Недосягаемые (СИ)

Мама узнала, что я рассталась с Кириллом, и, вероятно, догадалась, что уже нахожусь в других отношениях. Повезло, что не требовала знакомства и давала мне время на то, чтобы я сама во всем призналась. Тем временем, её живот стремительно рос, а до появления моей сестры оставалось всё меньше времени.
Тим таки расстался с Машей, как и обещал. Слышала о том, что его сестра всё-таки вышла замуж, поэтому он стал более погруженным в свои проблемы, но маску веселья одевал с завидным постоянством.
Люся с Мишей до сих пор не могли решить женятся они или нет. Постоянно возникали споры, из-за которых я летала к ним, как к себе домой, чтобы успокоить горе-невесту.
Прогулка по парку всегда вызывает во мне вдохновение и внутреннюю гармонию, особенно, когда вспоминаю о том, что именно здесь, фактически, началась моя с Яном история.
Сегодня я решила сделать ему сюрприз и заявиться в гости без приглашения. К сожалению, в последнее время у меня не выпадало возможности приходить к нему и все встречи проходили на нейтральной территории, либо же у меня дома, когда родители отсутствовали.
Классное ощущение, когда, после долгого перерыва, посещаешь места, с которыми связаны самые приятные воспоминания в твоей жизни.
Хорошо отделанный подъезд, лифт и уже привычная железная дверь, в которую я впервые вошла пять месяцев назад.
От ностальгии на лице появляется неподдельная улыбка, а рука тянется к дверному звонку, нажимая на него. Долго ждать не приходится, в следующую минуту дверь раскрывается.
— Привет, — озадаченно проговаривает Алиса, но, увидев моё остолбенение, её выражение лица становится лучезарней.
— Что ты… — шёпотом произношу я, но не могу продолжить, дар речи пропадает.
— Глупая, я ведь говорила «если он захочет — я вернусь, а он захочет», — Алиса цитирует свои слова. — Захотел, как видишь.
Слов нет, а победное выражение лица бывшей девушки моего парня, причиняет несносную боль. Подавляя в себе слёзы, я позорно сбегаю по лестнице и выхожу из подъезда.
До одури противно и необъяснимо то, что сейчас произошло и почему человек, которому я доверяла, со мной так подло поступил. Предательские слёзы таки сдержать не удаётся: они текут по лицу весь путь до дома. Невероятное счастье и везение, что родителей дома нет. Закрыв за собой входную дверь, сползаю по ней на пол и продолжаю рыдать с новой силой.
Произошедшее картинками вновь и вновь всплывает перед глазами, а слова Алисы эхом раздаются внутри головы. Хочется рвать и метать, но сил совершенно нет. Это никак не поддается разумным объяснениям.
Продолжаю сидеть, даже когда слёз совершенно нет. Дверной звонок, а следом и стук неожиданно разносится эхом по квартире. Только сейчас замечаю, что у меня куча пропущенных вызовов от Яна, который в очередной раз звонит на мобильник.
— Лера, открой, — Ян продолжает настойчиво стучать в дверь. Огромный минус, что в моей квартире отстойная звукоизоляция. Последнее, что сейчас хочется — слышать его голос. — Я слышу звонок твоего телефона.
— Уходи, — оборвано прикрикиваю я.
— Что с тобой?! Я тебе четвёртый час дозвониться не могу! — злостно заявляет он, находясь по ту сторону двери.
— Вали к своей чёртовой Алисе, — дрожащим голосом продолжаю.
— К какой, к чёрту, Алисе? — удивлённо спрашивает Ян.
— Не прикидывайся дураком, я была у тебя дома, — устало объясняю.
— Да ты всё не так поняла, — мгновенно отвечает, а мне становится до одури хреново. Настолько, что тошнота подходит к горлу.
— Расскажешь кому-то другому. Противно слышать твой голос, — честно признаюсь я и, осознавая, что он не перестанет стучать в дверь, нахожу в себе силы, чтобы подняться на второй этаж, в свою комнату.
  
57
 
Следующая неделя пролетает быстро для всех, кроме меня. Я прошу маму, чтобы та договорилась с врачом о справке для меня: идти в университет ужасно не хочется. Повезло, что у меня понимающая мама, которая не стала лезть с расспросами, а просто находилась рядом всю неделю, успокаивая меня, когда я внезапно начинала плакать, и поглаживая по голове в те редкие моменты, когда мне удавалось заснуть.
 
