У рассвета цвет заката.Книга 1 (СИ)
В лабиринтах дворцовых залов, холлов, покоев и бесчисленных колонн Аликаниата ориентировалась легко и до нужного помещения мы добрались быстро, мне даже не хватило времени решить случайно, назвав имена, Лефлан не назвал фамилии или умышленно, чтобы не добавлять лишних переживаний. Потому как к имени Кэролиана прилагалась фамилия Эш-Шаркор. То есть, я, конечно, знала, как зовут нашу императрицу, но представить, что «предупредил» обо мне Леф ее… Ни одна мысль не повернула в этом направлении. Действительно, полный стазис.
Императрица занималась делом, хорошо мне знакомым. С искренним любопытством рассматривала разноцветные пятнышки на ладонях, еще совсем бледные, едва видимые. Четыре девушки в этом процессе ей помогали, любопытством поддерживали и наперебой комментировали:
— Синее ярче.
— Теперь зеленое.
— Ой, а желтое меньше стало, кажется.
— Кэрол, смотри, оранжевое светится!
Голос Аликаниаты немедленно влился в этот хор со срочным выяснением что, как и почему. И почему она обо всем узнает последней. Если бы не изысканные наряды и окружающая роскошь их было бы не отличить от обычных девушек. Всех, включая императрицу. На портретах Кэролиана Эш-Шаркор, как и Райбаш, выглядела значительно старше и солиднее. Хотя, если задуматься… Да просто на себя посмотреть. У нас всего-то два года разницы. Много ли солидности прибавится во мне за два года? А если задуматься дальше и начать привыкать к тому, что настоящая жизнь Лефа была все-таки здесь, то и удивляться его друзьям стоило перестать. В смысле, тому, кто его друзья. Только привыкать к этому было сложно, а как вести себя — непонятно.
— Ами Эргон, Лефлан считает, что, если я буду называть Вас просто Вайраладой, Вы не обидитесь. Он прав?
От веселой легкости тона императрицы и упоминания Лефа стало чуть легче.
— Безусловно, Ваше величество.
— Тогда открою Вам небольшую тайну, ко мне тоже можно обращаться по имени. В неофициальной обстановке, разумеется.
— Как скажете.
— Уже сказала. Теперь Вы нам расскажите, что это и как с ним быть, — она выставила ладони вперед. — Вам ведь это известно. Да, подойдите ближе, не смущайтесь. Присаживайтесь, будем пить чай и знакомиться.
Познакомиться с ней хотелось, Кэролиана Эш-Шаркор была еще приятней и обаятельней, нежели Аликаниата Юг-Сал, но был еще Райбаш Эш-Шаркор.
— Благодарю за приглашение, Ваше величество, но считаю своим долгом предупредить, что Его величество ко мне не благоволит. Я не желаю доставить Вам неприятности своим присутствием.
Я и в самом деле этого не желала и совсем не понимала, о чем думал Леф, устраивая это знакомство.
— Девочки, — императрица хлопнула в ладоши, ойкнула и испуганно посмотрела на ладони, потом на меня. — Им это не повредит?
— Нет, — заверила я. — Совершенно.
— Хорошо! — она снова расцвела улыбкой. — Очень хорошо. Жалко такую красоту потерять. Девочки, погуляйте немного.
— Как? — заупрямилась одна из девушек. — Погулять и ничего не узнать? Кэрол, я этого не перенесу. У меня голова взорвется от догадок и носить шляпку станет негде. Чем тогда хвастаться на раутах? — она трагично заломила руки, все остальные дружно залились смехом. — Вайралада, сжальтесь, всего пару слов о красоте, и мы исчезнем.
Знала бы я еще что сказать. И что можно сказать. И кому. Наилучшим выходом мне показалось уйти от ответа. В крайнем случае, переадресовать вопрос к тем, кто точно знает, что и как отвечать.
— Боюсь, я не смогу помочь. И не очень понимаю почему вы решили, что могу.
— Моя вина, — призналась императрица. — Разболтала секрет государственной важности. Только меня о секретности предупредили после того, как разболтала.
— Все равно не смогу. Просто сама почти ничего не знаю. Возможно, ам Манжур или ам Сартар что-то подскажут.
— Андуаш! — обрадованным хором выдохнули девушки.
— Кэрол, мы на поиски, — продолжила их хор Аликаниата. — Найдем и приведем.
