В жены поневоле (СИ)

Блондинка была явно ошарашена моим поведением, и это дало нужный эффект. Она сдалась и отступила в сторону.
- Пять минут. Пока главный врач не видит.
- Спасибо.
Лечу к палате, в которую вхожу почти бесшумно. Охранник остался за дверью.
Он не спал. Выглядел неплохо. Точно лучше чем вчера.
- Ульяна… - Кирилл пытается лечь повыше, а я поспешила достать из шкафа еще одну подушку и подложить ему под голову. – Да, так лучше…
- Как ты? – сажусь рядом на стул и беру его за руку. – Медсестра сказала, что ты вставал.
- Да…
- Зачем? Чтобы хуже себе сделать? Мне ты тоже этим хуже делаешь.
- Нужно было. Я достал телефон и кое-кому позвонил. Никто об этом не знает.
Кирилл говорил очень тихо, чтобы охранник не услышал.
- Что?.. Максиму?
- На какой черт он мне сдался, - процедил Кирилл. – Он бы послал меня…
- Меня он уже послал. Я пыталась с ним поговорить.
- Не надо было, Ульяна… - простонал Кирилл. – Ну ладно, не переживай. Неважно уже это. Я придумал, как нас вытащить. Нашел кое-кого, кому мы можем доверять.
- Что?.. Правда?
- Завтра попросись в это же время тебя привезти. Нас обоих заберут.
- Но ты ранен…
- Да не настолько я ранен, Уль. Поправлюсь. Только не здесь. Я заметил, что…
- Что ты заметил?
- Они дают мне какое-то дерьмо, от которого я постоянно в сонном состоянии. Слабый. Сегодня я их обманул и, как видишь, уже совсем в другом состоянии.
- Они что… травили тебя? – мои голос дрожит, когда я спрашиваю очевидное.
Твари! Нелюди!
- Без понятия. Но они делают все, чтобы я подальше находился вне сознания.
Да, он прав. Нам надо выбираться. Но…
- Так мы сбежим?..
- Ну да.
- А как же… твой брат? Твой отец может разозлиться и…
- Что-то сделать Наде? А как меня должно это волновать, когда родной брат трижды плевал мне в лицо? Меня не волнует. Папашка сказал заботиться ему о том, чтобы все прошло гладко, а он с этим не справится. И мне плевать. Я буду защищать только свою семью.
Кирилл сильнее сжимает мою руку, и я полностью принимаю его решение.
Все верно. Мы должны думать о себе. О нашей дочке в первую очередь. Мы не можем быть в безопасности рядом с этими людьми. А Максим, он… Он даже не выслушал меня. Почему мы тогда должны думать о его жизненной ситуации?..
- Что я должна делать, Кирилл?
- Ничего. Просто приезжай сюда завтра в это же время. Нас вытащат.
- Но кому ты позвонил? Ты что, номера какие-то помнил?
Вот я ни один не помню из своих контактов.
- Смешно, но… один номер я помнил наизусть. Кроме того, я не мог позвонить друзьям. Я… никому не доверяю теперь. Отец мог их всех купить, притом очень дорого. Но есть один незаинтересованный человек, который, я думал, точно может мне помочь. И я не прогадал.
- И кто это?
- Твой помощник из клуба.
- Этот… как его…
- Стальнов. Я помнил номер его клуба. Он очень запоминающий. Одни четверки почти.
- И что, он возьмет больницу штурмом? Он бандит, что ли, какой-то?
- Нет, не он. А его незаконнорожденный брат. Он как раз-таки на таком и специализируется. Помогает людям решать... трудные вопросы.
- Киллер?.. - округляю глаза.
- Да нет. Он не убивает. Но пригрозить этим всегда может, если кто-то встанет у нас на пути.
- Кирилл… это же больница. Здесь люди. Они не пострадают?..
- Больница? Ну да. Для особенных людей. Которые здесь либо скрываются от кого-то, либо еще что. Тут лечение назначают такое, какое им скажут, а не какое нужно.
- Ты прав, - встряхнула головой. - Прости… Мы должны выбраться отсюда.
- Ничего не бойся, - еще сильнее стискивает мою руку своей. – Ничего страшного не произойдет. Мы просто уедем из города. Главное… приезжай завтра. Только это нужно.
- Я приеду.
- Выгляди естественной. Максим подозрительней всех, учти. Не говори с ним. Вообще ни с кем не болтай.
- Я поняла, - киваю. – Теперь скажи, как ты себя на самом деле чувствуешь. Только правду говори.
