Афганский рубеж

Ну, теперь пазл сложился. Плохое отношение начальника штаба к Сашке понятно. Оказывается, не только в УАЗике было дело.
Между этажами стояли двое, прикурив сигареты. Слышали они всю речь Тоси.
– Богатырь! – показал мне поднятый вверх большой палец один из мужиков.
– Мужик! – оценил «достижения» Клюковкина другой.
Что тут скажешь, лучше бы так усердно летать учился. Но хоть на личном фронте у него жизнь «бурная».
Не прошло и десяти минут, как в дверь снова постучались. Это был Батыров.
– Чё делаешь? – спросил он.
– Собираюсь.
– На ужин приходи через полчаса.
– Приду, – спокойно ответил я.
В назначенное время, прибыл в квартиру Батыровых.
– Проходи, – завёл меня Димон и тут же свернул в кухню.
Из комнаты послышался топот детских ног и шарканье тапочек.
– Саша, проходи, – улыбчиво встретила меня Светлана Батырова.
Привлекательная женщина. Добрый взгляд карих глаз и широкая улыбка. Повезло Батырову с супругой!
– Дядь Саш, а к вам сейчас кто приходил? – спросил у меня Денис, пожимая протянутую руку.
– Знакомая, – улыбнулся я.
– Папа сказал, что она громче всех кричала ваших знакомых. Сюда ведь каждую неделю приходят.
Светлана быстро отправила Дениса мыть руки и извинилась за такую откровенность. Похоже, Клюковкин перед Афганистаном «сжёг все мосты», расставшись со всеми девушками.
Ужин был очень вкусный. Денису больше понравился принесённый мной торт «Сказка». К мясу он не притронулся.
– Спасибо, Светлана. Очень было вкусно, – поблагодарил я.
– Пожалуйста. Чаю сейчас налью.
Денис потянул отца в комнату. Что-то там нужно было помочь построить из металлического конструктора.
В этот момент Светлана развернулась и выронила из рук пустую чашку. Я успел поймать у самого пола. Подняв глаза, я увидел, как нервничает супруга Батырова.
– Простите, Саша. Из рук всё валится.
– Вы сядьте. А я сам налью. Не против? – спросил я, и Светлана села на стул, утерев слезу.
Я взял упаковку с чаем и насыпал его в заварник. Заметил, что на упаковке стояла надпись Чаеразвесочной фабрики Иркутска. Я даже и не подозревал, что когда-то была такая.
– Саша, я…
– Успокойтесь, Светлана. Расскажите, что в городке происходит интересного. Слышал за начпрода много интересного.
– Ой, что у него только не происходит, – отмахнулась супруга Димона.
Надо женщину отвлечь, чтобы она не думала о предстоящей командировке мужа. Пока Светлана рассказывала, какие слухи ходят в местном магазине, появился и Димон.
– Там начался фильм, – сказал Батыров, присаживаясь рядом.
– Точно! «Дождь в чужом городе». Интересная кинокартина. Не смотрите. Саша?
– Времени нет, – ответил я.
– Конечно. Столько гостей… – усмехнулся Димон, но его в бок толкнула Светлана.
– Да, парень я компанейский!
Света взяла чай и пошла в зал, где уже заиграла музыкальная заставка из фильма.
– Волнуешься? – спросил у меня Батыров, доставая пачку «БАМ» с железнодорожной символикой крылатого колеса.
– Любой будет волноваться. Но это наша работа.
Батыров кивнул и закурил.
– А я вот боюсь. Не верю в то, что там нам только борщи нужно будет развозить по заставам и постам.
Димона чуйка не подводит. Только раскисает он на глазах.
– Ты соберись. Мы не умирать туда едем, а служить.
– Но я боюсь…
– Это нормально. Важнее, чтобы ты мог страх преодолевать.
– Не за себя боюсь. У меня жена и сын. Кто потом о них позаботится?
Настрой у Батырова не самый оптимистичный. Мне рассуждать проще – я уже не первый раз буду участвовать в войне.
Но Афган, это не Чечня, не Африка и не Сирия. Хуже местности для армейской авиации не придумаешь. Опыта мне не занимать, но это нечто другое.
– Ты умирать собрался? – спросил я.
– Нет, конечно!
– Тогда и не бойся. Приедешь и позаботишься, – похлопал я его по плечу.
Батыров дёрнул плечом, чтобы сбросить мою руку.
– Ты-то откуда знаешь?!