— Отличная идея, — поддержала императрица. — Без меня не расспрашивать. Алика, под твою ответственность.
Девушки во главе с Юг-Сал ретировались, Кэролиана придвинула две чашки, наполнила их чаем, я зачем-то пересчитала оставшиеся. По их числу выходило, что нас ждали. Или не нас, но кого-то двоих точно.
— Присаживайся. Я знаю, как к тебе относится Райб, а он знает, что я собираюсь с тобой встретиться, можешь не волноваться об этом. Ему интересно, какое впечатление сложится у меня. Так что устраивайся поудобнее и настраивайся на долгое знакомство. Не могу же я подвести императора?
— Не можете, — согласилась я и решилась: — А я могу задать один вопрос?
— Можешь. На тот, что возникнет за ним, я отвечу сразу. Лефлан арестован. Не бледней, всего на пятнадцать часов, минимальный срок, в десять послеполуденных его отпустят. У Райба не было другого выхода. Он считал, что обезопасил себя, назначив аудиенцию на ранее утро и не вызвав секретаря. По закону неудачных обстоятельств, в разгар общения в Малый зал явился Иг-Рейз, министр промышленного обеспечения, пакостный человек, нехороший. Разговор с императором на повышенных тонах не мог остаться безнаказанным. Даже для Ют-Раша. Арест закрытый, не подлежащий огласке, большего Райб сделать не мог.
Тугой комок, сжавший все внутри, не желал распадаться и мешал дышать. Умом я понимала, что пятнадцать часов ареста — это мелочи, и что отбывает их Леф, скорее всего, с максимально допустимым комфортом, но от самой фразы «Лефлан арестован» и понимания, что арестован из-за меня хотелось кричать и бежать непонятно куда. И совсем некстати и не по делу в памяти всплывала картина из модели вероятностной ситуации. Ситуация была совсем другая и ничего по-настоящему страшного Лефлану не грозило… наверное, не грозило, но…
— Это я виновата…
— На твоем месте я бы тоже так считала. А на своем попробую объяснить. У Райба повышенное чувство ответственности за тех, кто ему близок. В своем стремлении защитить он не видит границ и порой превышает все возможные пределы. Иногда рядом с ним приходится очень трудно. Особенно тем, кто близок. Он может обидеть, не поняв этого, и сильно усложнить жизнь, считая, что поступает во благо. Изменить его невозможно, Райб такой, какой есть, и остается только принимать его таким. При этом поверь, он не задумываясь, пожертвует собой, лишь бы уберечь от опасности меня, Лефа, Анда, Чарша, Алику, тех, кого считает семьей или друзьями. Теперь посмотри, как все выглядит в его глазах. Девица среднего сословия, скромного достатка, с едва зарождающимся семейным древом. Получить Лефлана для такой — билет в новую жизнь. По древности рода Ют-Рашам нет равных, одно из самых крупных состояний империи, наследственная магическая одаренность. Плюс первая очередь в престолонаследовании и право решающего голоса во всех обсуждаемых делах. Понимаешь?
Я повторила то, что вчера говорила Райбашу:
— Понимаю. Мне все это не нужно, мне сам Леф нужен.
— Тогда ты не расстроишься, узнав, что от престолонаследования он утром отказался?
— Только в одном случае, если он сам этим расстроен.
— Расстроен, — подавив смех подтвердила Кэролиана. — Маневр не прошел, Райб отказ не принял. Ты свои ответы получила. Моя очередь. Сначала это. Покажешь, какие у тебя?
Я стянула перчатки.
— Ого! — оценила императрица. — Сразу такие были?
— Нет, они как у Вас были. Это магия просыпается… или возвращается. Только другая, не та, что была. Но все плетения работают так же, потоки управляются, вектора складываются. Это если из старого, новое мы еще не пробовали.
— А растет от чего?
— От Лефа… ой… В смысле, чем мы ближе, тем быстрее идет процесс. Сначала они вообще исчезали, если мы отдалялись, теперь держатся и вот…
— Ясно. Мне таких долго ждать. Райба я эти дни чаще на портретах вижу, чем вживую. Ладно, подожду. Расскажи о себе. Что сама захочешь, то и расскажи.
Задачу Кэролиана Эш-Шаркор задала не из легких и, кажется, я с ней не справилась. Рассказывать мне хотелось только о том, что связано с Лефом. И Лефлану я в этом честно призналась, ночью, на крыше.