S-T-I-K-S. Паломник - Валерий Сопов (СИ)

Первый вариант априори снимал все проблемы как с убежищем, так и с материально-техническим обеспечением. Можно было даже не задумываться о подзарядке квадрокоптера, а просто взять под контроль новый экземпляр. Вряд ли за прошедшее время кто-нибудь окончательно успел наложить лапу как на саму саму Башню Инвалида, так и на ее содержимое. Скорее всего, два верхних этажа опечатаны в ожидании своей участи и новых хозяев. Так, по мелочам, кое что украдено, конечно, но далеко не все. Уж слишком лакомый кусок Башня Инвалида из себя представляла. И слишком многие серьезные люди и структуры заинтересованы в том, чтобы стать правопреемником инвалида. Даже мэр города со своей командой в этом лесу был далеко не самым страшным зверем. Тем более, что завещание, оставленное инвалидом, в пользу местного Детского Дома всегда можно было бы творчески доработать. Как то, продать то же самое имущество на закрытом аукционе «для своих», а денежку малую, полученную от такого аукциона и перечислить на счет детишек. И вроде все по закону и серьезные люди не в обиде. Те кто аукцион «так сказать» выиграют.
Инвалид, готовясь к смерти, все это прекрасно понимал. Вот только ему было на все наплевать. Поскольку в бытность свою, размышляя над смыслом жизни, он принял для себя к употреблению удобную мировоззренческую концепцию. В соответствии с которой: «Исчезну я, исчезнет весь мир». То что миру, по большому счету, был наплевать на жизнь или на смерть инвалида, самому инвалиду, в свою очередь, тоже было наплевать. Так что обменявшись плевками с мирозданием и заплевав друг друга с головы до ног, Андрей и составил такую писулю, с громким названием «Завещание». По принципу: «А пусть теперь у Рабиновича голова болит».
В этих раскладах, по прошествии определенного, не слишком продолжительного времени, и смерти хозяина Башни Инвалида, перспектива взятия под контроль самой Башни выглядела вполне обоснованной. Правда и здесь существовало одно, но большое «Но». Никто не мог поручиться, что время в Улье и время в родном мире инвалида текло с одинаковой скоростью. Это в стиксе, с момента попадания сюда Паломника, считай и месяца не натикало. А вот там вполне могло пару лет пройти.
Во втором случае, при наличии новой копии инвалида, тоже возможны были определенный трудности. И самое главное, далеко не факт, что новый Паломник, вернее не Паломник, поскольку ритуал крещения не состоялся, а инвалид Андрей, останется иммунным.
Бурый между делом объяснил, что тактика формирования отрядов на основании собственных клонов в Улье не работает. Поскольку иммунитет вовсе не врожденное свойство попаданца, а некая лотерея с вероятностью выигрыша на уровне одного процента. И нет никаких оснований предполагать, что тот кому посчастливилось избежать заражения в предыдущий раз не станет тварью с следующий. Так что попытайся ты встретить свою же адекватную копию, понадобится отслеживать сотни перезагрузок. В Медленном Кластере на это понадобится десятки лет. В быстрых — быстрее. Вот только в Быстрых кластерах, как правило, полно зараженных высоких уровней, в том числе и элиты, которая предпочитает держаться рядом с надежной, регулярно обновляемой кормовой базой. И сытно, и бегать далеко не нужно. И выжить в этих условиях тому же иммунному весьма проблематично. По словам крестника в том же Пекле города миллионники обновляются чуть ли не раз в сутки. Так там монстры до такой степени отжираются, что некоторые стаи наполовину из Элитников состоят. Это при том, что подобные зверушки на дух не переносят друг друга.
Так что картинке, возникшей в голове у Паломника силами третьего потока сознания, в котором амрада бойцов на инвалидных колясках с выдвинутыми вперед титановыми копьями, мчится наперерез орде зараженных, навроде того, как тачанки Батьки Махно громили белых а заодно и красных, навряд ли суждено было когда-либо воплотиться в жизнь.
На самом деле все эти соображения яйца выеденного не стоили. Поскольку первым делом Паломник убедился, что при нынешней перезагрузке Башня Инвалида в кластер не загрузилась.
