Научись любить, если сможешь (СИ)

С тяжелым грузом на сердце оставил дочь на Нюту Бессонову и поехал обратно домой.
Я не знал, о чем могу еще говорить с Олесей, просто хотел, чтобы она поскорее исчезла из моей жизни. Видеть ее сейчас просто на уровне смерти. На надо расставить все точки. Тем более у нас дочь, и я ни за что не оставлю ее с женой. Готов зубами перегрызть за Юлю.
Еще с утра Леся была центром моего мира, вселенной, женщиной, которую я любил до дрожи в коленках, и та, ради которой я мог бы все и стремился к этому. Жаль и даже смешно, что это было лишь с моей стороны.
Дурак я.
– Сука! – врезал кулак в баранку руля. – Какая же ты сука! – откинулся на подголовник сидения и просто рычал медведем сквозь стиснутые зубы. Сердце обливалось черной кровью, грудь горела, а сам я, казалось, задыхался.
Еще минут десять сидел под окнами нашего дома и не мог найти в себе сил, подняться в квартиру. Потом вышел, но до последнего надеялся, что зайду, а Леси уже нет, что она просто собрала свои вещи и исчезла раз и навсегда. Но нет.
– Миша, давай поговорим серьезно, у нас же семья, – произнесла она немного обеспокоенным тоном.
– Мы будем разводиться, дочь остается со мной.
– Миша! Остановись! – закричала она.
– Что ты можешь такого мне сказать, чтобы я передумал? Вот что?
Она мялась, не зная, как вывалить на меня вторую партию информационной отравы.
– Я пошла на это только ради денег. Ты же знаешь, я люблю тебя, но… но я хочу жить здесь и сейчас! Не перебиваться с копейки на копейку. И эта работа может это дать, там, правда, хорошие деньги. Я не сплю ни с кем, это просто виртуал.
– Блять, ты себя вообще слышишь? Леся, очнись! Кажется, меня снова начинает тошнить, и все из-за той помойки, что летит из твоего рта. Возможно, я не миллиардер, Лесь, но прошу заметить, мы, блять, не бомжуем у вокзала, чтобы у тебя была острая необходимость заниматься… этим дерьмом. Квартира в новостройке, в которой ты мечтала и хотела жить. Отдых в Европу, Азию, один-два раза год. Машину просила, пожалуйста, я вывернулся, но она у тебя появилась, уж прости, что в кредит и не БМВ последней модели, конечно. Что мне еще надо было сделать, почку продать, алчная ты мразь?! Что?
Олеся вдруг подтянулась вся, набрала полную грудь воздуха и на выдохе окончательно вынесла мне душу, добила, размозжила в фарш для сочного бифштекса.
– Мне предлагают поехать в Дубай, работать моделью, – опустила свои бессовестные глаза в пол, теребя краешек футболки. – Я могу заработать приличную сумму, на которую потом открою свой собственный бизнес: студию красоты, например.
– Моделью? Ты не оговорилась? Мне просто послышалось эскортницей.
Олеся закусила губу, из которой тут же выделилась капля крови. Мы стояли молча. Я смотрел на нее, а она не поднимала глаз выше пояса. Казалось, что передо мной находится совершенно незнакомая мне, чужая женщина. Да и сам я в тот момент казался себе кем-то другим, инопланетянином с чужой планеты, который, не может принять новый мир, в который попал.
– Так все же? Ты любишь меня, и прости, пойми меня, Миша или я еду в Дубай? Что в приоритете? Я запутался в тебе, Лесь, – произнес я устало и сложил руки на груди.
И снова тишина. Я терпеливо ждал, контрольного в голову.
– Я бы хотела улететь, если потеряю этот шанс, то никогда себя не прощу, – она все-таки сказала это. Сказала, Карл!
– А Юля? Что насчет дочери? – я посмотрел на нее глазами, в которых не было ничего кроме застывшего льда. Вечная мерзлота. Безжизненная и пустая. Я мертв душой.
– Миша, ты хороший отец, – выдавила Олеся с запинкой. – Я буду высылать деньги.
– Хах! Засунь свои бумажки в свою дырку, да поглубже! – хотелось схватить ее за волосы и зарядить со всей силы об стену, чтобы в себя пришла или уже заткнулась навсегда. – Все, я тебя понял, убирайся! Я позвоню по поводу развода. Сообщу, когда и что. Даже не думай не явиться, достану тебя из-под земли, но ты распишешься в сраных бумажках о разводе. И главное, после всего, что сегодня я узнал и услышал от тебя, даже не смей заявлять какие-либо права на ребенка!
  
