Лабиринт памяти (СИ)

Хакён проигнорировал этот жест, прошел к графину с водой. Он бы предпочел совсем не видеться с ними, но столько лет дружбы и совместной деятельности не должны были закончиться вот так.
Все неловко молчали.
- Прости, – понуро опустив голову, произнес Санхёк. – За все.
Будто одно извинение могло все исправить. Хакён и сам бы хотел, чтобы это было так, только не мог. Ведь он доверял им. Доверял больше всех, они были больше, чем просто друзья. И от этого было больнее всего.
- Я соберу сегодня вещи и поговорю с Директором, – произнес Хакён, ловя на себе непонимающие взгляды мемберов. – Я не играю ключевой роли в группе, вы сможете продолжить деятельность и без меня.
- Что? – удивился Воншик. Вот его хотелось видеть меньше остальных, хотя и причин для особой ненависти не было.
- Ты хочешь уйти из группы? – Санхёк выглядел слишком потрясенным.
- Да, – кивнул Хакён, крепко сжав бокал с водой. – Мне нужно будет решить некоторые вопросы, поэтому в ближайшее время я еще будут тут. Решил сообщить вам заранее, чтобы вы были в курсе.
- Хён, мы не знали про контракт с Уолтером, все было таким странным. И ты не появлялся здесь, словно отделился от нас! Мы думали…
- Санхёк, – остановил его Хакён. – Не надо. Как только я решу вопрос с контрактом и Мином, я покину группу.
Все замолчали, не зная, что сказать. Хакён видел виноватые лица, но не хотел ничего больше слушать и понимать.
- Отвези меня к Мину, пожалуйста, – повернувшись к Тэгуну, попросил Хакён. Было неудобно смотреть на парня.
- Тебе не стоит с ним видеться, – отводя взгляд, произнес Тэгун.
- Что еще вы хотите от меня скрыть? – разозлился Хакён.
Тэгун замолчал. Все остальные опустили глаза.
Хакёна это настораживало и пугало. Если все так вели себя, то насколько же ужасен должен быть последний кусочек памяти.
Хакён вышел из кухни. Ему нужно было побыть одному, прийти в себя. Что могло быть еще хуже того, через что его провел Уолтер?
Хакён не мог больше оставаться в общежитии, вышел на улицу. Погода стояла теплая и солнечная, словно уговаривая расправить плечи и поверить, что все плохое закончилось. Хакён нервно выдохнул, осмотрелся по сторонам, не зная, куда идти.
Весьма кстати в этот момент подъехал менеджер. Мужчина, увидев его, быстро припарковался и вышел из машины.
- Хакён. Что случилось? Почему тут стоишь?
- Ничего, – мотнул Хакён головой, выдавливая из себя улыбку. Ему было неловко смотреть на менеджера. Этот человек знал слишком много, отчего становилось некомфортно.
- Ты как? В порядке? – взволновано осматривая его с ног до головы, спросил менеджер.
- Отвезите меня к Мину, – попросил Хакён, преодолевая дискомфорт.
Шину напрягся, задумался.
- Может, не стоит? – с сомнением спросил мужчина.
- Вы думаете, я не смогу добраться сам? – устало вздохнул Хакён. – Это глупо.
- Мы беспокоимся о тебе. Тебе, действительно, лучше не видеться с Мином.
- А вы бы отказались от своего ребенка? Он не посторонний мальчик с улицы, хён. Он мой сын. Ладно, парни, они не смогут все равно понять. Но ты, ты-то должен понимать.
- Хорошо, – сдался Шину. – Ты и без нашей помощи сможешь найти больницу. Только…
- Я справлюсь, – уверенно произнес Хакён. – Чтобы не произошло в прошлом, я справлюсь. Ради Мина.
Менеджер сдался. Согласился отвезти его к ребенку.
В пути никто из них не произнес ни слова. Хакён погрузился в свои мысли, не обращая внимания на то, что происходило за окном. Он словно сделал шаг в воздушную яму, оказываясь под колпаком давящего прошлого, выпадая из реальности.
Хакён думал о Мине, пытался сосредоточиться на ребенке, но все мысли ускользали, растворялись в тумане. Хакён мог с уверенностью сказать, что помнит о мальчике. Как Джиён сказала, что Мин – его сын, как они познакомились, нерешительно присматриваясь друг к другу, как делали шаги навстречу, вместе гуляя и изредка, тайком встречаясь. Помнил, как узнал о заболевании Мина, как переживал за ребенка, на что пошел ради него. Хакён помнил каждую их встречу, но все словно обрывалось в «Империи». Чем больше Хакён думал об этом, тем гуще становилась темнота.
