Недосягаемые (СИ)

— Знаешь, — внимательно осматриваю его мотоцикл темно-красного цвета, после чего перевожу взгляд на Яна, — мне больше нравится этот красавец, — все застывают в неловком молчании и вопросительно смотрят на меня, в том числе и Ян. — Если что, я имею в виду его, — кивнула в сторону темно-синего мотоцикла, конечно же, прекрасно зная, кто его владелец.
Зачем? Сама не знаю. Иногда не успеваю обдумывать то, о чем говорю.
— Ян, да ты везунчик, — радостно протягивает Тимоха. — Прокати девушку, — через время добавляет, давая осознать, что наша «борьба» пламенными взглядами немного затянулась.
Ян ничего не отвечает, лишь дает согласие жестом головы, чем вводит меня в полный шок. Приходится тут же попрощаться с ребятами
— Ты здоровская, — заявляет Тим. — Обязательно приходи ещё, мы тут практически каждый день.
Приятное тепло разливается в груди — смогла произвести на них хорошее впечатление. Правда, совсем не хочется думать о том, что впечатление произвела не я, а та девушка, которую придумала. Готова поспорить, что никто из них даже не заговорил бы, зная, что я немного младше. Но этот замечательный вечер стоит всего вранья. Пусть мне теперь в аду и придётся лизать разгорячённую сковородку.
Стоит подойти к Яну, как он без лишних слов протягивает мне запасной шлем. Видимо, часто ему приходится кого-то катать. По размеру он подходит мне идеально, а учитывая размер моей головы, покупался явно для девушки. Ну, по сути, что удивительного? Вероятно, для жены.
Быстро надеваю предложенный шлем и ещё раз махаю новым знакомым, которых, вероятно, больше не увижу.
Как могу, устраиваюсь на мотоцикле сзади Яна и тут же млею, неловко хватаясь руками сзади себя, потому что на другое не решаюсь.
— Держись за меня, — явно не просьба, а прямой приказ, — и как можно крепче.
Неловкость и смущение накрывают взрывной волной, стоит коснуться его ребер. Правда, это все вырывается из головы, когда он резво срывается с места, а мои ладони резко обхватывают его напряжённое, накаченное тело мертвой хваткой.
Щекой невольно прижимаюсь к его спине и снова чувствую пьянящий, приятный аромат. Ну что поделаешь? Тащусь я от подобных вещей. И страх мгновенно отпускает свои стальные оковы на моем горле, давая возможность сделать глубокий вдох свежего воздуха — я снова ощущаю себя защищенной.
Сама того не замечая, жмусь к Яну всё теснее и теснее. Мотоцикл с каждым мигом набирает большую скорость, а я едва улавливаю яркие улицы, мелькающие мимо нас.
По лицу невольно расплывается улыбка. Порывы ветра бешеные, играющие с волосами и спутывающие их. Я буквально задыхаюсь от ощущаемого адреналина, потому что скорость опьяняет и даёт ощущение полной свободы. Пульс учащается, сердце буквально замирает, но мне безусловно нравится.
Этот смешанный коктейль из страха и безмерного удовольствия, что поглощает все больше и больше, и не дает сил сопротивляться. Словно мгновение, когда нет ничего — проблемы будто исчезают, ты забываешься, теряется ход времени и есть только ты и бесконечность. Это полет души и тела, ты словно переносишься в совершенно другой мир, отдалённый от этого, а ещё это адреналин, это кайф, это свобода — твоя свобода.
Однозначно я опьянена и одурманена переполняющими чувствами, видами и ощущениями.
Когда Ян подвозит меня к обрыву где-то на окраине — кажется, что прошло всего пару мгновений, а на самом деле мы катались по пустому городу больше получаса, — едва встаю с мотоцикла и снимаю шлем, потому что ноги становятся совсем ватными. Молча приближаюсь ближе к круче.
Это место зачаровывает своим видом. Вокруг пустота, лишь один огромный дуб возле самого склона, разбавляет опустошённость местности. Обрыв. Он такой резкий — вот ещё есть опора под ногами, а следом тебя ожидает резкое падение. С этой местности не открывается вид на город, не видно домов, в окнах которых горит свет, и это по-своему чудесное, непередаваемое ощущение. Будто данное место совсем отрешённо от всего остального мира. Только дерево, обрыв и скалы.
 
