РЭволюция Генома (СИ)

Поэтому война продолжалась тайно. Доминаторы и мафиози будут продолжать попытки ликвидировать меня и захватить Концерн. А нам нужно было нанести мафии такой урон, чтобы они отказались от своих планов по захвату наших активов и нейтрализовать деятельность Доминаторов в стране. Лично мне при этом очень желательно остаться в живых. Знаете ли, мало радости становиться героиней, к тому же героиней мёртвой. Меры безопасности Джейкоб теперь предпринимал беспрецедентные, меня охраняли почти как президента Америки. В особняке добраться до меня теперь было почти невозможно, но и я не могла носа из дома высунуть.
Долго так продолжаться не могло. Нужно было действовать против мафии их же методами и желательно чужими руками. Короче, нам позарез требовались союзники, которые не были связаны с сообществом «обычных людей» и не будут привлекать к нам излишнее внимание. Союзник криминальные. Безжалостные, беспринципные и готовые на всё. То есть такие же, как враждующая с нами мафия.
Только вот выбор был, прямо скажем, небольшой. Из структур способных противостоять мафии в нашем регионе имелось всего две организации: мексиканские наркокартели и китайские триады. И оба варианта, так себе.
Наркокартели. Зловещие и таинственные. Скорее это легенды. Может в Мексике они и являются вторым государством или даже правят страной, может они там хорошо организованы и дисциплинированы. Не знаю. Здесь в Америке это просто банды беспредельщиков. Они умеют только убивать. Убивать тихо, распространяя свою наркотическую заразу. Или убивать громко, показательно и необыкновенно жестоко, убивая всякого, кто встанет на их пути. Но тонкая организация деятельности, планирование, долговременные операции и совместные действия, это не их конёк. Их можно привлекать только к разовым акциям, когда нужно кого-то бездумно уничтожить, с шумом и многочисленными жертвами. Скорее их следует рассматривать как стихийное бедствие, которое можно обрушить на головы неосторожных противников. Для долговременного сотрудничества они не годятся. Да и сам их вид бизнеса, построенный на наркотиках, делал сотрудничество с ними для нас нежелательным. Конечно, мы планировали нанимать этих отморозков для отдельных акций, но в целом это не тот вариант, который мог нам существенно помочь в борьбе с итальянской мафией.
Китайцы. Бесстрастные жёлтые лица, равнодушно взирающие на окружающих с высоты мудрости тысячелетней истории. Триады хорошо организованы, но почти незаметны в повседневной жизни Америки. Кажется, что они не относятся к самым влиятельным преступным сообществам Америки, но это не так. Фактически они занимают второе место в преступной иерархии после Коза Ностры. Основной вид их бизнеса особо чистый, так называемый «белый» героин и незаконная торговля людьми, построенная на ввозе в Штаты нелегальных эмигрантов. Они предпочитают действовать тайно, не привлекая к себе внимания. Способны на тщательное планирование и проведение долгосрочных операций. В войне с итальянской мафией они могли бы быть отличными союзниками.
Но есть две проблемы. Никто не может знать, о чём думает китаец. Их логика непостижима для европейцев. Им нельзя доверять. Вторая причина — национализм. Они сверхпатриоты и любой китаец ставит на первое место интересы своей страны. Поэтому представители триад наверняка связаны с китайской разведкой, что делает союз с ними крайне проблематичным.
Короче, оба варианта полное дерьмо. Что мексиканцы, что китаёзы. Но нам не приходится выбирать. Поэтому Джейкоб усиленно ведёт переговоры и с теми и с другими. Не знаю, что из этого выйдет. Думаю, что ничего хорошего.
