Дым Чары (СИ)
«Вы не умеете оставлять отражение ведьминого круга на стенах. Мне всё равно придётся снова пройти по этим адресам и оставить невидимый ведьмин круг в квартирах, где вы были, чтобы дымчары туда больше не попали. Кроме всего прочего, надо бы добрать остатки ведьминого круга — те ингредиенты, которые ещё могут пригодиться, а остальное выбросить в мусорку».
— Ну и ладно, — заносчиво сказал Костян после паузы. — Мы и так уже придумали, что будем делать, пока ты здесь лечишься.
И они наперебой перечислили обдуманные ранее дела, а он кивал им на каждое, пока на крыльце не появилась пожилая женщина в белом халате.
— Серёжа, пора на осмотр!
— Тебе витамины какие-нибудь принести? — быстро спросила Арина, шагая рядом с ним до крыльца. Костян поспевал за спиной.
Он остановился, глянул на крыльцо: женщина уже вошла в помещение. Торопливо открыл чистую страничку и после короткой записи вырвал её.
— Это витамины? — бегло прочитав, пару слов, поразилась Арина. — Ну и названия… Принесём — сегодня же! Вечером! И, если хочешь, мы будем приходить каждый день — только напиши нам, в какое время ты хочешь нас видеть — утром или вечером.
Он снова кивнул — на свой мобильник — и быстро вошёл в приёмный покой.
Девушка и мальчишка медленно брели к выходу из больницы, думая каждый о своём. Арина поглядывала на Костяна и тихонько вздыхала: хорошо, что он не слышит её мыслей! Потому как сейчас она бурно радовалась про себя, что Сергея позвала на перевязку пожилая женщина, а не та симпатичная тёмно-рыжая врачиха! Стыдно-то как… Но всё равно радостно.
А насчёт квартир из списка Сергея… Честно говоря, Арина про себя с облегчением отфыркивалась, что не надо больше ходить туда без Сергея. Как бы ни болело сердце за тех людей, которые не могли в эти квартиры снова заселиться и жить спокойно. А радовалась из-за мальчишки. Вроде вместе ходят. Вместе помнят обо всех правилах безопасности, но…
Да, именно так. Больше всего в «набегах» на квартиры Арина боялась за Костяна. Если он сначала переживал, что они поступают неправильно, без Сергея входя в чужие квартиры, то после первых же походов он буквально требовал каждую ночь проверять помещения на дымчар полегче — тех, кого сумеют уничтожить сами… А ведь Арина не Сергей. Для мальчишки она не обладала таким авторитетом, как парень. И он чувствовал это: и её беспомощность перед ним, и её страх за него. Даже пытался утешать, что с ним ничего не произойдёт. Порой, глядя с лютой ненавистью на очередного дымчару, который казался ему уязвимым, Костян говорил: «Не парься, Арина! Этого мы легко угробим!» И чуть ли не бежал усиливать обережными контурами ведьмин круг, удерживающий дымчару на месте и постепенно уничтожающий его. Причём — к ужасу Арины — не всегда соблюдая правила безопасности, о которых договаривались ранее.
Но сейчас… Арина снова взглянула на Костяна и чуть удивилась: на лице мальчишки появилось странное выражение — выражение взрослого человека, который долго что-то оттягивал, сомневаясь сделать, но теперь решился. Но… что?
…Комната Арины — размерами и общей формой — точная копия комнаты старшего брата. Когда дети начали подрастать, родители были вынуждены решать проблему их раздельного проживания в двухкомнатной квартире — «пока не разлетелись из семейного гнезда», по словам отца. Придумали громадную доску ДСП, разделившую комнату поменьше — и получились две узкие спаленки, благо комната угловая и обладала двумя окнами. Что Витя, что Арина — обрадовались. Дверь одна, зато входы, прикрытые занавесками, разные. Так что теперь они не зависели друг от друга и могли заниматься каждый своим делом. Разве что приходилось соблюдать тишину — не настоящая стена-то.
И сейчас Арина сидела за письменным столом, в наушниках смотрела очередной детективный сериал по старенькому компьютеру, не подключённому к интернету, и довязывала очередную сумочку, размышляя обо всём на свете, лишь бы не вспоминать о том, что где-то в городе дымчары прилипают к людям, а потом вторгаются в дома, где начинают расти… Она пыталась думать о том времени, когда Сергей выйдет из больницы. Тогда они снова начнут помогать людям, очищая город от страшного, невидимого многим врага. И может, однажды они сумеют найти причину появления этих жутиков…
— Фу… — прошептала Арина, в сердцах чуть не сломав любимый крючок. — Хватит об этом! Думай о фильме!..
