Оскал столицы (СИ)

Шайред Четвертый почувствовал некоторый дискомфорт, легкую тревогу и смущение.
— Так вот, нет у тебя таких инструментов, — объявила Аиша, — монет у него за две недели больше чем у города за несколько лет. Он еще свои в Самур вкладывает. Силы он не потерпит, а я на его сторону встану, сразу говорю. Я конечно не думаю, что ты такое учудишь, да и мамка тебя остановит, но предупреждаю сразу: не надо быть тем дурачком из истории, рассказанной однажды Создателем Гермесом, который курицу золотую взял, да и зарезал. Власть ему не нужна, она для него просто инструмент, которым он изменяет мир. Так что ты его не купишь, не запугаешь, не обманешь. Нечем тебе на него влиять, кроме как может быть мной. Но я такого не позволю. А значит, что тебе остается?
— Что? — робко спросил пристыженный король.
— Рациональный подход, — строго помахала пальцем Аиша. — Смотрим, покровительствуем, приветствуем инициативы, крышуем от всяких недоумков, чтобы Джерк случайно их к Создателям не отправил. У него маги АоЕшная, выносит сразу полусотню икс-пятых големов с запредельными резистами к магии. Вот оно нам надо, чтобы из-за какого-то знатного придурка пол-столицы сгорело?
— Такая магия меня пугает, — призналась Найзирия, — за ней нужен постоянный контроль.
— Создатели-основатели, — закатила глаза Аиша, — присмотрю я за ним. Ваше дело складывать золотые яйца в корзину. Объясняю вам как я его понимаю. Самое смешное, что он считает меня идеалисткой. Дескать как прабабка, кровь из носу, всех монстров с мира вынесу.
— Да, со стороны так и выглядит, — призналась принцесса, наматывая машинально локон на палец. — Ариша для меня идеал в том смысле, что не пожалела жизни, за принципы, веру, за страну и её жителей. Но мне кажется, Джерк Хилл может показать другой путь. Магия и возвышение сами по себе могут не принести мир в наши земли. Я-то думала всё дело в монстрах: они тормозят развитие ремесел, науки, искусства, экономики. Но что если еще дело в нас самих? В наших представлениях о мире и справедливости, системе управления, распределения богатства, технических новшествах, в философских идеях, в конце концов? Джерк Хилл сам по себе, без всякой магии, обладает цельным представлением о мире и как он должен быть устроен. Вот в чем его главная особенность, вот почему мне настолько интересно с ним, что я готова бросить родной дом и отправиться за ним на край света. Знания, адаптивность, умение их применить — его главная фенечка.
— Звучит слишком невероятно, — пробормотала Найзирия.
— Ах невероятно! — разозлилась Аиша, — а что ты скажешь о том, как после того, как мы справились с пятью с лишним тысячами Муэрто, наша команда столкнулась с другой цивилизацией, использующей иной тип оружия, агрессивной, отправившей простой полк на разведку других земель из тысячи одаренных? И он с ними разобрался-договорился за пару часов!
Шайред Четвертый почувствовал, как его сердце с неимоверной скоростью падает куда-то вниз.
— Тысяча одаренных на границе Шайна? В семидесяти километрах от столицы? — уточнил он, машинально вспоминая дислоцированные близи от столицы воинские подразделения и количество одаренных в них.
— Пять тысяч Муэрто? — ахнула королева, покрываясь бледными пятнами.
— Мда, — проворчала Аиша, — это будет долгая история. Что же, слушайте с самого начала.
* * *
— Ваше величество, — поклонился я Шайреду Четвертому, а затем королевскому совету, — ваши светлости и милости, позвольте рассказать, как я вижу политико-экономическую обстановку в округе, что мною сделано и что предстоит сделать на посту королевского наместника.
Заседание королевского совета началось в одиннадцать, вместо десяти утра. Особо я не мандражировал: подошел вместе с приставленным слугой, показывавшим дорогу к залу, прикорнул в уголке, вместе с собирающимся народом, на большой софе, развалился барином и подавил массу. Ко мне кто-то подходил, тяжело сопел под ухом, но я просыпаться и вступать в разговоры категорически не желал. Вообще побоку: никакие такие интриги, прощупывание позиций, мутные крутки, знакомства с элитой меня не привлекали. Администрация короля — это её величество Найзирия. С кем скажет, с тем познакомлюсь, всё остальное надо отсекать. Ни к чему хорошему не приведет, только время потеряю.
