Лакомство Зверя (СИ)

— Умереть.
С этими словами я шагнула в непроглядную черную воду.
***
Идан
Вода оказалась очень холодной, и даже моя горячая кровь, постоянно согревающая тело, не могла справиться с температурой. В чернильной темноте ничего не было видно, но я ощущал, что в озере мы находились не одни.
— Что дальше? — поинтересовался я, когда мы отплыли от берега.
— Не знаю, что-то должно произойти. Согласно легенде через это озеро можно вернуться в мир живых, — ответила Мирослава.
Ее сердце билось как сумасшедшее. Она волновалась.
Я только было хотел спросить, может необходимо какое-то заклинание, как что-то схватило меня за ногу и потянуло вниз, в самую толщу воды.
Чернильная жижа наполняла уши, нос, рот. Зверь внутри меня утробно рычал. Ничего не было видно. Просто темнота, холод и сила, утягивающая меня на глубину. Так продолжалось несколько секунд или дольше, время в этом месте текло по другому — секунды смешивались в минуты, минуты в часы. А потом невидимая сила резко отпустила меня, оставляя в пучине чернильной воды. Я не знал где здесь верх, а где низ. Все перемешалось.
Перед глазами стали проноситься картинки из прошлого — самые ужасные мои воспоминания. Те, которые я закопал глубоко в душе и старался забыть.
Воспоминания набросились на меня, как стая голодных волков на жертву, и принялись раздирать мою душу на куски. У меня начал заканчиваться воздух. Тогда, собрав остатки самообладания, я поплыл. Просто поплыл. Это было единственным, что я сейчас мог.
Воздуха в легких осталось смертельно мало. Я инстинктивно открыл рот, чтобы набрать воздуха, но вместо него в легкие стремительно стала набираться вода. Я начал задыхаться.
Скажу честно, ощущение не из приятных. Я чувствовал, как из меня вытекает жизнь. И как ее забирает это озеро. И самое паршивое — я не мог ничего с этим поделать.
В последние секунды жизни передо мной возник образ Мирославы. Бесстрашная девчонка, неугомонная и дико упрямая. Девчонка, которая подобно занозе впилась в мое сердце и подобно семю стала в нем прорастать. Ее голос, ее запах, ощущение ее губ на моих…
Стоило подумать о ней, как ее голос заполнил пространство:
— Идан! — звала она.
Призрачный силуэт девушки возник рядом со мной. Она тянула ко мне руку. Собрав последние крохи жизненных сил, я сделал рывок. Наши пальцы соприкоснулись, и мир… рухнул.
Я оказался в пустоте. Один. Наедине со своими мыслями. Кажется, я был этими самыми мыслями.
Всего на мгновение, но его было достаточно, чтобы осознать — жизнь не вечна.
И если я сейчас умру, то буду очень сожалеть о том, что снова не поцеловал ее, что не сделал своей, что не провел с ней дольше времени.
«О, Великий Тарх, прошу, дай мне еще один шанс!», — последнее, что я подумал прежде, чем реальность лавиной обрушилась на меня.
Ко мне возвратилось ощущение собственного тела, потом — земные шесть чувств. Сердце совершило удар.
Я вместе с водой обрушился на землю. Сразу не сообразил, что произошло, но потом ощутил под собой быстро тающий снег, солнце светило в глаза. А на мне, жмурясь от резкого яркого света, лежала Мирослава. Живая, до нитки промокшая.
Наши взгляды встретились, и в моей груди разгорелось пламя. Пламя, которое уже было не погасить. Я схватил девушку за затылок и притянул к себе.
* * *
Мирослава
— Моя, — прохрипел он и поцеловал.
Его губы были мокрые, горячие. Настолько же горячие, как и его крепкое, мускулистое тело, на котором я распласталась.
Идан целовал настойчиво, жадно. Его язык сплетался с моим, и я утопала в этом пылком, жарком поцелуе. Не хотела останавливаться.
Солнце в груди горело, подобно настоящему. Закипала кровь, а Идан не останавливался. Сильная мужская рука прижала меня к его телу плотнее.
Наш поцелуй становился безумным. Мое существование сузилось до одной единственной точки. Его рук, его губ, его прикосновений, его горячей, мокрой кожи и его запаха, от которого кружилась голова.
 