Она сердито уставилась в экран, где криминалисты за какие-то сорок минут разгадывали сразу несколько преступлений, и вздохнула, завидуя их профессионализму. До полуночи, когда придётся всё-таки лечь спать, оставалось минут десять — как раз, чтобы досмотреть последнюю серию на сегодня. Она вникла в содержание фильма и вскоре вязала машинально, не глядя протягивая руку то за новым мотком ленты, то за ножницами, а под конец вязания и за иголками с нитками — пришёл черёд украшения готовой сумочки. Пришивала, смотрела на экран, стараясь разгадать вместе с героями, кто именно из двух подозреваемых виноват в преступлении…
Свет настольной лампы блеснул на шёлковом боку сумки и отразился холодным отблеском мутно-прозрачных пуговиц с морозно-белым напылением на них.
Арина сняла наушники, немедленно поставив фильм на паузу.
— Не поняла… — удивлённо прошептала она, глядя на сумочку, сплошь украшенную серебристыми пуговицами. А потом подняла глаза: на краю стола лежал пакетик с теми же пуговицами. — Не поняла… Я же хотела…
Сумочка вязалась из красивых светлых и тёмно-коричневых лент — очень мягкого, тёплого оттенка, и уж белым пуговицам с серебристым напылением на этом фоне точно не место. Здесь должно быть тёплое же «золото»!
Удивляясь себе и своему странному выбору декоративных пуговиц, Арина потянулась было за маленькими ножницами, чтобы срезать нечаянно нашитое. Руки замерли на полпути к столу. А сердце вдруг больно стукнуло. Пуговицы с серебряным напылением, мягко мерцающим в свете лампы, очень сильно напомнили о падающих в чужой и страшной квартире снежинках. В той квартире, адрес которой помечен Сергеем жёсткой, рогатой буквой, предупреждающей об опасности.
Арина выключила видео и поставила сумочку на стол, пытаясь сообразить: неужели во время вязания и попеременного поглядывания на экран с фильмом она вспоминала ту квартиру?.. Глубоко вздохнула и пожала плечами: может, в последней серии детектива что-то такое блеснуло в кадре, и ей машинально захотелось выбрать именно эти пуговицы? Читала же в одной из книг, прихваченных из библиотеки Сергея, что человек, задумавшись, может неосознанно что-то делать? Вот и она…
Взгляд на часы — до полуночи ещё минут семь.
Снова потянулась за ножницами. Одновременно обеспокоенно размышляла.
Что же это, если учесть, что она создаёт обереги от дымчар, тоже почти не осознавая своих действий? А если ей подсказывают, как справиться с этим «снегом»? Глупо. Пуговицами их, что ли, забросать — того же цвета? Или предостерегают не связываться с ним?..
Пальцы, которые только недавно зажили после боевой ночи в комнате Александра, вздрогнули: острые кончики маленьких ножниц врезались в указательный.
— Да что такое… — сердито прошептала Арина, вскочив со стула и судорожно вытаскивая из пакетика салфетку.
Прижав её к пальцу, девушка на секунды забылась, стараясь утихомирить кровь. Глаза беспорядочно искали на столе косметичку, где, помимо всякой нужной мелочи, лежали бактерицидные пластыри, — и внезапно взгляд застыл на мобильнике. «Надо позвонить Костяну!»
«Зачем? — удивилась она. — Я — что? Забыла ему о чём-то сказать? Или предупредить о чём-то? Вроде ни о чём не договаривались…»
А потом… руки затряслись. Пуговицы с серебристым напылением. И лицо Костяна, который что-то твёрдо решил для себя.
Ругаясь про себя и чуть не плача, Арина всё же сумела залепить палец пластырем и схватилась за мобильник, послав к чёрту время — первый час. Нашла номер Костяна.
— Ну… Ну?! — шептала она, с ужасом вслушиваясь в тишину мобильника.
Ни звонков ожидания, ни вежливого голоса, объясняющего, что абонент вне зоны действия, или что номер вызываемого недоступен…