Зимняя сказка (СИ)

– Сама готовила ему шоколад?.. Ладно, я почти всё понял. Потом вмешалась нянька. Гм… Итак, вы прогуливались по ночам, принц был сама скромность и ничего себе не позволял. И Ригана вы встретили где-то в городе, случайно. Интересная жизнь у здешних принцев, где только по ночам не ошиваются. Мне теперь интересно, чем здесь занимается мой собственный сын… – пробормотал князь, искоса глянув на дочь.
Илайна невинно смотрела в пол.
– Уверена, отец, ничего предосудительного. Даже если мой брат тоже ходит на каток, как Трой… принц Тайрен, я не понимаю, что ужасного может быть в катании на коньках?
– На коньках. Ну да… – кивнул князь. – Ты решительно отказала Ригану. Ты встретила его во время ваших невинных прогулок, когда Тайрен ничего себе не позволял. Или позволил? Точнее, ты ему позволила, какой-нибудь поцелуй мимоходом, но Риган это видел и тебе стало неловко выходить за него замуж?
Князь был человеком опытным и проницательным.
Илайне не стала ни отрицать, ни соглашаться. Собственно, князь этого и не ждал.
– Я люблю Троя, отец, – сказала Илайна решительно. – Точнее, принца Тайрена. Я ни за кого больше не хочу замуж, тем более за его брата, хотя и не знала этого до вчерашнего дня. Я даже не помышляю выйти за Тайрена. И вообще, никогда больше не хочу его видеть!
– Тебе придется с ним встретиться, и не раз. Днем. Надеюсь, это поможет ему образумиться. Думаю, его семья тоже постарается. Следует исправить последствия твоей шалости. Тебя будут хорошо охранять, и ты не выйдешь ночью даже из своей комнаты, ни то что из дома. Поняла? А твой союз с Риганом… Что ж, поглядим.
Илайна всё поняла. А князь, конечно, высказал не все свои надежды. Главную его надежду породила нянька-фея. Князь точно будет рад, если Тайрен образумится и всё-таки женится на Сурии. Или даже не женится – это немного хуже. Но если принц каким-то невероятным образом поспособствует снятию с Илайны проклятья, то князю, да простит его Пламя и кандрийский король…
Короче говоря – тогда пусть Тайрен безумствует сколько ему угодно!
Но говорить это Илайне он уже не стал. 
Для Тайрена Крансарта всё было сложнее. Ему предстояло объясниться с родителями и с прочими персонами, ничего никому не объясняя. Точнее, он не имел возможности сказать правду, фея его очень убедительно об этом предупредила. Придётся лгать, что-то придумывать? Скорее всего. И если правду поначалу восприняли бы с недоверием, но хотя бы поняли, то придумать такую ложь, которой поверят без вопросов?..
Первой принца встретила матушка, королева Камилла. Кандрийская королева мигренями не страдала, поэтому была на ногах и в бодром настроении, при этом рассержена и жаждала объяснений.
– Как это называется, Тайрен? – начала она с места в карьер. – Ты решил подвести и семью, и всю Кандрию?
– Доброе утро, мама. Почему ты не отдыхаешь после бала?
– Не заговаривай мне зубы, дорогой мой! Ты публично отверг невесту, которую мы, можно сказать, уже приняли в семью!
– Я не делал публичных заявлений, мама. Я поговорил с леди Сурией тихо и деликатно.
– Тайрен!! – королева кипела от негодования.
– Мама. Я хочу отдохнуть, а потом подумать.
– Подумать, как вернуть невесту? Я удивлюсь, если у тебя что-то получится! Ты оскорбил синбарцев, ты насмешил весь двор и наших иностранных гостей. Девушка от отчаяния стала принимать ухаживания какого-то мукарранца. Кстати, её поведение меня задело, конечно! Но теперь нам придется всей семьей собраться и решить, как исправлять ситуацию. Я объясню тебе, что ты должен делать. Это тот случай, когда мне, как женщине и матери, проще понять ситуацию…
– Никого он не насмешил, должен заметить, – это, оказывается, подошёл король. – Думаю, никто и не подумал, что это смешно. Князь сам виноват, он наверняка знал, какое впечатление производит на мужчин его незаконная дочь.
– Что ты говоришь, дорогой?! – королева подозрительно посмотрела на супруга.
