Всё равно растаешь, принцесса (СИ)

Хоть это и лишнее, но мне всё равно приятно. Даже несмотря на давящую злость ярга, стоящего рядом со мной.
− Да, ваше высочество, − не сдерживаю широкой благодарной улыбки. — Не беспокойтесь. Мы с яргом Янгмаром договорились встретиться и вместе кое над чем поработать. Так сказать, обменяться опытом в создании защитных артефактов.
Среди Босвари нет эмпатов, но зато они прекрасно чуют, правду говорит человек, или лжёт. Вот и сейчас мои искренние слова убеждают босварийского принца, что со мной действительно всё в порядке.
− Что ж… рад это слышать, − кивает он. Смоляные пряди падают на красивое мужественное лицо, подчёркивая глубокие тени, что залегли под чёрными глазами.
Азим выглядит уставшим. И мне даже не нужно тянуться к его эмоциям, чтобы почувствовать ту же тоску безответных чувств, которую я долгие годы испытывала к нему. Может, даже в чём-то переняла её на себя. Хоть его чувства и не на меня были направлены. А сейчас… я и перед ним сильно виновата. Возможно, если бы я не вмешалась, Николь уже бы поняла, как ошибается, отталкивая этого мужчину. И если перед сестрой я извинилась, то с Азимом практически не виделась в последние дни и не смогла объясниться. Это очень сильно меня грызёт. Поэтому просто не могу не воспользоваться случаем.
− Ярг, позволите нам с его высочеством поговорить минутку наедине? — спрашиваю, повернувшись к своему спутнику.
Тот сжимает губы, явно недовольный такой просьбой, но всё же кивает. И молча отходит на несколько метров, чтобы уже оттуда буравить меня собственническим прищуренным взглядом. И я даже на таком расстоянии ощущаю его злость, раздражение и агрессию, направленную на Азима. Может, зря я это затеяла?
Но с другой стороны, я ничего яргу не обещала. Мы не пара. У него нет на меня никаких прав. А я просто хочу поговорить с… другом, наверное. Надеюсь, что со временем действительно смогу относиться к Азиму именно так.
− Что вы хотели сказать, Софи? — мягко улыбается босварийский принц.
− Я хотела извиниться. За тот разговор и мои неуместные откровения. Не знаю, что потом произошло между вами с Ники, но я чувствую себя виноватой.
− Вам не за что извиняться, Софи, − Азим качает головой. — И это не ваша вина, что между нами с Николь не складываются те отношения, которых мне бы хотелось. Возможно, она права, и мы действительно не подходим друг другу.
− Нет, не говорите так, − восклицаю запальчиво. − Она… она… очень страдает из-за вашей ссоры. И мне кажется… сильно сожалеет. Просто слишком упряма, чтобы признать это. Ники очень преданная, самоотверженная, добрая, хоть и вспыльчивая порой, щедрая сердцем, и она… она неравнодушна к вам. Чтобы Ники не сказала вам в тот вечер, это в ней говорила её гордость, а не она сама. Не обижайтесь на неё. И… не отказывайтесь.
− Николь очень повезло с сестрой, − тихо произносит Азим. — Я до сих пор потрясён вашей откровенностью и готовностью защищать сестру, чего бы это вам ни стоило. Надеюсь, то что вы сказали тогда в саду… это не приносит вам боли. Вы ведь не до конца были честны. И мне очень не хочется быть причиной ваших страданий.
Ох. Вот и новые последствия моего признания*. Ну вот зачем я это сделала? Теперь они поссорились и оба несчастны. А Азим ещё и чувствует себя ответственным и виноватым передо мной. Почувствовал же, что я солгала насчёт того, что мои чувства к нему прошли. И теперь жалеет меня. Надо исправлять это немедленно.
− Вы и не будете. Честное слово. Мне Рами обещала скорую встречу с моей судьбой, − улыбаюсь с наигранным предвкушением. — Пусть я и не до конца была честна тогда в саду, но я действительно уверена, что всё это пройдёт. И надеюсь, что мы сможем быть хорошими друзьями.
− Встречу с судьбой? — вскидывает бровь старший брат нашей ведьмочки. И почему-то бросает внимательный, изучающий взгляд на ожидающего меня колдуна. Усмехается понятливо: — Это… интересно. Вы успокоили меня, Софи. Я рад за вас, если так. С удовольствием буду вам другом. И как ваш друг… − принц отстёгивает от пояса свой почтовый футляр и протягивает мне: — Я разрешаю считать мою связующую формулу. Если вам понадобится моя помощь, какая угодно, в любой момент обращайтесь.
 