Наверное, я много думаю, летая в своим мыслях, потому что вскоре замечаю, что Ян уже уселся под дубом.
— Неужели ты меня настолько ненавидишь, что решил скинуть с обрыва? — изгибаю брови в удивлении, а губы в улыбке и тоже присаживаюсь рядом, опираясь спиной об ствол.
— Щербакова, ты слишком высокого мнения о себе. С чего ты решила, что вызываешь во мне хоть что? — он рвано выдыхает, смотря куда-то вдаль и выглядит отстранённым от всего вокруг.
— Давайте сегодня без фамилий и без отчеств? — вполне серьёзно срывается с моих губ, стоит подавить желание съязвить в ответ.
— То есть ты предлагаешь фамильярничать, но при этом зовёшь меня на «вы»? Женская логика — гениальна, — он хмыкает и ухмыляется, а я решаю, что отвечать на это заявление не стоит.
— Так если это не ненависть, тогда что? — внезапно для самой себя решаюсь поговорить на серьёзные темы, почему бы и нет. — К другим ты нормально относишься, а меня на дух не перевариваешь, кажется, — мне даже становится обидно от своих же слов ведь по сути, так оно и есть.
— Понимаешь, Лера, — его губы вновь немного изгибаются в ухмылке, но уже по-доброму, а не как обычно. — Мне кажется, ты слишком эгоистична и должна с этим бороться, иначе тебе будет сложно во взрослой жизни. Эгоизм в некоторых случаях — хорошее качество, но в тебе оно слишком преобладает над другими чертами, — я внимательно вслушиваюсь в размеренный звук его голоса и ощущаю долю правды в неприятных, острых словах.
— Эгоизм и самовлюблённость должны помогать людям ценить себя. К примеру, уходить в том случае, когда нужно, не жалея об этом. А вот у тебя немного другое, губительное. Возможно, я сейчас открою для тебя огромную тайну, но мир не вертится вокруг тебя, и, чтобы получить лучшую жизнь, нужно приложить усилия. К сожалению, ты пока этого не понимаешь… Считаешь себя лучше остальных и свято веришь, что тебе все что-то должны. Возможно, это юношеский максимализм, но нужно бороться и работать над собой, а ты этого не делаешь. Не знаю почему, но меня до безобразия бесит твоё отношение к жизни и к людям, собственно, поэтому наше общение именно такое.
Слова, словно маленькие разряды тока, проходят через мозг и тело. Я, вроде, всегда осознавала подобное, но никто не говорил в лицо так прямо, чтобы могла задуматься об этом и переосмыслить своё поведение.
И это до одури неприятно и вызывает легкий стыд. Ощущаю горечь на языке от того, как сильно хочется возразить, задеть чем-то в ответ, чтобы защитить собственные границы.
— Спасибо, — без лишних слов.
Желание отвечать колкостью тут же отступает, как и буря в груди утихает.
— Ты небезнадёжна, — Ян растягивает губы в успокаивающей улыбке, — поэтому не стоит расстраиваться. Твоя жизнь в твоих руках.
  
10
 
— Ты сам заработал на мотоцикл? — я решила перевести тему в другое русло.
— Он не мой, — ответ последовал мгновенно, и мне показалось, что это было сказано с некой едва уловимой тоской. — Моего друга.
— Ничего себе, мне бы таких друзей, познакомишь, может? — растянула губы в улыбке, в шутку задавая вопрос.
— Не думаю, что это будет уместно, — кратко и ясно, но его слова были неправильно поняты мной, поэтому он решил продолжить.
Я молчала все время его рассказа, затаив дыхание и не задавая лишних вопросов.
— Он в больнице сейчас. Авария произошла год назад. До сих пор под вопросом сможет ли он когда-нибудь ходить. Уже сделали несколько операций, которые не принесли результата, но надежда остаётся. По ненадобности он подарил мне свой мотоцикл. Скажу честно, никогда не принял бы его, если бы не увидел в этом возможность помочь. Ещё с ранних лет любил всё, связанное с экстримом: прыжки с парашютом, гонки, драки, паркур и ещё много чего. Мой выбор остановился именно на мотоциклах. Эти драйв и свобода, которые я испытываю на скорости, — мои личные наркотики. Именно поэтому, когда друг предложил мне мотоцикл, я начал участвовать в гонках с тотализаторами. Приз в случае выигрыша немаленький. Все полученные деньги отдавал врачам, собственно, так и накопили на операции, что уже провели.