- Я смогу дойти завтра до машины, - меня мало это утешает.
- Но тебе без помощи врачей может стать хуже… Я вообще без понятия, как за тобой правильно ухаживать.
 
- Не волнуйся, милая, все будет хорошо. Врача мы мне найдем. Такого, который быстро на ноги меня поставит.
- Но куда мы поедем?..
- Лучше пока тебе ничего не знать. Но я обещаю, что это будет безопасное место.
Дверь открывается, а я спешу отпустить его руку. Медсестра пришла, чтобы меня выгнать.
- Время вышло, - слышу у себя за спиной.
- Не закончилось, - парирует Кирилл.
Я оборачиваюсь и вижу ошеломленное выражение лица девушки.
- Но вам нужны процедуры…
- Ты не слышала меня? Выйди.
Медсестра молча, на большой скорости покинула палату.
- Она просто делает свою работу… - оправдываю девушку.
- Подставная сучка, - прошипел Кирилл. – Поверь, она все знает. Про все и про всех. Ей тут ни как в обычных больницах платят. Ей скажут – она и яду в капельницу введет.
- Ты меня пугаешь…
- Не бойся, Уль. Я им живой нужен, - улыбается. – Но когда я поправлюсь… они очень горько обо всем пожалеют. Обо всем, что сделали тебе.
***
По дороге в этот проклятый дом я пыталась настроиться. Кирилл прав, я должна вести себя естественно. Безо всяких этих. Вести себя так, чтобы я смогла завтра беспрепятственно к нему поехать.
По приезду меня ждало то, чего я собиралась избежать даже в будущем. Я не хотела этой встречи.
Родители были здесь. Они еще не видели меня. Стояли в холле. Спинами ко мне. О чем-то говорили с хозяйкой дома.
Это все Ксения Павловна. И она назло мне это сделала. Я говорила ей, что не хочу этого, а она это из вредности. Гнусная баба.
- Ульяна! – увидела меня мама и со всех ног, на каблуках, помчалась ко мне.
Я помню ее такой в один момент из моего детства. Когда мне было семь. Меня тогда чуть машина насмерть не сбила. И вот теперь...
- Ульяночка! – как накинется на меня. - Ой, прости, прости… - отстраняется. – Ты же в положении. Боже, ты жива доченька… Как же я рада! Я думала, что уже никогда тебя не увижу!
Я смотрела пустым взглядом матери за плечо. Отец тоже приближался. Как всегда сдержан, но взгляд все же растерян.
- Ульяна…
- Ты можешь ничего не говорить, - обрываю речь отца. – Я все равно не поверю ни единому твоему слову. Надеюсь, ты счастлив, что смог спасти свой бизнес. Он, конечно, всего этого стоил.
- Уля, Ксения нам сказала, что у вас с Кириллом теперь все хорошо. Значит, не зря все это было… Ты же его полюбила, правда?
Смотрю я на них, и вижу совершенно чужих людей. Даже мама… Я была так зла на нее, но все же думала, что это пройдет через время. Время прошло, злость тоже, а теперь только отчужденность. Не только Кирилл потерял семью, но и я.
Да, я полюбила Кирилла, но им за наше воссоединение благодарна никогда не буду. Он, как и я, был частью их большой игры. Они до сих пор играют нами. И они не остановятся. Считая себя сильнее нас, они в любой момент вовлекут нас во что-то новое. Кирилл прав. Мы должны бежать.
- Зачем вы приехали?
- Как это зачем?! – округляет мама глаза. – Ты… ты жива! Я… я…
Надо же, слов не находит.
- Да, я жива. Увидели? Что-то еще?
- Не веди себя так, Ульяна, - начинает учить меня отец в своей манере.
- Веду, как вы того заслуживайте. Вы в курсе, что я здесь пленница?
- Это не так, - подходит к нам Ксения Павловна. У нее слух как у летучей мыши. – Ты не пленница.
- А зачем тогда за мной по пятам охранник ходит?
- Для твоей безопасности, конечно же. Думаю, Кирилл только за.
Кирилла вы травите, мрази!
- Конечно, - киваю. – Он всегда любил меня контролировать.
- Вы с ним поговорили? - интересуется Ксения.
- Да. Он просил меня вас… слушаться, - лукавлю, кривя взгляд.
- Всегда знала, что он самый разумный из всех моих сыновей. Тоже хочу его завтра навестить, - и тут у меня спадает наигранная ухмылка. – Поедем к нему завтра вместе.