Еще чуть-чуть и я бы потеряла сознание от переизбытка эмоций. Упершись ладонями в мужскую грудь, я прервала поцелуй и взглянула на Идана. В солнечном свете, мокрый и голый, он был таким сексуальным, что внизу живота появилась истома. Я закусила губу, глядя на его мокрые губы, которые еще секунду назад ласкали мой рот.
— Это было эпично, — произнесла я на тяжелом выдохе.
Идан улыбнулся. Он продолжал крепко прижимать меня к себе. А от его прямого взгляда, которым он словно пожирал меня, мне становилось неловко и одновременно жарко. Я ощутила, как что-то твердое уперлось в бедро.
— Я рад, что с тобой все в порядке, — сказал он и облизнул свою нижнюю губу.
— А я — что с тобой.
Признаться, мне хотелось оставаться вот так вечно. Лежать на нем, смотреть в его золотые глаза, а еще больше мне хотелось продолжить то, что мы начали.
Когда эмоции немного успокоились, а возбуждение взяло паузу, меня внезапно накрыло волной воспоминаний. Маргарита, переливание крови, десятки мертвых тел, портал, встреча с богиней, озеро Страхов…
Я осмотрелась. Мы лежали на знакомой поляне, окруженные лесом. Солнце находилось низко, давая понять, что все еще утро. Первый снег сверкал в его лучах, а из-под снега в редких местах выглядывали золотые цветы.
— Идан, смотри, златоснежники! — воскликнула я и слезла с него.
Приблизилась к одному из цветков, стала раскапывать его от снега.
— Смотри! — повторила я и повернулась к Идану.
Тот лежал на боку и без толики смущения смотрел на меня. Я не удержалась от любопытства и мельком глянула на область паха.
— Хоть бы прикрылся, — тут же возмутилась.
А сама отметила себе, что с той областью у него все в порядке. Даже не так. Та область у него была очень впечатлительной.
— Чем? — удивился он.
Я тут же начала стягивать с себя мокрую куртку. Идан поднялся с клочка мокрой земли, на которой мы лежали, и приблизился ко мне. Помог снять куртку и прикрылся ей.
Откуда-то со стороны леса послышались голоса, и на горизонте показались несколько фигур.
— Наши, — прокомментировал Идан.
Спустя пол часа, мы с Иданом сидели за столом в доме старшей ведьмы и уплетали поджаристые блины с горячим, крепким чаем. С нами завтракала Маргарита, Торн, Анна, Пушистик, профессор Змеев и сама госпожа Лаварда.
На кухне царила уютная тишина.
За один день каждый из нас получил опыт, который не забыть.
Кто-то узнал о секретах сверхъестественного мира.
Я взглянула на Маргариту. Она задумчиво смотрела в узор, создаваемый паром от горячего чая над своей кружкой.
Кто-то пришел к осознанию, что боги на самом деле существуют.
Я перевела взгляд на Пушистика, который стоял у окна и смотрел, как медленно тает снег.
Кто-то понял, что невозможно контролировать жизнь на сто процентов. Судьба всегда подкинет сюрприз. И к таким сюрпризам нужно быть готовым.
Анна пригубила чаю из кружки и вновь уставилась в свой тач.
Кто-то остался для меня загадкой, которую я обязательно разгадаю.
Я бросила быстрый взгляд на профессора Змеева, в одиночестве сидевшего на скамье. За ним стоял темный аран, укрывая своего хозяина костлявыми крыльями с черными перьями.
А кто-то разжег во мне новые чувства.
Я повернула голову и встретилась со взглядом золотых глаз. Идан смотрел прямо, глубоко. И от этого взгляда в груди становилось жарко. Там пульсировали две силы — свет и тьма, сплетенные между собой.
  
Эпилог
 
Стоило Мирославе и оборотню исчезнуть, как богиня Бездны обратила свое внимание на лира́ю.
Тельтель подлетела к духу, по щелчку пальцев ослабила туман, обвившийся вокруг шеи духа, и спросила:
— Кто тебя послал?
Женщина-ворон прокашлялась, но говорить ничего не стала.