Долг крови (СИ)

- Что это? Порт-ключ?
- Обратный. Пополам с сигналкой. Можно не просто вызвать помощь, но сразу перенести их на место. Если шевелиться нельзя или много пострадавших или ещё что.
- А…
- Второй будет у нас.
- Круто, - Билл ещё раз осмотрел вещицу. – Сам?
- Ага, - приосанился тот. – Но не доделал, он очень хрупкий. Так что не роняй.
Они поболтали ещё немного. Джинни больше молчала, задумчиво поглядывая на него. Но вот часы пробили два, и Билл поднялся.
- Ладно, я пошёл. Будет тяжёлый день.
Джинни вдруг крепко обняла его.
- Удачи.
- Спасибо. – Он поднял её, как маленькую, и поцеловал в макушку. – Спасибо, Джин.
- А меня? – сунулся Роб.
- Да иди ты.
- Позвольте, - возмутился тот, - разве ты не должен сказать что-нибудь тёплое, родственное? Типа «обидишь её, и я удавлю тебя твоими же кишками»?
- А зачем? Ты и сам уже всё сказал.
Смеясь, Билл шагнул в камин. Настроение было почти хорошим. Мэнор встретил его привычной затаившейся тишиной. Проскользнув в спальню, он осторожно присел на кровать. Почему-то в комнате тоже было совсем тихо. Лицо Люциуса в лунном свете казалось застывшим, неживым. Сердце вновь сжалось от тоскливого предчувствия. Чтобы разрушить иллюзию, он легонько коснулся его щеки. Пальцы Люциуса тут же оплели его запястье, и он втащил Билла под одеяло.
- Где ты был? – в голосе не было и намёка на сонливость.
- Разговаривал с Джинни и Робом, - Билл с удовольствием вдохнул его тёплый запах и понял, что ужасно хочет спать.
- Что за Роб?
- Да напарник мой.
- А-а, тот безумный француз в килте?
- Не зови его французом, - Билл зевнул. - Он бесится…
Ответа он уже не услышал.
*****
Когда Билл открыл глаза, за окнами светало. Люциус был уже на ногах.
- Драко прислал Патронуса. У Астории всё без изменений, но спала она очень беспокойно.
Билл поднялся.
- Дай мне десять минут.
- Завтракать будешь?
- Да какой, к чертям, завтрак.
Он постоял несколько минут под холодным душем и энергично растёрся полотенцем, разгоняя кровь. Голова была пустой и звонкой, под ложечкой тянуло, как перед экзаменом, когда учишь всю ночь, а утром кажется, что ничего не помнишь. Странно, никогда у него так на работе не было. Хотя и дело-то необычное. Выйдя из душа, он ещё раз проверил инструменты и зелья и кивнул Люциусу: пошли.
Дом принял их, опутывая мутным предрассветным сумраком. Оба почему-то старались ступать как можно мягче. У входа в подвал Билл приостановился и взялся за свою серьгу.
- Примета, - буркнул он в ответ на взгляд Люциуса, сознавая, насколько по-дурацки это звучит. Но тот лишь кивнул и взмахнул палочкой. Тяжёлая дверь медленно приоткрылась, и они осторожно ступили на лестницу. На стенах подвала вспыхнули факелы. Они миновали ступеньки, несколько коридоров. Вдруг Билл почувствовал ледяной сквозняк, скользнувший по ногам. Вентиляция? Он остановился, прислушиваясь. Какой-то странный звук… Похоже на крыс. Но откуда в Мэноре…
- Что? – обеспокоенно спросил Люциус.
- Н… ничего. – Звук исчез. - Послышалось, наверно.
Следующий коридор заканчивался стеной.
- Здесь, - Люциус взмахнул палочкой. – Смотри.
Заклинания показывали, что стена глухая. Билл медленно прошёлся вдоль кладки, касаясь её кончиками пальцев.
- Может, просто разбить? Бомбардой?
- Нет, это в крайнем случае. Я думаю… Ага. Видишь? – он потёр один кирпич, и на нём проступили царапины. Билл надавил на него, двинул кулаком. – Ищи такие же.
Вскоре Люциус обнаружил похожий камень в самом углу. Они переглянулись, и одновременно нажали на них. Раздался скрежет, и стена чуть просела, а потом медленно отъехала в сторону. Люциус шагнул ближе, но Билл ухватил его за рукав.
- Подожди. Там, кажется, целая комната. Немного не то, что я ожидал… Вот что. Чарам нужны не мы, и, теоретически, они не должны нам навредить, но всё равно: никакой магии внутри, понял? И ничего не трогай, не бери в руки и не сдвигай с места, хорошо? Это может спровоцировать их активность.