 
Часов в одиннадцать назойливое гудение шепотков, шарканье туфель о паркет стихло, раздались гулкие шаги, я зевнул, открывая глаза и уставился на его величество Шайреда Четвертого.
Король подобрался вплотную ко мне и обозревал мое сонное тельце с некоторым интересом. Одет он был под низ королевской мантии в свитерок, связанный Камией Тайлид, из чего я сделал вывод, что принцесска плешь Шайреду качественно выгрызла и это знак расположения ко мне.
Хорошо, этому королю место в моём рукаве.
— Ваше величество, — доложился я, вскакивая с поклоном, — снилось, что отгружаем первую тонну железа в столицу из самурских шахт. Страшно было просыпаться, пришлось работать!
— Складно глаголишь, — одобрил король и обратился к присутствующим, — перед вами новый наместник Самура Джерк Хилл. Не далее, как позавчера, он зачистил местные шахты от големов, сделав то, чего не сумели королевские войска Шайна.
Я вообще из всех советников только Сентенту и Ферми знал. Первый скривился словно ему зуб мудрости без наркоза выдрали, второй сохранил туповато-набыченное выражение лица. На остальных лицах было удивление, недоверие, радость и задумчивость. Ну да, цены упадут на металл: слегка подешевеют гвозди, посуда, оружие и броня в перспективе, вырастет цена на древесный уголь, поташ, бревна. Что-то такое прикидывали эти морды, хотя может я слишком хорошего о них мнения?
— Потому на совете мы первым заслушаем нашего наместника в Самуре, — установил регламент Шайред Четвертый, — утвердим грамотой его наместничество и поощрим его милость.
Это он без вариантов сейчас просто показал, что следует делать остальным. Одобрять королевского протеже и бросать вверх чепчики.
Мы прошли в малый королевский зал и там я начал свою эпохальную речь.
— На посту королевского наместника вижу своим долгом повсеместное укрепление института королевской власти, — бодро продолжил я. — повышение налогооблагаемой базы, стимулирование крупного, среднего и мелкого бизнеса, расширение производств, качественное улучшение инфраструктуры городской и окружной, рост заработной платы, нулевую терпимость к преступлениям против жизни, свобод и экономической собственности подданных Шайна.
Краем уха я слышал от публики как восторженное «вот чешет-то!», так и недоуменное «я больше половины слов не понял», поэтому решил детализировать. Но сначала я им рассказал, как утихомирил шайку преступников из соседнего феода, пожег отступников, зачистил данжи с ужаснокроликами, импами и големами, захватил «Чудесную Долину». Расписал я при этом подвиги принцессы, скромно оставив заслуги остального КОМа за кадром.
Выглядело это примерно так: гуляя по округе, увидели принцессу, сражавшуюся с огненными великанами и помогли, отвлекая страшных монстров своими прыжками и ужимками. Подносили баночки с маной Аише, пока та выжигала деревню гоблинов. Чушь полная и все кажется об этом догадывались. Но Шайреду Четвертому приятно, а мне пофигу.
— Это звучит очень воодушевляюще, — пошамкал губешками граф Сентента, — но как вы собираетесь увеличить налогооблагаемую базу? Введением новых налогов на подданных? Вы не опасаетесь бунта?
— Нет, ваша светлость, — отвечал вежливо, — никаких налогов и даже снижение оных для самурских купцов и ремесленников на период ярмарки. Хочу на ней остановиться подробнее. На мой взгляд межрегиональная ярмарка — мероприятие, имеющее государственное значение. Во-первых, это естественная миссия государства устранить препятствие между производителем и потребителем. Во-вторых, сильнейший стимул для развития региональных ремесел, торговли, производства. В-третьих, ярмарка — это модель кросс-культурного взаимодействия. Способствует объединению земель вокруг королевской фамилии, сшивая лоскуты разных округов в единое одеяло королевства. Насколько ярмарки успешны, настолько подданные его величества счастливы. В-четвертых, это монетарные и коммуникативные блага для всех жителей. Счастливый и сытый подданный любит своего короля, вернейший ему союзник, поддерживает во всех начинаниях.