− Спасибо, − коснувшись кончиками пальцев футляра, я снимаю магический слепок, запоминая формулу. Теперь я действительно смогу в любой момент написать Азиму. Вот только вряд ли буду это делать.
− Что ж, не буду вас задерживать, ваше высочество, − учтиво склоняет голову босварийский принц, когда я возвращаю ему артефакт. — Всего хорошего.
− И вам тоже, − киваю с улыбкой.
И мы расходимся каждый своей дорогой.
Не знаю, куда направляется Азим. Мне же предстоит вернуться в общество северного ярга. И как-то мне нехорошо от его прищуренного взгляда и бурлящих ревнивых эмоций.
*Упоминаемый разговор описан в 11 главе "Я украду твоё сердце"
  
Глава 7
 
Остаток пути до дворцовой библиотеки проходит в полном молчании, и комфортным его ну никак не назовёшь. У меня по-прежнему не получается закрыться от эмоций Янгмара и они с каждым шагом всё больше раскачивают моё собственное состояние, вынуждая сначала досадовать, а потом и вовсе злиться на шагающего рядом мужчину. Заставляя мысленно возмущаться на его предполагаемые претензии и ревность, и даже на то, что это он уговорил меня встретиться сегодня, а теперь вот, хоть невольно и неосознанно, но причиняет мне боль.
К тому моменту, когда мы оказываемся в выбранном мною читальном кабинете, я уже сама себе напоминаю пороховую бочку, готовую вот-вот взорваться.
− Римар оставьте нас одних, пожалуйста, − прошу я у телохранителя, когда тот заходит следом за нами.
Вижу, что мои слова ему не очень нравятся, но нарушить прямой приказ он не может. И это явно свидетельствует о том, что ни отец, ни Тай, не давали ему никаких особых распоряжений насчёт Янгмара. Может, не считают колдуна угрозой для меня. А может, просто не предполагали, что я захочу остаться с ним наедине.
Я сама от себя этого не ожидала.
Но нам явно нужно поговорить. И мне не хочется, чтобы это ещё кто-то слышал.
Раздражённо выдыхая, я быстро иду к столам. Выбираю тот, что ближе к окну и, следовательно, лучше всего освещён.
− Можете поставить шкатулку вот здесь, − киваю колдуну на столешницу.
Он, дёрнув уголком рта, идёт ко мне. А я сначала вытаскиваю из кармана набор инструментов, а потом тяну на себя ближайший ящик стола, чтобы посмотреть его содержимое. И хоть пытаюсь казаться спокойной, мои движения всё равно выглядят нервными и дёргаными.
− Если ты так сильно нервничаешь, оставшись со мной наедине, почему отослала телохранителя? − вдруг спрашивает Янгмар.
Повернувшись, я оказываюсь с ним практически лицом к лицу. Опираясь ладонью на стол, он буквально нависает надо мной, буравя внимательным взглядом.
− Я нервничаю не поэтому, − произношу сухо, выпрямляясь и тоже опираясь на стол позади себя. — И уже говорила, что не боюсь вас.
Моё мнение на этот счёт не только не изменилось, оно ещё и окрепло после услышанного от него сегодня. Но, к сожалению, это ничего не меняет.
− Тогда почему? — он внезапно накрывает мою ладонь своей, надвигаясь ещё ближе. Будоража во мне что-то неизведанно глубинное. — Твои руки дрожат. Ты побледнела. И снова отстранилась от меня. Если это не страх, то что?
Очень легко сейчас взять и вывалить правду. Сказать, что я эмпат и чувствую его эмоции. Что для меня это болезненно. Но это не только моя тайна. Это наш, семейный секрет. А ярг точно не входит в наш ближний круг. Придётся делать вид, что просто такая вот проницательная.
− Это досада, ярг. Вы злитесь. И мне это в высшей степени неприятно. Поскольку я не давала вам повода.
− Злюсь? — удивлённо вскидывает он брови.
− Скажете, нет? — с вызовом смотрю на него.
Мы слишком близко. Я тону в тепле его тела, в запахе, в своей растерянности. Почему мне хочется оказаться к нему ещё ближе? Что за абсурдное желание?