– Я знаю, что только слаженная работа в экипаже и хладнокровные действия помогут выполнить задачу. И выжить. Тебе, кстати, этого и не хватило при посадке.
  
Димон задумался. Сделав пару затяжек, он затушил сигарету.
– Мне Енотаев сказал, что ставит тебя и Карима со мной в один экипаж. Мы будем слётываться в Мактаб. Потом и работать в Афганистане.
– Прекрасно. Опыт выхода из «жопных» ситуаций у нас есть, – ответил я.
В этот момент послышалось мягкое шорканье. Кажется, нас подслушивала Светлана. Димон это тоже заметил, повернув голову назад.
– Заходи, Светочка, – выдохнул Батыров.
Улыбающаяся супруга Димона медленно зашла на кухню, приглаживая волосы назад и поправляя водолазку.
– Я всё слышала. И скажу вам так, мальчики. Когда вы вдвоём, мне спокойнее.
– Это почему? – хором спросили я и Димон.
– Ну, Дмитрий у меня правильный, теоретик и паинька. А ты, Сашка – всё с точностью, да наоборот. Вы же дополняете друг друга.
Мы переглянулись с Димоном. Вряд ли Клюковкин был в дружеских отношениях с Батыровым. А тут, судьба нас свела. По взгляду Димона я понял, что не стоит расстраивать Светлану и согласиться с ней.
Может она и права. Скоро узнаю.
Утром в назначенное время я вышел из дома и направился к автобусу у дороги. Рядом уже стояли Бага и Мага, рассказывая о приключениях в прощальный вечер.
– Я женюсь. Вот тебе слово даю, Бага! Распишемся с ней, как приеду. Так ей и сказал, – бил себя в грудь Магомед, рассказывая о девушке, которая будет его ждать.
– Ай, ты не мне слово давай. Ей говори, что Мага слово дал.
– Сашка, а чего там Антонина кричала? Я своими ушами услышал от Баги. Клянусь, он мне так сказал, – обратился ко мне Мага.
– Любит она меня, но мы расстались. Так уж вышло.
Бага и Мага переглянулись, а потом поочерёдно пожали мне руку.
– Джигит! Вот он, Бага! Кремень! Камень! Сначала война, а потом свадьба. Как я прям.
– Эй, это я тебе дал хорошую идею потом жениться на твоей Передовой… то есть Передковой.
Тут я решил, что стоит отойти в сторонку. Нечего сейчас перед отлётом выяснять отношения с Магомедом. Как это он ещё не узнал, что Клюковкин был «гостем» у Верочки Передковой.
Закинули вещи в машину, дождались ещё нескольких человек и поехали на аэродром. Димон выглядел серьёзным и всю дорогу молчал.
Проехали КПП и ускорились. Через несколько минут въехали на стоянку вертолётов. Техники крайне много.
В 171 м полку целых 4 эскадрильи. Две эксплуатируют Ми-8, одна большие вертолёты Ми-6. И есть ещё одна, которая только формируется. Ей предстоит летать на Ми-24.
Стоянка ломилась от количества вертолётов. Огромные Ми-6 занимали большую часть, а Ми-24 и вовсе стояли крайне близко друг другу.
Мы свернули на перрон, за которым открывался вид на стоянку неиспользуемой техники. Старые, разобранные и занесённые снегом «дедушки» армейской авиации – Ми-1 и Ми-4.
Через минуту мы остановились и начали выгружаться. Обойдя машину, нашему вниманию предстала потрясающая картина.
Наши винтокрылые «рабочие лошадки» стояли без лопастей, редукторов и на спущенных пневматиках. Напротив них, открытые грузовые кабины нескольких транспортных самолётов Ил-76.
Погрузка уже идёт полным ходом. Техники заносят снятые лопасти, затягивают главный редуктор с помощью лебёдок.
А в это время первый самолёт уже загрузился и закрывает створки грузовой кабины. Скоро он отправится в Мактаб – аэродром в Узбекистане, вместе с передовой командой. Там нас ожидают две недели подготовки в условиях пустыни и гор.
– Строиться! – услышали мы команду от Енотаева.
Рядом с ещё одним исполином – Ан-22 начинает собираться технический состав. В один такой самолёт вся эскадрилья уместится спокойно.
Быстро выровнялись. Заместитель командира эскадрильи по инженерно-авиационной службе проверил техников и доложил Ефиму Петровичу, что все на местах.