  
- Хакён! – громкий оклик сбоку.
Парень вздрогнул и обернулся к водителю.
- Мы приехали, – подозрительно смотрел на него менеджер. Хакён перевел взгляд в окно, не понимая, как так быстро проскочило время в дороге. – Ты уверен?
- Да.
- Надень маску и кепку, – произнес менеджер. Хакёна уже не волновали подобные меры осторожности, но мысли о том, что он еще официально в группе, вынудили его подчиниться.
Натянув козырек кепки ниже, Хакён направился следом за менеджером к зданию. Волнение возрастало с каждым шагом, но Хакён взял себя в руки. Если ему тяжело, то насколько должно быть непросто ребенку?
Получив разрешение на встречу, менеджер вывел его обратно в сад. В этот раз детей было немного, всего пара девочек в песочнице на встрече с родителями.
Хакён сел на скамейку и стянул маску с лица.
- Мне придется отойти, – произнес менеджер. – Врачи не рекомендовали ему встречаться с незнакомыми мужчинами. Но поблизости будут санитары. Мин может напасть и на тебя, так что будет осторожен.
- Я понял, – кивнул Хакён. Как так получилось? Почему его ребенок пытается убить всех вокруг? – Что с ним произошло?
- Он стал свидетелем насилия в «Империи». Врачи считают, что из-за этого он стал вести себя так агрессивно по отношению к мужчинам, – пояснил менеджер.
- Там что-то со мной случилось, да? – вопрос сам собой напрашивался. И Хакён уже даже был уверен, что знает ответ. – Ты знаешь об этом?
- Да, – кивнул Шину, смотря на него с такой жалостью, будто перед ним молодой калека.
- Почему молчишь?
- Не копайся в этом. Не надо, Хакён. Будет только хуже.
К ним навстречу медсестра вела Мина. Мальчик не показывал никаких эмоций, шел спокойно, смотря прямо перед собой.
- Я пойду, – тут же отошел менеджер.
Хакён остался ждать, нервно заламывая пальцы. Волнение усиливалось, даже руки стали подрагивать от напряжения. Как теперь отреагирует мальчик после вчерашнего? Захочет ли он общаться?
Медсестра подвела ребенка ближе. Мин опустил глаза, замерев в паре шагов от него. Хакён чувствовал, как снова защипало в глазах. Чертовы слезы!
- Привет, Мин, – собравшись с силами, сдавленно произнес Хакён. Медсестра мешала, но уходить не собиралась.
- Можно оставить нас одних? – попросил Хакён.
- Под вашу ответственность. Мы не можем гарантировать вам безопасность. Ребенок слишком агрессивный.
Хакён не видел никакой агрессии, но все равно кивнул, принимая слова женщины во внимание. Медсестра отошла на некоторое расстояние.
- Простишь меня? – аккуратно спросил Хакён, протягивая руку ребенку. – За то, что оставил тебя вчера?
Мин недоверчиво смотрел на протянутую ладонь, не решаясь на активные действия. Хакён сам сполз со скамейки и, присев на корточки перед ребенком, обнял его. Слезы все-таки скатились по щеке. Хакён крепче прижал мальчика, непрерывно всхлипывая от переполняющих эмоций.
- Мина, я так скучал.
Мальчик нерешительно ответил на объятия, медленно, боязливо. У Хакёна сердце сжималось от обрушивающей на него нежности. Как же долго он ждал этой встречи! Только сейчас он понимал, что это были за те смутные ощущения тоски, которые его постоянно одолевали.
- Ты не уйдешь? – тихий-тихий вопрос.
- Нет, Мина. Никуда больше не уйду от тебя, – пообещал Хакён. – Давай присядем, хорошо?
Взяв мальчика за руку, Хакён подвел его к скамейке и усадил рядом с собой. Ноги уже не держали.
- Тебя долго не было, – произнес Мин, не выпуская руку взрослого.
- Да. Прости. Как ты тут? Хорошо кушаешь?
- Я не монстр, – подняв голову и взглянув прямо в лицо, произнес ребенок.
- Знаю. Ты ведь больше не будешь никого обижать, я прав?
Мин молчал. Только смотрел так пристально, внимательно, что мороз по коже пробежал. Его взгляд стал другим, мутным. Мин потянул руку к его шее. Хакён не шевелился, ждал, он старался не показывать легкого липкого страха, но взгляд ребенка был пугающим.