– Ты не видела? Вся мужская часть двора сошла с ума, кроме особ, которые уже давно не танцуют, и у тех наверняка голова закружилась. Никто не замечал своих дам, все смотрели на леди Линн. Верно Тайрен?
 
– Я ничего такого не увидела. Конечно, очень красивая девочка… – дернула плечами королева.
– Ты и не мужчина. Так что поверь на слово. Я сына ни в чём не обвиняю, во всяком случае. Поговорим с князем, всё уладим. Это в его интересах. Думаю, он объяснится и принесет извинения. За испорченный бал, вот именно. Можешь рассчитывать на что-нибудь драгоценное, моя дорогая. Почти уверен, – король шутил, но ведь в каждой шутке, как говорится, только доля шутки.
– Я не мужчина? Конечно, – королева подобралась и стала похожа на рассерженную кошку. – Ты хочешь сказать, дорогой, что это тебе так понравилась эта незаконнорожденная леди?
– Понравилась, – заверил король. – Я-то мужчина. Она всем понравилась. О чем я толкую, дорогая? Может, князь тайком водит знакомство с феями? Н-да…
– Что вы такое говорите, ваше величество? – теперь королева сверкнула глазами. – При сыне?!
– Так и сын мужчина. Жениться вот собрался. Не волнуйтесь, ваше величество. Мы всё уладим, уверяю вас… Дорогая моя… – он погладил жену по руке, и в его голосе тоже прорезались кошачьи нотки, только не злые.
Принц улыбнулся. Отец помог, буря пронеслась мимо. Сейчас мать последний раз фыркнет, потом тоже начнёт улыбаться, и можно будет спокойно обсудить проблему. Только лучше всё-таки не сейчас. Лучше сначала, как он и сказал – отдохнуть и подумать. 
– Никто и не заметил внимания леди Сурии к этому мукарранцу, – мирно напомнил король. – Подарил ей цветочек, очень мило.
– Эдельвейс? – улыбнулся Тайрен. – По горскому обычаю это серьезней любой помолвки. Это больше, чем просто согласие на брак. Никто не посватает девушку, которая приняла эдельвейс из рук мужчины – брак с другим не будет счастливым. Мне придётся убить княжича Фаррина? Кстати, он много лет влюблён в Сурию и добивается её в жёны. И ещё, нельзя взять эдельвейс из рук того, к кому нет ни единой искры любви в сердце. Или нельзя не взять, если есть искра… простите, я запутался.
– Что ты такое говоришь?! – спохватилась королева.
– В сердце Сурии есть любовь к Фаррину, – не стал усложнять Тайрен. – Она взяла у него эдельвейс и теперь его невеста. Да, мама, я наводил справки. И про эдельвейс, и про Фаррина. Сын князя, древний знатный род, за Сурию можно не волноваться. Я ей совсем не нравлюсь, она просто привыкла к мысли, что ей надо выйти за меня замуж. Она мне, уж простите, как невеста тоже не нравится. Я на ней женился бы лишь потому, что вы так решили, а мне все равно придётся жениться …
– Тайрен! – простонала королева.
– Гм, – сказал король.
– Я хочу жениться на княжне Илайне, я люблю её, – признался Тайрен почти незаметно для себя самого.
Вот вырвалось! Бездумно, хотя правдиво. Но не так надо было это преподнести родителям. Как – кто знает, но по-другому.
И потому что всё-таки надо было поспать и подумать.
Король даже не стал ничего уточнять. Он переглянулся с королевой, и взгляды обоих стали одинаково тревожными.
– Позовите дежурного колдуна, срочно, – кликнул король в приоткрытую дверь. – И лекаря! И пошлите за главным колдуном и за лордом-тайником!
– Отец, нет! – воскликнул Тайрен, – не надо никого, давай просто поговорим!
– Его надо срочно обследовать на предмет колдовских воздействий, – сказал король королеве и горестно взглянул на сына. – Да, срочно. Похоже, все серьезно.
Если король считает, что «всё серьезно», то споры вообще не уместны. Нужные люди собрались немедленно и пару часов потратили на то, чтобы самым внимательным образом изучить состояние принца. Ничего колдовского и зловредного не нашли, но у главного колдуна остались сомнения. Сомнения главного колдуна подкрепили сомнения короля, и принцу Тайрену было приказано не покидать своих покоев до дальнейшего выяснения ситуации.