Я попросила родителей, чтобы они не впускали никого, кто приходит, под предлогом, что я куда-то уехала на неделю. Таким образом, ни Люся, ни Тим, ни Андрей не могли попасть ко мне. Сим-карту выбросила на следующий день, потому что телефон разрывался от звонков и SMS-ок Яна, которые я удаляла, даже не читая.
Обида и боль буквально разрывала изнутри и ума не приложу, сколько я ещё страдала, если бы в один день у меня жутко не разболелся живот. К подобному уже выработалась привычка, но в этот раз боль оказалась слишком острой, поэтому мама настояла на поездке к врачу.
В частной клинике оказалось комфортно и уютно. Чем-то напоминало ту, в которой когда-то лежал Кирилл. От воспоминаний снова стало не по себе. В больнице провела немало времени: куча врачей, анализов и вопросов, на которые отвечала чисто машинально.
Пришлось пройти всех врачей, чтобы мне выписали лечение от выявленных проблем с желудком. Я, конечно, всегда знала, что моё редкое питание приведёт когда-нибудь к проблемам, но предпочитала не думать, что это произойдёт так скоро.
Все анализы я сдавала чисто на автомате, будто находясь в другом месте.
Из «транса» меня вывел голос врача-гинеколога, которая обратилась ко мне после осмотра со следующей фразой:
— Так что же вы молчали, что беременны? Вам пока нельзя начинать тот курс лечения, что был назначен, — озадаченно проговаривает женщина средних лет.
— Ммм? — единственное, что получается из себя выдавить.
— Так вы не знали? — приподнимая бровь, спрашивает она, но, так и не дождавшись ответа, продолжает. — В таком случае, поздравляю, у вас первый месяц.
Туман, окутывавший меня всю эту неделю, будто становится ещё гуще. Совершенно перестаю понимать происходящее. Ощущение, что всё происходит вовсе не со мной.
— Вы ведь собираетесь оставлять ребёнка? — настороженно спрашивает она, наблюдая за моей реакцией.
— Можете не говорить родителям? — первое, что приходит мне в голову. Повезло, что мама ждёт за пределами кабинета.
— Я дам тебе визитку, позвонишь, когда решишь, что собираешься делать, — осуждающе заявляет женщина. Видимо, такие случаи тут происходят довольно часто.
Всю дорогу домой в голове кружится тысяча мыслей, из которых я не могу сосредоточиться ни на одной. Родители задают вопросы. Их интересует, почему мне всё-таки не подходит лечение и зачем нужно ждать, чтобы прописали новое.
— Мам, я схожу к Люсе, — выходя из машины, бубню я.
— Ты уверена? — она недоверчиво смотрит на меня.
— Пожалуйста, — с надеждой шепчу, а мама кивает головой, поцеловав меня в лоб на прощание.
Как бы не хотелось рассказать ей обо всем, но не могу. Нужно самой для начала в этом разобраться. Медленно иду в сторону квартиры Люси и Миши, впервые миновав путь, лежащий через любимый парк.
Долго решаясь, всё-таки нажимаю на дверной звонок.
— Ты вернулась? — улыбнувшись, спрашивает Миша и пропускает меня в квартиру. Я лишь утвердительно киваю и здороваюсь.
Разувшись, иду в гостиную, застав Люсю за необычным занятием: она читает книгу и явно чем-то расстроена.
— Привет, — хрипло говорю, пытаясь смотреть ей в глаза, но получается хреново. Кажется, я испытываю чувство вины.
Подруга в ту же секунду смотрит на меня и, вставая с кровати, подбегает с обнимашками.
— Ужас, как же я переживала, — крепко сжимая меня, проговаривает она. — Как ты могла уехать и не сказать мне, — уже слышу обиженные нотки в её голосе.
Только сейчас понимаю, что мне её, действительно, безумно не хватало.
— Извини, — произношу, удивившись тому, как легко мне это дается. Люся, видимо, тоже шокирована, поэтому, без лишних слов, тащит меня пить чай.
Около часа мы говорим о чем-то отстранённом: заметно, что подруга боится задевать больную тему.