Раскол (СИ)

— Ты-ы-ы… — сквозь зубы прорычал божок, отшвырнув растворяющийся ятаган в сторону, и поднимаясь на ноги: — Прихлопну тебя, и всю твою банду… Недомерок, сука!
— Ребята! Бегите! — крикнул я, вытаскивая зачарованный меч: — Я догоню…
Есть вещи, которые прощать нельзя. Например — мерзкие слова в адрес близкого человека.
Посему — порву ублюдка!
  
Глава 12
 
Утро в Рагнакаре каждый раз выглядело по-особенному чудесно. Ну… за теми редкими исключениями, когда шёл дождь.
Яркие лучи местного светила согревали землю после продолжительной и страшной ночи. Растения распускали свои бутоны на встречу солнцу, а птицы и звери выходили из укрытий чтобы насладится долгожданным теплом.
Гера, подобного диснеевской принцессе, напевала дурацкую песенку и бегала вокруг деревьев. Всё её не отпускала вчерашняя встреча с Джаром… Уж очень сильно она успела по нему соскучится за время разлуки. И волшебницу совсем не смущал тот факт, что фраерок-то… оказался давно забронированным. Как последний столик в дорогом ресторане. Как «Плейстейшон 8» перекупами в магазине! Как самый козырный номер для тачки.
Но одно радовало — жена не столб. Может и подвинуться. Конечно, Альморей была цепкой женщиной, но Гера верила в свою искреннюю непосредственность и… И? И. И всё. Ну, мальчики же любят девочек с е**анцой, верно?
Напевая, как Фиона в первой части «Шрека», когда взорвала птицу, волшебница выбежала на маковое поле в окружении ярко-голубых птиц. Те наверняка пытались понять, что эта за шиза воплоти свалилась к ним на голову? Но из-за того, что их запрограммировали только на чириканье, пернатые продолжали с недоумением и любопытством подпевать миниатюрной красотке.
Правда, Гера настолько сильно увлеклась, что даже не заметила, как в сторону их домика из кустов вышли огромные варвары. Продолжая напевать и предаваться утренней радости, волшебница со всей дури врезалась в одного из них и шлепнулась на пятую точку. Птицы тут же испуганно разлетелись в разные стороны.
— Вы кто? — сгорая от стыда, но не подавая виду, с самым холодным и бесчувственным лицом спросила девушка.
— Привет. — из толпы варваров вышел Кратос и протянул Гере руку: — Мы пришли к Артемиде. Не могла бы ты… позвать её сюда? В лес заходить не будем.
— Думаю, что могла бы… — схватившись за могучую пятерню Бога Войны, волшебница встала на ноги: — Но, что случилось?
— Ох… — Кратос вздохнул, как будто пытался подобрать слова: — В общем, вчера вечером… Джарилл пал. Аленсис был захвачен Видарром — Богом Мести.
Гера сперва даже ничего не поняла. Пал? Это, как пал? Поскользнулся и упал? Или, может быть, перепил и упал посреди коридора? Но захваченный Аленсис больно бил реальностью. Сознание Геры сразу же всё составило в нужно порядке, без лишних приукрашиваний. Джарилла убили… и теперь Аленсис захвачен неким Видарром.
— А Джар вернется? — дрожащими губами тихо спросила волшебница: — Ну… Чтобы просто вернуть себе трон… Или… Хотя бы, как простой босс…
— Модераторы отправили его на свободу и запретили приближаться к игре до конца жизни. Так что — боюсь, мы его больше никогда не увидим. Однако, со стороны модераторов была допущена страшная ошибка и мы… — всё, что Кратос говорил дальше, уже проскакивало мимо ушей Геры. Её сердце медленно начало покрываться льдом, а ноги готовы были вновь уронить девчонку в маки…
Перед её глазами теперь была только одна фраза: «Никогда не увидим».
* * *
В своей старой жизни (да и в новой тоже) я осознал один важный нюанс — мы нафиг никому не нужны в этом мире. Да, есть родня и парочка друзей, которым, возможно станет грустно на пару дней, когда ты скурвишься, но не более того… Мы все — лишь гости в этом мире. И все наши взаимоотношения всегда имеют срок годности.
Именно поэтому, когда я в очередной раз понял, что Аль — реально мой самый близкий человек в Рагнакаре, мне хотелось крушить за неё. Развязывать войны, убивать и разрушать. Не важно, была ли она влюбленной дурочкой, которая разглядела во мне что-то хорошее… Или же просто поняла, что нам с ней по пути. Суть в том, что она была предана мне. А верность в современном мире очень дорогого стоит.
 
