Элита Горскейра. Моя сводная ведьма

Да, мы все тут жаждем победы. Жужжат осы, и на старт выходят две симпатичные девчонки: блондинка в коротких шортах и брюнетка в микроскопической юбке и колготках в сетку. А между ними вклинивается рыжая. Взмах рук – и два столба пламени символизируют начало заезда. Адреналин бурлит в крови, а предвкушение почти такое же сильное, как перед сексом, хотя тут, пожалуй, даже круче. Люблю риск, он заставляет нас – избалованных и имеющих все – чувствовать себя живыми и хотя бы немножечко бояться. Это круто.
Срываюсь пулей, выпуская силу, которая черным шлейфом окутывает осу, превращая мое транспортное средство в сверкающего красными глазами монстра – да, всего лишь иллюзия, но она очень мне подходит, я словно оседлал тьму.
Первый круг не гоню, присматриваюсь, изучаю обстановку. Играючи оставляю позади основную часть потока. У меня нет цели вырваться в тройку лидеров. Даже в десятку нет – берегу силы. Вырваться вперед и потратить ресурс – эту ошибку допускают многие. Выкладываются на первом круге и сдуваются позже. Но для меня это пройденный этап.
Первые пять кругов – обкатка, игра, где необходимо смотреть на поведение конкурентов на трассе. А мне и смотреть не нужно. Я их всех хорошо знаю, как и они меня.
Жара начинается ближе к десятому кругу. Сейчас случайные игроки, которые влетели на волне первых легких кругов в нашу плотную тусню, тушуются, потому что обстановка меняется, и довольно резко. Адреналин бьет в виски, тело и эмоции на пределе. Парочка новичков, не справившись, даже вылетает за пределы трассы, но мягко врезается в защитный полог – скорость не такая большая, чтобы его пробить. У нас есть деньги не только на адреналин, но и на безопасность. Конечно, гонки от этого не становятся менее травмоопасными. На последних кругах никакие пологи не спасут. Они так, защита от дурака. Но пока бог милует и меня, и соседей по гонкам, и мы просто наслаждаемся адреналином. К пятнадцатому кругу остаются только самые-самые. Я, близнецы и Рюк.
Близнецов мы списываем со счетов. Мелкие, борзые, сорвутся и наделают ошибок. Не так давно они на трассе, чтобы тягаться со мной и Рюком. Хотя и хороши. В заездах мы с ними еще не участвовали, только так гоняли, по-дружески.
Но у парней получается меня удивить. Мы почти на финише, когда Кит вырывается вперед и проводит весьма опасный маневр, вклиниваясь между мной и Рюком. Идет по коробкам, и понятно, что кто-то из нас улетит. Я успеваю стабилизироваться, а Рюк – нет, и Кит просто выносит его с трассы своей осой. Сам, правда, тоже вылетает. Лихо!
Надо запомнить, что эти двое всегда работают в паре. Кит ценой своего проигрыша вытолкнул в финал брата, и это умно. У Дара против меня куда больше шансов. Но сейчас я буду умнее и не стану недооценивать мелочь.
Салютую Дару и ловлю дерзкий азартный взгляд. Вижу в парне себя, только младше, безбашеннее. Хотя, казалось бы, куда?
Перед последним кругом выходим на старт, а не продолжаем гонку. Сначала все идет неплохо. Я его почти делаю, но мелкий не сдается. Действует агрессивно, напористо. Не стесняясь, подрезает и теснит.
Ржу и уворачиваюсь от его осы, за которой следует шлейф снежинок – засранец. Но гоняться с ним одно удовольствие: взрыв адреналина, и хочется гнать сильнее, чтобы доказать превосходство. Хотя, признаться, учитывая разницу в возрасте и опыте, он меня сделал, даже если придет к финишу вторым.
Перед финишем расслабляюсь и не успеваю поймать маневр Дара. Резкое ускорение и полет буквально на таран. А парень вообще без головы. Он почти сносит меня с трассы, но я успеваю тормознуть и уйти в сторону, понимая, что продуваю малолетке. Насрать, зато жизнь сохраню, а вот Дар переоценивает силы. Он не успевает выйти из маневра и пролетает сначала над моей головой, потом, закручиваясь в воздухе, врезается в угол дома, пробивая защиту, и летит на мостовую за линией финиша. Нехорошо так летит, страшно.
Мчу следом, забыв о гонках и обо всем на свете. Падение Дара пугает. Успеваю даже быстрее его брата. Соскакиваю с осы и кидаюсь к лежащему в нелепой позе телу. Под Даром лужа крови. Голова разбита, а конечности неестественно вывернуты. Парень не шевелится, и мне страшно подумать о том, что он мертв. Стаскиваем придавившую его осу, даже не чувствуя ее веса. Действуем на эмоциях, взрыве адреналина и желании помочь. Кто-то орет, кто-то вызывает лекарскую бригаду, а я замечаю, как щупальца моей магии начинают подбираться к лежащему на мостовой телу. Это очень плохо. Руки холодеют.
 
