Долг крови (СИ)
- А?
- Пойдём, мы опоздали на обед.
*****
- Не знаю, где вас носило, но мы уже начали, - Астория смерила их недовольным взглядом и энергично принялась за отбивную.
- Не мы, а ты, - ехидно поправил Драко, беря салфетку.
- Ну и что? Я есть хочу.
- Ты всегда есть хочешь, - не успокаивался тот. Люциус глянул на него с укоризной, но Астория в защите не нуждалась.
- Вот что, дорогой, - с олимпийским спокойствием сказала она, - давай договоримся: следующего вынашиваешь ты.
Драко поперхнулся и с ужасом посмотрел на жену. Люциус с Биллом переглянулись и, не выдержав, расхохотались – очень уж потешный у него был вид.
- Побойся Мордреда, женщина! – скорбно начал тот. – Говорить такие мерзости, да ещё и за столом! Я же теперь ни крошки съесть не смогу.
- А, хорошо. Тогда я заберу оливки из твоего салата, можно?
- Ты и так их всегда забираешь, - буркнул Драко, но смиренно принялся вылавливать оливки на краешек тарелки.
- Спасибо, дорогой, - она отложила наконец вилку и нежно погладила мужа по руке, заговорщицки подмигнув остальным. – Билл, а ты почему такой грустный?
- Я? Вовсе нет. Просто задумался.
- О чём же, позволь узнать?
- О том, какой будет моя дочь в твоём возрасте.
- Как мило! – заулыбалась Астория. – А сколько ей?
- Почти три, - Билл тоже не смог сдержать улыбку.
- Она у тебя одна?
- Одна. И других не предвидится. Я в разводе, - пояснил он, предвосхищая возможные вопросы. Астория, однако, решила выяснить всё до конца.
- И больше жениться не намерен?
- Нет, - решительно ответил Билл, припомнив безжизненный ракушечный шорох за стенами опустевшего дома. Он ощутил взгляд Люциуса, но когда обернулся, тот уже внимательно изучал этикетку на бутылке вина.
- Понятно, – Астория, что-то почувствовав, не стала развивать тему. – Но у тебя, кажется, есть братья?
- Пятеро… м-м… четверо братьев и сестра. Все младшие.
- О-о, – уважительно протянула Астория, - тогда понятно, почему тебе достаточно одной дочки. А я - единственный ребёнок в семье и поэтому, наверно, хочу иметь много детей. Хорошо, что Драко согласен. Мы планируем четверых.
- Шестерых.
- Четверых, я не железная!
- Шестерых, чтоб составить команду для квиддича!
- Квиддич твой…
Они принялись азартно спорить. Люциус, поглядывая на это с философским спокойствием, констатировал:
- Ну вот, теперь можно поесть спокойно.
Билл рассмеялся. В данном случае фраза «чувствовать себя как дома» не была бы формальной: ему и впрямь было уютно за этим столом. Но вот приятный обед закончился, и он вновь очутился в библиотеке, наедине с грудой пожелтевших писем. Люциус, как и обещал, отправился на поиски заметок о родовых чарах, а Билл вновь устроился в полюбившемся кресле, размышляя. Версия о жертвенной магии совершенно чудовищна, что и говорить. Но почему же мысли возвращаются к ней снова и снова? Ведь есть вероятность, что те женщины просто сделали что-то не то и были наказаны. Может, супружеская измена? Вот Нарцисса, к примеру, после войны уже не была с Люциусом и вполне могла… Билл поморщился от отвращения к самому себе. Нет. Да и стоило ли творить чары такой силы и сложности, чтобы наказывать за измену? Не могли же все сгинувшие жёны наставлять Гуго рога. Только не ему. И в письмах остальных нет ни малейшего намёка. Письма… А если наоборот: женщины погибали потому, что не совершали чего-то. Из всего нагромождения фактов, почерпнутых из переписки, один настойчиво напоминал о себе: погибшие имели проблемы по, так сказать, женской части. Плохо переносили беременность, имели тяжёлые роды и не могли (или же не хотели) забеременеть повторно. Билл никогда бы не придал значения подобным деталям, но почти треть переписки была посвящена именно этой теме – рецептам зелий, советам, поиску целителей. Вообще, логично: женщина, не желающая или неспособная дать наследника, должна уйти, ведь роду нужно продолжение. В такое проклятие можно поверить. Но. Эти-то