Недосягаемые (СИ)

— Собирайся, скоро первая лента начинается, — оповещает меня Ян, как только выхожу из душа.
Он уже расхаживает по спальне в чёрных джинсах и расстёгнутой белой рубашке, которая ему безумно идёт.
— Долбанутые у нас отношения, — произношу вслух свои мысли, когда, прыгая по комнате, пытаюсь натянуть джинсы.
— У нас отношения? — хмыкая, спрашивает, но на его губах красуется уже знакомая ухмылка.
Я ничего не отвечаю, решая просто показать язык: сейчас это кажется лучшим решением, из тех, что я когда-либо принимала в своей жизни.
— А что тебе, собственно, не нравится? — продолжает он.
— В том то и дело, что всё нравится. По-моему, это ненормально, — лепетаю, застёгивая пуговицу на джинсах.
— Быть нормальным — скучно, — парирует он.
— Но такими темпами и свихнуться можно, — предпологаю, шастая по комнате в поисках кофты.
— По-моему уже, — улыбаясь, заявляет Ян.
Наши взгляды встречаются. В этом моменте есть что-то особенное. То, что понятно только нам.
— Ну, не знаю, как ты, но я вполне адекватная, — на моем лице сияет победная ухмылка.
— Серьёзно? Это мне говорит человек, который по десять раз проверяет закрыл ли он двери и выключил ли газ? — вновь нагло ухмыляется и приподнимает вопросительно бровь.
— Я просто очень осторожна, — пожимаю плечами.
— Именно поэтому, мы возвращались обратно, когда почти дошли до университета на прошлой неделе? — парирует Ян.
— Ну, мне показалось, что я оставила воду включённой.
— Ой, точно, — протягивает он. — Но ты ведь её даже не включала.
— Подумаешь, с кем не бывает, — вздыхаю. — Я хотя бы не храплю.
— Я тоже не храплю.
— Мне, наверное, лучше знать? — конечно же, это вранье. Просто в голову ничего больше не приходит.
— Лера, — шепчет мне в ухо, отчего тело тут же покрывается мурашками. — Я знаю, когда ты врёшь.
Резко поворачиваюсь к нему лицом, отчего его губы находятся в нескольких сантиметрах и, поддавшись порыву, накрываю их своими. Ян отвечает сразу же. Поцелуй плавный и мягкий.
— Ладно, каюсь, соврала, но ты ведь тоже не идеальный, — искренне улыбаюсь.
Только вот, откровенно говоря, я не вижу в нем минусов, что меня очень настораживает.
Влюбляться в него по уши, не входит в мои планы.
— Ну, я ведь и не утверждаю обратного, — выдыхает он мне в губы. — Быстро собирайся, иначе строгий преподаватель поставит тебе двойку за опоздание.
— Пфф, напугал, — театрально закатываю глаза. — У меня есть связи, поэтому двойка мне не светит.
— Увы, но твои «связи» не влияют на оценки, — ухмыляется Ян. — Хотя, вру, влияют, поэтому теперь я буду требовать с тебя вдвое больше.
Эту самодовольную улыбку нужно только видеть, будто в лотерею выиграл.
Сегодня он не такой, как обычно, и это меня немного настораживает. Он будто подпускает меня ближе, чем раньше, но почему? Неужели из-за нашей ночи?
«Цеплять» его таким образом — это точно не то, чего я хотела. Учебный день начинается спокойно, если не брать в расчёт спонтанную драку с Инессой: кто-то написал на стене в туалете о том, что она девушка лёгкого поведения, только в более грубой форме. Конечно же, она сразу подумала на меня. Моему удивлению не было предела, когда, только зайдя в холл университета, меня резко потянули за распущенные волосы.
Отвесить мне пощечину Инесса не успела, потому что в следующую минуту уже летела лицом в стену: как-никак, давно желала это сделать.
— Я бы не стала тратить своё время на такую, как ты, — с гордо поднятой головой заявляю я.
Вокруг нас собирается куча студентов: всем интересно, что произойдёт дальше.
Инесса не учла того, что я всё-таки сильнее неё. Нападать со своей свитой на обессиленную меня, как тогда в туалете, одно дело, а теперь, когда я полна сил и могу за себя постоять — совсем другое.
Мне не жалко её, совершенно. Всеми фибрами своей души не переношу таких гнилых людей.
Пара по предмету Яна стоит первой по расписанию. И он, как и обещал, допрашивает меня с пристрастием: кажется мы даже, каким-то образом, переходим на историю. С таким преподавателем никакие экзамены не страшны. Разбудите меня ночью — расскажу весь курс наизусть.
 