– Нет-нет-нет… – Не сразу понимаю, что ору не я. Только когда прилетает кулак в физиономию, потом еще удар и еще, доходит, что голос принадлежит Киту. Трясу головой, но не сопротивляюсь. Понимаю Кита, хоть и не виноват. А еще все равно не чувствую боли. Нахожусь в какой-то долбаной прострации.
Я некромант – проклятие рода и напоминание о трагедии в моей семье, из-за которой Дариус так и не простил мать, из-за которой на свет появилась Агния… Но сейчас это не важно. Моя магия всегда под контролем, если рядом нет трупов.
То, что черные щупальца тянутся к Дару, означает только одно: смерть близко. Пока магия несмелая, есть шанс на спасение, но, избив меня… ничего не исправишь. Нельзя отогнать мою магию, воздействуя на меня. Спасать надо Дара. И Кит это знает. Знает, что силы некроманта рядом с братом – не мой выбор, а лишь доказательство того, что все очень и очень плохо. Но парню больно, и он пытается вырубить меня, чтобы все прекратить. Я его понимаю.
К счастью, это понимают и другие. Я вижу несколько ребят-целителей рядом с Даром. Тонкие лучи, неясное свечение. Парень действительно скорее мертв, чем жив, и это пока плохо получается изменить. Хватаю обезумевшего Кита, чтобы хоть немного успокоить. Ему сейчас нельзя к брату и уже достаточно бить меня. Нужно немного успокоиться.
Кит полыхает в моих руках, сдерживать его огненную магию сложно, но я не выпускаю парня из своего медвежьего захвата. Кровь заливает глаза, капая из рассеченной брови, и стекает по губам. Нехило он так меня отделал, но я не чувствую боли. Главное, удержать идиота, который в эту минуту теряет брата.
В голове бьется мысль: «Только бы выжил, только бы успели нормальные лекари». Мы тут все со связями, но в такие моменты это значит мало. Какими бы хорошими ни были маги-целители, обслуживающие наши семьи, они могут банально не успеть. И сейчас едва теплящаяся жизнь Дара в руках магов-недоучек, старающихся изо всех сил не дать ему умереть. Сейчас важно не сбить их настрой. Совместной силы ребят хватает только, чтобы поддержать угасающую жизнь. Я вижу, насколько это тяжело. Аура, которой пытаются укутать тело, дрожит и истончается. Надолго их не хватит. И Дара не хватит. Это заставляет чувствовать себя беспомощным и жалким.
Кит затихает, понимая, что вырваться не получится, и его просто трясет, а я повторяю как мантру:
– Он выживет, слышишь? Твой брат выживет.
Только вот я сам почти не верю в эти слова. Хорошо, что я далеко от тела и Кит не видит, как моя магия ведет себя, чувствуя, что совсем скоро с ее помощью я смогу поднять послушного раба-зомби. Но чудеса ведь случаются, правда? Даже в нашем долбаном мире?
 
Глава 5
 
Агния
После занятия с мирс Амелией я вырубаюсь сразу же, а встаю в пять утра. Не то чтобы я выспалась, просто мирс велела мне тренироваться. Даже расписала упражнения, которые необходимо делать, чтобы научиться контролировать магию. Обычно этим занимаются пятилетки, а не взрослые девицы. У меня пока все получается из рук вон плохо, поэтому я решаю тренироваться тогда, когда гарантированно никого не встречу и не буду позориться, а доспать можно и потом. Занятия в колледже начнутся через несколько дней, и я относительно свободна.
На следующее занятие к мирс мне завтра, и оно во второй половине дня. Проходить будет не у нас, а у нее дома. К этому времени я должна научиться призывать искры своей силы. Те крупицы, которые могут просочиться сквозь ослабленные браслеты. Я чувствую, что, если не выполню задание, мирс будет недовольна. А ее недовольства я почему-то опасаюсь.