– Но это и моя квартира, – вылетело из ее рта.
Квартира! Ее первым делом волновала квартира, а не собственная дочь!
Я бросил на Лесю уничтожающий взгляд, а потом понял одно: а я ведь больше не смогу здесь находиться ни дня. Меня буквально выворачивало от своего же дома.
– Пополам будем пилить. Пока можешь оставаться здесь. Завтра свяжусь с риелтором и будем решать вопрос о продаже.
В тот вечер я больше не произнес ни слова. Собрал кое-какие свои и Юлькины вещи, свалил в закат.
Позже благодаря Артуру я узнал много интересных подробностей о тайной жизни своей жены. Сайты, услуги… В общем, грязно, пошло, а главное, все у меня под носом. Все это невзирая на маленькую дочь, что никак не укладывалось у меня в голове.
Через несколько месяцев мы развелись, все имущество разделили четко пополам. Так проще, так быстрее...
Самое поганое, что за все время, за все эти месяцы, Олеся ни словом, ни намеком, ничем не выявила желание увидеть своего единственного ребенка. Юля тупо оказалась ей не нужна.
Лишь спустя две недели после получения документов о разводе, мне позвонили с неизвестного номера. Это была она, моя, уже бывшая жена.
– Да, – ответил я сухо. – Слушаю.
– Миша, привет, это Олеся, – мне показалось, она выпившая и плакала. – Мне жаль, что так вышло. Я правда тебя любила…
– Но деньги ты любишь больше.
– Я уверена, ты справишься и вырастишь прекрасную дочь.
– Даже не сомневайся, – утвердительно ответил я. – Надеюсь, это наш последний разговор, и предупреждаю, не вздумай появиться спустя время в нашей жизни. Живи теперь свою.
– Да, Миш…
Повисла тишина, я мысленно успел отсчитать десять секунд, а затем Леся отключила звонок и исчезла на несколько лет.
Так какого же хрена, ОНА явилась сейчас?
  
Глава 43
 
Миша
С горем пополам заканчиваю работу, забираю досье на Мурашку и рву к машине. Папка летит на заднее сидение. Зажигание, ручник, скорость, стартую. Домой добираюсь в рекордно короткие сроки. И только когда захожу в квартиру и вижу своего довольного ребенка, который играет с няней, немного успокаиваюсь.
Олеся не знает наш новый адрес. Да и плевать ей. Уверен, зря кипишую. Но все же…
– Привет всем! – натягиваю маску счастливого. – Как день прошел?
– Папа! Привет! – несется на меня маленький танк. – Отлично! Зоя мне вот что подарила! – Юля показывает билеты в “Цирк на воде”.
– Ух ты! А когда? – улыбаюсь и смотрю дату. В это воскресенье.
– Миш, ты же не против? Это мне сын сегодня передал, он с семьей не сможет пойти, мой внук простудился.
– Еще бы я был против, спасибо сыну передавайте. Может, я деньги вам переведу за билеты?
– Обижаешь! Никаких денег мне не надо от тебя. Лучше сходите, чтобы билеты не пропали зря. И Ларису с собой зовите, – подмигивает она. – Билета-то три.
– Пап? Звони ей! – тут же секотит* дочь.
– Позвоню, позвоню. Юлек, можешь поиграть немножко? Мне надо поговорить с Зоей Николаевной на взрослые темы.
Дочь надувает свои щечки, но покорно бредет к своим игрушкам.
– Зоя Николаевна, я хотел попросить вас, когда меня нет, пожалуйста, не открывайте никому дверь и если увидите эту женщину, – показываю на экране телефона фото бывшей жены. – не разговаривайте с ней и сразу уводите дочь.
Женщина внимательно сканирует фото, затем кивает и смотрит на меня из-под очков.