 
Так что слова Рыжей о его смерти Паломника не слишком-то и задело.
А вот то, что его обозвали Психом — извращенцем, зацепило.
— Ну психом куда не шло, но за что же извращенцем?
Тем более, что после упоминания имени Альберта Николаевича он узнал спасенную. Альберт Николаевич Барский как раз и был тем самым директором риэлторской конторы, который в виде спидера попытался сожрать Паломника в холле Башни Инвалидов. А Рыжая работала в этом же офисе на пятом этаже и занимала неоднозначную должность секретаря референта. Девушка, судя по наблюдениям инвалида, сделанных с помощью шпионских видеокамер, решительная, энергичная и не слишком обремененная моральными устоями.
— Ой, извините, глупость сказала — попыталась исправиться Рыжая, заметив реакцию Паломника. А вслед за тем снова завизжала, тыкая пальцем за спину инвалида. И хотя до медленно бредущего в их сторону пустыша было расстояние метров в пятьдесят, и медляку, для того, чтобы преодолеть такую дистанцию понадобилось бы не меньше пары минут, громкий визг вполне бы мог привлечь тварь посерьезнее.
— Заткнись, — рявкнул Паломник. — Лучше подумай, где нам на время можно спрятаться. Чтобы твари вломиться не смогли. Там я тебе все растолкую.
Как ни странно, девушка тут же замолчала и секунду подумав вполне разумно предложила: «Можно ко мне. Я тут недалеко живу. Правда на первом этаже. Зато дверь бронированная и решетки на окнах».
— Одна живешь?
— Нет, с Альбертом, — глотая слова и запинаясь принялась пояснять свой статус Рыжая, испуганно поглядывая на бредущую тварь стикса. — Но вы можете на него внимания не обращать. Он смирный. Если его покормить вовремя. И спит на диване почти весь день.
— Надеюсь речь идет не о Барышникове, — подумал Паломник, которому трудно было вообразить директора риэлторской конторы и по совместительству любовника Рыжей, впрочем далеко не единственного судя по тем сценам, свидетелем которых был инвалид, наблюдавший через видеокамеры за жизнью офиса на пятом этаже по окончанию рабочего дня, смирно спящим круглые сутки на диване в гостиной. Других Альбертов он припомнить навскидку не смог. Хотя, если тот же Альберт -это муж, молодой накачанный юнец, возраста Рыжей, то в этом ракурсе пятидесятилетний живчик, не обременяющий себя излишней физической нагрузкой, выглядел не самым плохим вариантом.
Но поскольку другой возможности не просматривалось, он скомандовал: «Давай показывай, куда ехать».
Дом, в котором жила Рыжая, оказался действительно совсем рядом, буквально за углом. Современная девятиэтажка, к тому же снабженная кодовым замком и, самое главное, пандусом. Так что у Паломника не возникло ни малейших проблем вслед за рыжей попасть в квартиру на первом этаже. Оттого ли, что еще было слишком рано и все, за исключением любителей ранних пробежек и дворников, еще спали, либо жильцы успели переродиться в тварей и сейчас, доев своих иммунных родственников, бродили по квартирам в ожидании новых жертв, так и не сподобившись включить свет, но ни одно окно в доме не горело.
Вопрос наличия электричества, волновал Паломника почти в той же степени, как и реакция загадочного сожителя Рыжей — Альберта, в ответ на появление на пороге незнакомого мужчины, пусть и инвалида. А может быть и больше. В прошлый раз, местная электростанция работала почти два часа с момента перезагрузки, и только потом окончательно вырубилась. А паломнику кровь из носу необходимо было зарядить свой шокер-квадрокоптер. Который предусматривал зарядку батарей и от бытовой сети.
На удивление все его тревоги оказались зряшными. Свет все еще был, а Альберт оказался огромным сибирским котом, развалившимся на диване в гостиной. И хотя сожитель Рыжей и высказал всей своей мохнатой мордой неодобрение, в связи с вторжением незнакомца в его личное пространство, за которым числилась вся квартира, включая гостиную, спальню, кухню и ванную комнату. Но быстро смирился, после того, как Рыжая первым делом насыпала ему корм в миску.