Но и это ещё не всё. Джейкоб убедил меня ввязаться в ещё одну авантюру. А может быть, это я сама хотела в неё ввязаться. Видимо, что-то во мне безвозвратно поменялось. Я становлюсь циничной. Или может быть просто взрослею. Такое позднее резкое взросление. О чём это я? Ах да. Осенью состоятся выборы губернатора штата, и кузен убедил меня выдвинуть свою кандидатуру. Чистое безумие. В отличие от наших русских собратьев, которые выбрали формой организации «обычных людей», формат политической партии мы так и продолжали оставаться тайным обществом. А в Америке из-за разногласий моего отца с семьёй даже не функционировала централизованная организация людей со сверхспособностями. Ну так или иначе, партии у нас не было. И выдвигаться мне предстояло в качестве независимого кандидата. Как проводить предвыборную кампанию, требующую публичности и общения с людьми, в условиях постоянной угрозы со стороны мафии и Доминаторов, было пока абсолютно непонятно.
 
А война явно принимала затяжной характер. Проводить громкие акции и нападения большими силами теперь стало проблематично для обеих сторон. Брайан Флетчер и его люди больше не могли действовать с прежним размахом и творить любые безобразия, пользуясь покровительством властей. После последних событий и того, что Джейкоб подключил все связи в ФБР, ЦРУ, АНБ и Министерстве обороны все властные структуры, начиная с города и кончая штатом, перетряхнули до основания. Поменяли всю полицейскую верхушку. Прокуроры Округа и Штата сохранили свои должности, но имели крупные неприятности. Получили своё и мэр, и губернатор Штата. Поэтому теперь власти всех уровней не поддерживали Брайана Флетчера. Но и мы вряд ли могли рассчитывать на серьёзную поддержку с их стороны. Их позицию можно было обозначить, как нейтралитет. Поэтому противостояние между нами перешло в скрытый режим. Оно не стало от этого менее жестоким, но обе стороны старались избегать огласки.
Поместье, где мы теперь располагались, было защищено по высшему классу и теперь ни мафия, ни Доминатроы не могли рассчитывать на успех при прямой атаке. Попытки тайного проникновения с большой долей вероятности также были обречены на неудачу. Это, конечно, не значило, что они не попытаются. Просто было маловероятно, что такие действия увенчаются успехом, и мы были к этому готовы. Объекты Концерна как производственные, так и офисные объединёнными усилиями Службы безопасности Концерна, охранного агентства «Магнум» и ЧВК «Коммандос», также были надёжно защищены. Не менее тщательно охранялись и все перевозки сырья и продукции. Несколько попыток нападения, предпринятые, нанятыми итальянцами бандами, были успешно пресечены.
Поэтому мафиози перешли к своей обычной, отработанной десятилетиями тактике, к сожалению, довольно успешной. Тактике индивидуального террора. Основной целью они сделали высокопоставленных служащих Концерна, ведущих специалистов научно-технических и инженерных подразделений и ключевых финансовых работников. Мы не могли приставить охрану к каждому сотруднику. Не могли держать их взаперти на объектах Концерна, кроме того, у всех у них были семьи. Угрозы убийства, похищения, ежедневное запугивание, всё это давало свои плоды. Люди увольнялись, нервничали, не могли эффективно работать. И противоядия такой тактике пока не находилось.
Мы, конечно, тоже не бездействовали. Люди Джейкоба, в отличие от итальянцев, имели выходы на источники информации в ФБР и ЦРУ. А их агентура располагала очень интересными сведениями. Например, о каналах мафии, по которым шли поставки наркотиков и оружия. А также о местах расположения складов и перевалочных баз.
Между мексиканскими наркокартелями и итальянцами и раньше существовали трения в вопросах контроля над рынком наркотиков, теперь же мы усугубили этот конфликт. Мы передавали мексиканцам сведения о партиях груза, путях следования и складах. Боевые группы наркокартелей перехватывали эти грузы, да ещё и мы им неплохо приплачивали за содействие. Конечно, это были разовые акции, с разными группировками, но их было много и урон, который несли итальянцы, был значительным и быстро нарастал.
Примерно та же схема работала и с каналами торговлей оружием, которой промышляла мафия. Причём в захвате партий современного оружия мексиканцы были кровно заинтересованы, так как, в бесконечных кровопролитных войнах, которые вели между собой конкурирующие наркокартели, оружия им вечно не хватало.