— Ян Дмитриевич, — приторным голоском пропевает Виолетта, приблизившись к преподавательскому столу, как только оканчивается пара. — Сегодня всё в силе?
— Да, подходи после занятий, — не отрываясь от заполнения отчетом, отвечает он.
Да, возможно я сильно заостряю на этом внимание, но не могу безразлично реагировать на подобные выпады других девушек в сторону Яна.
Слишком ревнива, слишком эгоцентрична, слишком глупа и это всё слишком на меня давит, настолько, что кажется неподъемным грузом. Но это я! Это мои чувства и переживания, какими бы идиотскими не казались — они раскрывают меня как личность.
— Люся тебе уже звонила? — приближаюсь к столу Яна, когда однокурсники покидают кабинет. — Они с Мишей сегодня устраивают тусу, что-то типа мальчишник-девичник, только совмещённый.
— Да, только я задержусь и подъеду позже, — спокойно объясняет он.
— Почему? — делаю вид, будто не слышала его недавнего разговора с Виолеттой.
— Дополнительное занятие.
— А ей не много дополнительных? — недовольно фыркаю, скрещивая руки на груди.
— Учитывая то, что последние три занятия ты сорвала — в самый раз, — парирует ухмыляясь.
— Я ничего не срывала, — вру. — Если бы её интересовал предмет, а не молодой преподаватель, я бы так не поступала.
— Ты только что сама призналась, что намеренно мешала нам проводить занятия, — выдыхает. — Она закрывает пропущенные часы по болезни, какие претензии?
— Совершенно никаких! Хоть всю ночь тут зубрите, мне пофиг, — пытаюсь говорить как можно убедительнее, только вот ладони всё сильнее сжимаются в кулаки.
— Врёшь, — самодовольно ухмыляется Ян.
— Да иди ты, — фыркнув, пулей выскакиваю из аудитории. Ещё немного и перестала бы отвечать за свои действия.
Ну вот, в очередной раз не смогла сдержать свои эмоции. Может какую-то систему поощрений себе придумать, чтобы мотивация была?
  
50
 
Последующие пары и перемены я не вижу своего любимого, во всех смыслах этого слова, преподавателя.
Приходится сбегать с последнего занятия, чтобы помочь Люсе с подготовкой к празднику. Он должен проходить в клубе, где мы праздновали Новый год. Оказалось, что владелец — младший брат Миши. Алекс — так его зовут — по годам ровесник ребят. Ему двадцать четыре. Довольно весёлый парень, который скрасил нашу нудную подготовку зала к торжеству своим чёрным юмором, что пришёлся мне по душе.
— Почему вы так рано решили устроить девичник, заявление ведь ещё не подавали? — спрашиваю у Люси, пытаясь надуть воздушный шарик.
Всегда боялась, что он лопнет в тот момент, когда я буду держать его во рту. Страх детства, скажем так.
— Миша сказал, что не доверяет мне, и что я ещё сто раз передумаю, а на мальчишнике погулять хочется, — со смешком объясняет подруга.
— А почему праздник совмещён?
— Потому что, будь он раздельным, я бы точно передумала, — серьёзно заявляет Люся, а я даже не сомневаюсь в правдивости её слов. Лучше уж провести такое торжество без жертв, тем более человеческих.
— Как дела с Яном? — внезапно спрашивает она.
И вот он, этот момент: шарик лопается в ту минуту. Скажем так, не зря всегда этого боялась, довольно неприятные ощущения.
— Живая? — спрашивает Алекс, подошедший на шум.
— Вроде как, — губы покалывает, поэтому прикладываю к ним холодную ладонь.
— Печально, — с наигранной грустью произносит он.
— В смысле? — мои глаза округляются настолько, что Люся, заметив это, начинает ржать.
— Ну, могли бы совместить торжества и сделать три в одном, — пожимает плечами Алекс. — Экономия как-никак.
— Меня поражает твоя доброта, — смеюсь.