женщины как раз исполнили миссию и родили сыновей. Отпадает. Билл вздохнул. Подумав о детях, он вспомнил беседу с Асторией. Похоже, они с Драко нарушат традицию и станут первыми многодетными родителями за всю историю рода. Дай-то Мерлин. Он улыбнулся, но тут же вновь заставил себя вернуться к делу. Ладно, письма – завтра. А сейчас надо бы почитать побольше о жертвенной магии. Всё же мысль о ней плотно засела в сознании. Почему? Что он упустил? Билл напряжённо думал, но так ничего и не вспомнил. Так, хорошо. Нужно отвлечься, и оно само придёт. Он встал и потянулся, расправляя косточки. Нужная информация есть в антологии, но там немного. Может, смотаться в Архив? Хотя, и здесь, кажется, имеется пара подходящих источников. Ну-ка, поищем…
Тщательно выбрав несколько книг, он вернулся за стол, сгрёб в сторону письма и погрузился в изучение древних тёмномагических обрядов. Внимательный взгляд скользил по убористым строчкам, перо поскрипывало, фиксируя нужные факты. Вскоре он отложил одну книгу и принялся за следующую. Страницы порхали под его пальцами – в этой нет ничего нового. Посмотрим третью. За окнами совсем стемнело, и он зажёг свечи. К ужину Билл спустился с гудящей головой, ощущая себя придавленным массой информации и странным чувством безысходности. Оно трепыхалось внутри, точно ленивая глубоководная рыбина, ухудшая и без того дурное настроение. Наверно, последствия усталости. Люциус тоже выглядел утомлённым, и даже Астория помалкивала, изредка бормоча что-то успокаивающее в ответ на вопросы Драко о её самочувствии. После ужина все так же молча разошлись по своим комнатам. Билл, прихватив выписки из книг, тоже ушёл к себе в спальню. Необходимо было поискать прецеденты подобных чар в антологии проклятий.
Он как раз дочитывал последнюю страницу, когда раздался лёгкий стук, и в комнату вошёл Люциус с тонкой пачкой пергаментов в руках.
- Вот всё, что я нашёл о родовых чарах. Оказывается, многие интересовались ими, но… - он неопределённо взмахнул рукой.
- Ничего?
- Не совсем так. Просто в основном описаны следствия, а не причины, - он уселся в кресло, стоящее у кровати, и протянул пергаменты Биллу. – Например, защита от чужаков. Ты как-то сказал, что любые чары можно обойти…
- Угу, - Билл перебирал листы.
- Так вот: наши – нельзя. Попыток было предостаточно, и там подробно описано, что стало с теми, кто был особенно настойчив.
- О.
- Именно. Чары невероятно сильны и, как утверждает Кассиус, уникальны. Он ставил эксперименты, сравнивая их с защитой других семейств, и не нашёл ничего похожего.
- Вот как, - Билл пробежал глазами подвернувшиеся результаты экспериментов. – Действительно.
- Даже странно, - Люциус невесело усмехнулся. – Я к ним так привык, что никогда не замечал ничего подозрительного. А ведь захоти мы – и сюда бы даже Лорд не вошёл. Стоило задуматься.
- То, к чему привык с детства, воспринимается как должное, - возразил Билл, откладывая пергаменты. - Я вполне понимаю твоих предшественников. Скорей уж, удивительно то, что кто-то взялся их изучать.
- Ну, может быть. Как бы то ни было, до сути никто не докопался. Кассиус предположил, что само это место обладает какой-то древней защитной магией иного порядка, которую невозможно выявить, - он неуверенно глянул на Билла, но тот покачал головой.
- Ты же сам видел эти чары.
- Да. Да, конечно, - Люциус зябко потёр руки и отвёл взгляд – Просто… просто мне хочется, чтобы на этот раз ты ошибся.
- И мне этого очень хочется, - тихо ответил Билл.
Они помолчали.
- А я поискал похожие случаи, но почти ничего не нашёл, - сказал наконец Билл. – Чары на крови в основном цикличны, требуют регулярной подпитки. Или же направлены на определённый, хм, типаж. То есть если в стену возведённого здания замуровали юную девушку, то потом чары будут забирать именно таких, а, например, женщину средних лет проигнорируют.
- Кстати, а как они это делают? Забирают?