Змей - искуситель для Неприступной (СИ)

Граф подскочил на ноги, чтобы предупредить своего гостя о приходе жены, но... в гостиной он находился один.
Растерянно оглядевшись, мужчина упал в свое кресло.
Каков товар, таков и торговец. Наверняка он сам Иной.
В комнату вошла женщина в сером приходском наряде. Ее волосы были спрятаны в обычный пучок. Ни одна волосинка не выбивалась. Взгляд был серым и безрадостным. Она давно перестала привлекать своего мужа как женщина. Серое Ничто мало кого могло бы заинтересовать. Над ее верхней губой виднелся маленький белесый шрамик – напоминание о насильнике.
Анабель подошла к супругу, пьющему в одиночестве, и протянула ему конверт.
— Твое ежемесячное содержание.
Мужчина отвернулся. Сделал вид, что ее здесь нет и быть не должно.
— Как хочешь, — конверт отправился в женскую сумочку. — Когда понадобится, попроси.
Женщина неодобрительно взглянула на виски и направилась прочь из комнаты.
— На стол положи, — ее остановил голос супруга.
Не переча, она поравнялась со столом, за которым находилось огромное окно и отодвинутые шторы.
Яркий солнечный свет ударил ей в лицо. Пришлось зажмуриться. Немного привыкнув, она все же замерла на пару секунд, смотря на огромное синее небо и верхушки деревьев. В серых глазах отразился солнечный луч. На мгновение краешки ее губ поднялись вверх, делая лицо милым и жизнерадостным.
Конверт был водружен на стол. Женщина ушла наверх и включила магпластинку с какой-то заунывной трелью.
— Достала, — прошипел граф и опрокинул в себя последние капли виски.
Но тут он поперхнулся, увидев недавнего торговца, смотрящего на ступени. Мужчина загадочно улыбался и будто тянулся туда, где играла тихая соната.
Кивнув на прощание, Торговец исчез.
  
2
 
Молодая женщина бежала по мощенной улочке, торопясь в книжный клуб. Ее догонял мелкий и холодный дождь. Цепляя за пятки, скатываясь за воротник и впитываясь в серое платье, вода подгоняла припозднившуюся девушку. Когда в небе сверкнула молния, а следом раздался гром, Анабель перестала играть в догонялки с природой. Вынужденно признала себя проигравшей и затормозила под навесом лавочника. Тяжелое платье, набрав воды, утягивало плечи вниз, а противные холодные ручейки ползли по ногам и спине.
— Опоздаю, — вынужденно признала девушка, крепко прижимая к себе папку с исписанными листами.
Заметив на другой стороне улочки небольшую толпу, мадам решила узнать повод ее образования.
«Это лучше, чем стоять под холодными потоками ветра и дрожать», — решила она.
Немного пробежав под разразившимся ливнем, она вклинилась в строй местных торговцев и лавочников.
— Да полицаям его сдать! — не выдержал один. — Расселся тут. Торговле мешает. Клиентов своими глазищами пугает.
— Может к храмовникам его лучше? — предложил кто-то жалостливый. — Он же бесчинств не чинит, а просто сидит там где ноги не удержали.
Причина их спора стала ясна через некоторое время. Анабель пришлось протиснуться вперед чтобы разглядеть тощее тело в обносках, которое устало привалилось к стене одного из магазинов. Почти над самой головой бездомного висело объявление «Забирайте, по цене закупки», но относилось оно к товару, а не к внезапному гостю. Но все же, почему-то молодая графиня улыбнулась этому совпадению.
«Было бы забавно, если бы этот нищий нарочно присел тут».
Толпа гудела и толкалась. Находиться в кругу людей было неприятно, но девушка стояла. Решив, что это представление точно ее не касается, госпожа решила удалиться. Но именно в этот момент полицаи обратили внимание на образовавшееся столпотворение и решили побыть любопытными.
Торговцы знали, что закон бывает нечестен к простым обывателям и им здесь делать нечего. Стали спешно расходиться и толкаться. Один раз удар попал девушке в плечо и она отошла на пару шагов назад, пока не врезалась спиной в другого участника столпотворения.
— Прошу прощения, — произнесла миссис Соундаль и спешно отошла от человека, чтобы не мешаться на его пути.
— Стой где стоишь, Иной! — крикнул полицай.
 