Люциус коротко кивнул. Билл увеличил ящик с инструментами, и они шагнули в затхлую тьму. Щелчок, и под низким потолком вспыхнули факелы, осветив огромный каменный стол в центре комнаты.
 
- Но это… Это же… - Люциус склонился над ним, разглядывая вязь выбитых символов.
- Жертвенник времён Начала, - подтвердил Билл. – Как из учебника истории. Похоже, именно на нём он…
Люциус отшатнулся.
- Вот, значит, почему чары невозможно уловить. Но где он его нашёл? Невероятно.
- А я уже не удивляюсь, - Билл осмотрел комнату, но ничего не заметил, кроме кучи чего-то белого в углу. Кости. – Зато сразу понятно, где надо чертить знак. Подержи-ка.
Он извлёк из коробки серебряный нож и пучок обугленных палочек.
- Что это?
- Рябина. Да-да, - кивнул он в ответ на изумлённый взгляд Люциуса. – Иногда самые простые методы оказываются самыми действенными.
Билл достал флаконы с зельем и расставил всё на краю стола.
- А что если кровь не поможет? – спросил вдруг Люциус.
- Что?
- Если не сработают ни твои зелья, ни моя кровь – что тогда?
Только не это.
- Такое возможно, - сказал он наконец. – Но… давай пока не будем об этом.
Люциус опустил голову и отступил на шаг, как бы показывая, что не станет мешать. Билл глубоко вздохнул, закрыл глаза, сосредотачиваясь. В памяти тут же всплыли слова заклинания и очерёдность действий. Он протянул руку за рябиновым углем, и ритуал начался. Тихо потрескивали факелы. Палочка легко скользила по серому камню, вычерчивая прихотливые линии. Отлично. А внешнюю окружность ножом, вот так. Готово. Теперь зелье. Билл потянулся было за флаконом и тут опять услышал этот мерзкий шорох – точно крысы возились в деревянной стене. Но только теперь звук стал громче. Ближе. Он поднял голову. Факелы затрещали сильнее, запахло какой-то сладковатой гнилью. Да что за…
- Нож, - сказал вдруг Люциус.
- Что? – он невольно повернулся к нему.
- Нож, - повторил тот и медленно, словно зачарованный, протянул руку. И Билл увидел, что высоко в стене между камней торчит что-то вроде рукоятки.
Между камней?
Прямо из камня! Он воткнут в камень!
- Люциус, не на…
От первого же касания нож выпал из стены и скользнул в ладонь Люциуса. Тот инстинктивно сжал пальцы. На миг свет померк, а потом факелы вспыхнули и зашипели. По камням прошла дрожь. Невидимая сила подхватила Билла, стиснула, точно в гигантском кулаке, и швырнула о стену. Он захрипел, забился, пытаясь вырваться. Люциус вздрогнул, словно просыпаясь, кинулся было к нему, но тут…
«Здравствуй, сын мой».
Не голос даже, но чья-то воля – холодная, неумолимая, проникла в сознание, пригвоздила его к полу.
Что это? Кто…
«Я - твоё начало. А ты - моё продолжение».
Нет, нет… Билл, он задыхается. Надо помочь, надо… Но он не мог пошевелиться, придавленный чем-то холодным, мерзким… Мёртвым. Почти теряя сознание от напряжения, Люциус сдвинулся на несколько дюймов. Ещё. Тёмная вода в его сознании всколыхнулась – этому смешно.
«Посмотри на меня».
Краем глаза он уловил что-то тускло-красное, какие-то лохмотья. Запах тлена окутал его, забиваясь в лёгкие, проникая в мозг, – гнилой туман льнёт к чёрной воде – посмотрипосмотри… Нет, нельзя, ведь там будет его лицо, его собственное лицо, это он там, завёрнут в рваный саван, он… Нет! Чьи это мысли? Нетнетнет! Это не его, это того…
«Я знаю, чего ты хочешь. Ты неправ. Но я прощаю тебя, сын мой».
Красная тень скользит подле него. Как холодно, как больно… Этот звук, что это? Его дыхание? Смешно… Ещё шаг. Пара дюймов. Зачем? Надо. Там, далеко, что-то есть, тёплое и такое важное, иди, ползи, пожалуйста…
«Пойми, ты не сможешь. Это часть тебя. Часть всех нас. Это в нашей крови. Посмотри».
Красные нити. Сочатся жёлтым. Кровь и гной. Они пронизывают воздух, стены, расходятся во все стороны. Он поднял руку. Нити прошили его ладонь, его тело. Они всюду.