.
— Ну что горемыки, будем знакомиться? — Обращаюсь я к старшему, бросив тому нож, а сам тем временем перебинтовываю главаря, предварительно обработав рану мазью для заживления.
  
Интерлюдия 3
 
Жизнь кончена. Это же надо было так глупо попасться! Ори, прости меня, не уберёг я девочек.
В землях зверолюдей так и не наступило порядка. После самого переворота вроде как начало всё стабилизироваться, но продлилось это не долго. А после, всё завертелось вновь, далеко не все поддержали новую власть.
Роналу, предлагали бежать. Его родители умерли, и его дядя заботился о нём с десяти лет. Он научил его своему ремеслу, кожевничеству. У него самого была дочь, которая не хотела идти по стопам отца, так Ронал и стал приемником своего дяди.
Именно он и предлагал ему сбежать с ним и с семьёй дочери, но у Ронала уже была своя семья. Его жена была убита во время первого восстания, а девочкам было только двенадцать и тринадцать лет. Они ещё не могли воплощаться в звериную ипостась, поэтому он отказался бежать пока они не смогут это делать. Звероволки, обретают способность превращаться в зверя только в четырнадцать.