— Не знаю, кто ты такой… Но силёнки есть. — сплюнув кляксу крови, с ухмылкой произнёс Смоуг, размахивая цепом.
— О, поверь мне на слово — моих силёнок хватит, чтобы ты начал землю жрать. — злобно ответил я, и поманил божка в атаку.
— Вот я никогда не понимал одного… — Смоуг взмахнул цепом и сделал выпад, но я без особых проблем отразил атаку. Правда, прочность клинка оставляла желать лучшего… Боюсь надолго его не хватит: — Почему вы все так слепо преданы этому самовлюбленному курдюку?! Что такого он для вас сделал?! Зачем вы защищаете его любовницу?
— Тебе не понять… — нырнув под очередной удар, я порезал божку щеку и ударил ногой по нижней челюсти. Да уж… Теперь урон наносился куда хуже. Мне придётся потратить уйму времени, чтобы забороть его: — Нужно уважать своих, и тогда они будут уважать тебя.
— Уважать?! — Смоуг лишь злобно расхохотался: — Джар никого не уважал. Для него мы все были, как пешки… Шестерёнки в его огромном механизме! Он лишь дергал за верёвочки и управлял нами, как ему заблагорассудится. А ещё… Джар не признавал никого. Для него попросту не было равных! Только низшие. Грязь, которой невозможно прокачаться до его уровня.
— С чего ты взял? — увернувшись от серии ударов, я вновь юркнул под мощные руки божка, а затем с выпадом пронзил его живот. Да… мне понадобится неделя, а возможно и месяц, чтобы уронить полоску хп Смоуга. И самое омерзительное, этот ублюдок использовал небесное благословление! Это восстанавливало до 70 % полученного урона.
— Когда Джар понял, что я начинаю приближаться к его мощи — он выкинул меня из Аленсиса. Бросил на произвол судьбы! — прорычал божок, случайно разнеся цепом все камеры для заключенных: — Оставил мне лишь баночку с зельем и пару кинжалов… Решил унизить меня. Посмеяться надо мной! Потому что Джар не терпит никого, кто сильнее… И я был счастлив наконец-то выбить его. Этот лицемер получил по заслугам!
— Так ты раньше служил Джару? — сделав максимально удивленный голос, спросил я, после чего запрыгнул на плечи Смоуга и пробил его шею лучом проклятой энергии. Божка аж затрясло от дикой боли!
— Аггррхх… — скинув меня, он попытался накрыть сверху ударом цепа, но я успел выкрутиться: — Он был мне, как брат! Мне казалось, что ближе человека у меня никогда не было… А, в итоге, он просто выбросил меня! Использовал и выбросил!
— Так ты Смоуг, да? — я сделал выступ вперёд, и увернувшись от могучего кулака, зарядил по животу божка огненным копьём последнего уровня.
— Всё верно… — прокашлявшись, ответил он.
— Я знаю твою историю. Ты никакой не брошенный бедный ронин. Ты обычный сумасбродный психопат, который решил отомстить за свои детские неудачи! Почувствовал силу и начал перегибать палку. Ты был угрозой для идеальной системы Короля Демонов! За это и был свергнут. Так что не надо ныть. С большой силой приходит большая ответственность. А не маниакальное истребление всего живого. Понял? — разогнавшись, я отвесил Смоугу мощную пощечину, а затем нанёс серию ударов клинком, который всё же не выдержал и разлетелся на кучу маленьких осколков. После этого пришлось ударить адской энергетической волной по потолку, и огромные куски камня завалили божка. Правда, сильно сомневаюсь, что это надолго…
— ПРИНЦ!!! — прокричала Альморей. Сердце больно кольнуло, и я пулей устремился в сторону погребов. Там меня поджидала не очень приятная картина… Архивеллиалы напали на первый отряд. Четверо магов уже пало, и теперь там остались только израненный Георгин, который закрывал собой Аль и Лэр.
— Ну это ж надо, а? Вы поглядите, какой милый мальчонка к нам пожаловал! — прохрюкал один их охранников Олимпа.