«Стой? Но он ведь сидел. И почему Иной?»— промелькнуло в женской голове, прежде чем ее плечо поймали в сильный захват.
Испугавшись, Анабель повернулась и охнула. Ее удерживал перед собой нищий.
Два метра ростом. С длинными мокрыми волосами. Цепкими руками и пронзительными синими глазами, которые в сумраке непогоды сверкали.
«Вот почему Иной. У обычных людей так глаза не сияют», — пронеслось в ее голове, прежде чем мужчина решил уйти от встречи с законом.
Дернув госпожу на себя он прикрылся ей от правоохранителей. Но что он там пытался спрятать за мизерным телом? Полицаи прекратили приближаться.
— Отпусти заложницу! Что ты хочешь?
— Заложницу, — пробормотали бледные губы Анабель.
С ее лица и конечностей отхлынула кровь. Она и представить себе не могла, что когда-нибудь станет героиней своих романов. Только там, на страницах бумаги были любимые властные мужчины, добропорядочные разбойники и богатые нищие. Но сейчас, когда тощее мужское тело дернулось в сторону, чтобы сбежать отсюда, писательница почему-то не обрадовалась.
Только на страницах книг героиня вдохновленная лишь одним профилем мужчины, могла пойти с ним куда он требовал. Но в жизни все было не так. И смотря на хищные черты лица нищего в голову шли не любовные приключения, а картинки убийства одной глупой авторши.
— Отпустите! — резко дернулась Анабель, но сильная хватка лишь сжалась крепче.
Нищий выволок женщину под проливной дождь и резко дернул в сторону переулка. Тут он побежал, мало обращая внимание на едва успевающую и кричащую заложницу.
Полицаи не отставали. Они вызвали подмогу. Неразлучную парочку окружали.
Девушка выбилась из сил, давно потеряла свою папку, вся промокла, не разбирала дороги и уже, как тряпка, колыхалась на руке своего похитителя.
Не приспособлена графиня к бегу на длинные дистанции.
И тут, за очередным громом над головой последовала боль в многострадальном плече. Иной что-то шептал себе под нос, а его глаза сияли холодным, безэмоциональным светом.
Закричав, девушка схватилась за плечо и принялась сдирать с него прилипший рукав, но было уже поздно. Конечность обхватил черный венок, который буквально впивался в нежную кожу своими шипами. Через долю секунды он превратился в синий рисунок, а потом и вовсе исчез. О его наличии напоминало лишь мерзкое саднение.
Сидя в участке полицаев и рассматривая свои руки, девушка не понимала всей ситуации. В десятый раз объясняла весь свой распорядок дня.
— Утром была у мадам Флоренц, — девушка не стеснялась говорить о таких вещах.
Кабаре Флоренц знали все мужчины и самые богатые заказывали туда билеты каждую неделю. Там выступали прекрасные девушки и лишь некоторых из них можно было купить. На остальных только смотреть. Но писательницу интересовали необычные истории знакомств и описание некоторых сцен.
Тут ее голова закружилась, а тело стало неимоверно тяжелым. На оголенном плече проявился венок. Девушка потеряла сознание, свалившись со стула.
Пригородный участок заволновался. Загудел и не сразу понял, что нищего мужика далеко увезли. Его хотели просто бросить в яму, но после обморока Анабель, захотели допросить. Неопрятного бездомного не смогли разговорить, а молодой графине полегчало. Иного опять отправили с глаз долой и почти в тот же миг, Анабель стало еще хуже. У женщины началась рвота, которая опять забрала ее силы и сознание. Ситуация выходила ужасная. Надо было что-то делать, но никто ничего не понимал. Кроме... Иного, который стал сопротивляться, когда его уводили прочь от участка. Он не позволял себя сдвинуть с места, хоть и оставался обмотанный цепями. Решили вернуть заключенного для более тщательного расследования, а не просто спрятать за решетку и через несколько дней выпустить.
Как только нищего подвели к дверям кабинета медчасти графиня очнулась.